Королевы Привоза - Ирина Лобусова

Как и множество других женщин на рынке, Дунька торговала товаром, который брала у контрабандистов.

Она выросла на Привозе, где до нее торговала ее мать, а потому умение мошенничать и ругаться с покупательницами приобрела по наследству. У нее бывали и хорошие периоды (чаще всего, когда она находила очередного жениха), и тогда Дунька превращалась в само обаяние и любезность. Тогда от покупательниц не было отбоя, и она меньше чем за неделю распродавала свой товар. Но так было не всегда. В конце концов ей надоедало притворяться, и она проявляла свой нрав в полной мере. А потому периоды процветания сменялись периодами полного безденежья.

И этот день был, похоже, как раз такой.

Просто с утра Дунька-Швабра нахамила очередной покупательнице – прилично одетой дамочке с элегантным ридикюлем, которая заинтересовалась розовым шелком. И покупательница ушла, честя Дуньку на чем свет стоит.

– Ты, мать, того… Заткнулась бы, – не удержалась даже соседка, торгующая самодельными леденцами и сахарной пастилой, – золотая гусыня до тебе в руки плывет, а ты зубами скворчишь. Ты бы лучше фасон на морду натянула, да язык за гланды замотала. Было бы больше делов.

– А, плевать, – беззаботно бросила Дунька и, вытянув руку вперед, принялась любоваться дутым серебряным браслетом, в который были вставлены большие куски желто-оранжевого янтаря.

Браслет не остался незамеченным соседкой, и та, прищурившись, недобро посмотрела на него.

– А шо так?

– Может, я вообще больше здесь торговать не буду, – ухмыльнулась Дунька, – может, я сама нашла золотого гуся.

– Да ты шо! – всплеснула руками соседка. – Это он цю цацку подарил?

– А то! Ты смотри, какой фасон! Вещь недешевая. Он тот еще фраер – солидный на всю голову. Не чета тем халамидникам и старым шлеперам, с которыми я раньше ошивалась.

– И где ты такого нашла? – Соседка не могла поверить.

– А вот нашла! – Дунька надменно улыбнулась. – Где нашла – там уже нет.

В этот момент к ней вдруг подбежал чумазый мальчишка и что-то быстро зашептал. Дунька сунула ему мелкую монету, и тот убежал со всех ног. Швабра расцвела.

– Слышь, соседка, – обернувшись к товарке, Дунька вдруг стала сама любезность, – ты за товаром моим присмотри, а? А то нужно отойти на пять минут! Больно надо!

– Шо, фраер твой зовет?

– Он самый! Мальчонку прислал. Шо-то важное у него. Лично хочет сказать. Так присмотришь, а? А я тебе на платок красоты отрежу! Не в службу, а в дружбу!

– Да ладно! – сказала соседка, изнывая от зависти. – Присмотрю, конечно. Только ты долго не ходи, мне сегодня пораньше уйти надо.

– Не волнуйся! – Дунька принялась смахивать ткани с прилавка в огромный матерчатый баул. – Всего-то минут пять, не больше! Он сам сказал – на пару слов.

– А чего в разгар дня-то? – подозрительно уставилась на нее соседка.

– А жить без меня не может! – Дунька цвела.

– Ты хоть расскажи, какой он из себя – брюнет, блондин, рыжий? – вдогонку крикнула соседка.

Дунька обернулась, глаза ее довольно сверкали, как у уличной кошки.

– Солидный. Седой.

Дунька не вернулась даже тогда, когда стало темнеть, когда с момента ее исчезновения прошло часов шесть, не меньше. Чертыхаясь, соседка запихнула баул с тканями под Дунькин прилавок и велела передать той, когда она явится, всего, всего, всего… О чем, собственно, не принято писать.

– Не обязана я ее вещи сторожить – сердилась соседка, – у меня самой дел выше горла! Пошла она куда подальше, наглая тварь!

– Дунька вернется – вой подымет, шо ты ее товар бросила. Ты ее знаешь, – сказала одна из торговок.

– А имела я ее в виду с синим пламенем – с красным знаменем! – парировала торговка леденцами. – Я на ее шмотье не нанималась, и торчать здесь до ночи, пока она с хахалем кувыркается, – ага, щас шнурки поглажу и плясать пойду! Да пошла она куда подальше – маршем и в белых тапках!

Торговки согласно закивали головами. В конце концов их товарка была права. Под всеобщее одобрение она пнула баул ногой и исчезла с рынка.

– Бабоньки, а хахеля Дуньки кто-то видел? – подхватила тему одна из торговок. Тема была слишком интересной, чтобы оставить ее просто так.

– Да был какой-то мужик в возрасте, с седыми волосами, – сказала торговка контрабандными духами, чей нежный, благоуханный товар на прилавке соседствовал с корзиной раков соседней продавщицы.

– Правда? А какой он? Расскажи, расскажи! – раздалось сразу со всех сторон.

– Да нечего рассказывать, – торговка духами пожала плечами, – я его только сзади видела. Широк в плечах. Ниже Дуньки, конечно. Одет дорого. По виду приличный. И весь седой.

– Старик, что ли? – самая молодая из торговок хохотнула и уперлась кулаками в бока.

– Почему сразу старик? Просто солидный, степенный. Дунька тоже не девчонка. Нет, все правильно она выбрала. Ну шо, одет дорого, – сказала продавщица контрабандных духов и вздохнула с глубокой ненавистью. Несмотря на то что ей не удалось рассмотреть подробно Дунькиного хахаля, она чувствовала, что та подхватила солидный кусок.

Дунька не вернулась и к ночи. Не вернулась она и на следующий день. Ее баул с тканями по-прежнему был засунут под прилавок, и никто его не тронул. Это было делом неслыханным. Свалить с деньгами – такое на Привозе бывало, но исчезнуть, оставив весь свой товар… Торговки стали шушукаться. Разные слухи поползли по Привозу. Все говорили только о том, как Дунька-Швабра сбежала с солидным хахалем, что он женат, потому сбежали тайком. В любом случае, за Дуньку никто не беспокоился и обращаться к властям не собирался. Просто торговки на Привозе продолжали какое-то время бурлить.

Рассказ о том, как исчезла одна из торговок, Дунька-Швабра, Тане принесла Циля, находившаяся в курсе всех новостей.

– Как это исчезла? – удивилась Таня.

– А вот так! Сбежала с хахалем и бросила весь свой товар.

– Это странно… Обычно товар не бросают. А она точно сбежала?

– На Привозе все так говорят.

В те дни Таня серьезно обдумывала слова Японца и все больше склонялась к мысли, что задание, которое он ей поручил, будет абсолютно невыполнимым. И наконец, чтобы узнать подробности, она решила походить по Привозу.

Таня пошла к своей знакомой, которая торговала яблоками как раз на том пятачке, что и пропавшая Дунька-Швабра. Торговка, баба Катря, не долго думая, с ходу выложила всю историю про Дуньку. В ее изложении эта история Тане совсем не понравилась.

– Может, сказать властям? – спросила она.

– Кому? Большевичке этой чертовой? Да она же дрянь! – Баба Катря аж взмахнула руками. – От нее только один вред! Какая она власть?

– А правду говорят, что она пыталась остановить еврейский погром? – спросила Таня то, зачем, в общем-то, и пришла.