Обманутые иллюзии - Нора Робертс

Макс мало в чем отказывал Роксане. Из-за нее он взял на работу Сэма Уайатта, хотя и испытывал к этому парню странное неприязненное чувство. Работа Сэма состояла в переноске реквизита, и Сэм считал, что это занятие значительно ниже его достоинства и способностей.

Но, кроме этого, у Сэма была еще и интуиция. Она предсказывала ему, что работа в труппе Нувеля могла стать мостиком к чему-то большему и лучшему. Все они здесь или простаками и олухами. В глубине души он издевался ад ними и одновременно ненавидел за то, что они взяли его улицы, как какую-нибудь потерянную дворняжку. Но Сэм предпочитал маленьким хитростям большие и долгие обманы. Он умел быть терпеливым.

Он часами грузил и разгружал оборудование, полировал коробки и стержни, которые Макс использовал для различных фокусов. Он поклялся, что старик когда-нибудь поплатится за то, что дал ему такую работу, как для придурков; но пока что был неизменно добр и внимателен Роксане, а к Лили пытался ненавязчиво подольститься, Сэм уже давно понял, что настоящая власть всегда находится в руках у женщин.

Он не совершил ошибки и не стал соревноваться с Люком. Сэм решил, что было было бы неразумно открыто противопоставлять себя тому, кого Макс считал почти что сыном; но за скучной черновой работой новый член труппы часто размышлял о Люке и вынашивал свою ненависть к нему. Тот факт, что эта нелюбовь оказалась взаимной, лишь подливал масла в огонь. Никто из них не смог бы объяснить, почему, но ребята невзлюбили друг друга с первого взгляда. Люк не скрывал своих чувств, а Сэм – наоборот: ничем не проявлял, наслаждаясь и играя своей злостью, как скупец наслаждается и играет золотыми монетами.

Сэм ждал дня, когда он сможет расплатиться этими монетами.

Пока что он был вполне удовлетворен своей жизнью особенно тем, что они собирались на неделю в Лос-Анджелес.

Макс тоже радовался предстоящей поездке. Они будут ыступать в «Волшебном Замке», их ждет ужин у Брента Тейлора, кинозвезды и фокусника-любителя, и Макс может показать своей семье пышность и блеск Голливуда.

И еще он собирался прихватить с собой обратно на восточное побережье немного самого дорогого блеска. Беверли Хиллз и их виллы, набитые сокровищами, станут дачным дополнением к и без того выгодной поездке.

Макс уже наметил два дома и собирался сделать окончательный выбор после того, как прибудет в Лос-Анджелес и лично осмотрит место.

Они заняли несколько комнат в отеле «Беверли Хиллз». Дакс забавлялся, глядя, как Люк моментально очаровал швейцара и горничную, показав им несколько несложных фокусов. Мальчик научился, подумал он. И хорошо научился.

Он устроил шикарный обед «У Максима», на котором была не только его семья, но и все члены труппы – вплоть до самого последнего мальчика на побегушках. После обеда он отправил Лили и Роксану по магазинам.

– Теперь, – Макс закурил послеобеденную сигару, – у нас с Мышкой есть дела, а у всех остальных – свободный день. Вы можете осмотреть достопримечательности, пройтись по магазинам, в общем, делать то, что хотите. Завтра в девять утра я жду всех на репетиции выспавшимися и свежими.

Когда все разошлись, Люк сдвинул стулья и сел рядом с Максом.

– Мне надо с тобой поговорить.

– Конечно, – увидев, что мальчишка нервничает и в то же время полон решимости, Макс удивленно поднял брови: – У тебя какие-то проблемы?

– Не думаю, что это проблема, – Люк глубоко вздохнул и выпалил: – Я хочу пойти с тобой, – он покачал головой, не давая Максу возможности заговорить. Люк готовил эту речь много дней. – Я все знаю, Макс. Вы с Мышкой сейчас поедете посмотреть на подходящие дома. У тебя уже давно есть все самое важное: копии страховок, планы, схемы систем сигнализации. Ты уже знаешь, по какому распорядку люди живут в том или ином доме. Теперь осталось только лично все осмотреть и выбрать.

Макс пригладил усы. Он не был уверен в своих чувствах – то ли ему досадовать, то ли восхищаться.

– Да, ты времени зря не теряешь.

– У меня было целых четыре года, чтобы все обдумать… пока я ждал, чтобы ты взял меня в дело.

Макс стряхнул пепел с сигары, потом задумчиво затянулся.

– Мой дорогой мальчик…

– Я уже больше не мальчик! – глаза Люка сверкнули, и он наклонился ближе: – Или ты веришь мне, или нет. Я должен это знать.

Макс выдохнул дым и молча подождал, пока официант соберет тарелки.

– Люк, дело не в доверии, а во времени.

– Ты же не собираешься сказать, что решил спасти меня от жизни преступника?