Третья жизнь кошки - Константин Леонидович Бабулин

говорит, что всё знает,  и просит, чтобы меня не трогали, потому что она влюблена в меня. Что делает папа? Говорит прекрасно, делайте что хотите, а потом отправляет её в Лондон поучиться, а меня сбивает грузовик. И всё, несчастный случай, папа не виноват и даже, сильно расстроен. Да и главное, при всех этих отказных вариантах Света сидит. И ведь пока мне показали только пряник – деньги и свободу бывшей любовницы, а ведь может быть и кнут. Самый простой вариант – Свете начнут усложнять жизнь в тюрьме, там и так-то не сахар, но всегда есть куда хуже, на это они мастера.

Вывод? Отказываться бессмысленно.

Хорошо, обдумаем вариант – соглашаюсь.

Правильно ли утверждение, что я как ненужный свидетель, при любом раскладе не жилец? Он же сам сказал, что заинтересован в продолжении сотрудничества. Зачем резать курицу несущую золотые яйца? Но, цена «Черного квадрата» такова, что закономерно возникает вопрос – нужно ли продолжение сотрудничества? Сколько, кстати, может стоить «Чёрный квадрат»? Несколько десятков миллионов долларов, уж наверное. А, может быть и все сто. Помнится в год начала кризиса осенью 2008-го, продалась картина Малевича на Sotheby's за шестьдесят миллионов долларов. Так что не меньше уж точно, а скорее сильно больше. Нужно ли после этого какое-то продолжение? Так? Нет не так, это цены легального рынка.  В нашем случае, когда речь идёт о картине из музея, да ещё такой которую знает весь мир, продать её легально нельзя. А не легально? Найдутся ли покупатели на заведомо ворованную картину? Нормальные нет, в этом смысле владеть известной дорогой картиной вполне безопасно, украсть её можно, да вот деть потом некуда. Истории про то как коллекционеры маньяки с руками отрывают ворованные картины из музеев, бывают только в кино. В жизни покупка таких картин всегда предполагает вложение денег с возможным ростом в будущем. А какой рост от ворованной картины? Если её найдут, то просто конфискуют, и вернут в музей, и плакали тогда ваши денежки. Так что продать за десятки миллионов удастся вряд ли. Да и сама процедура продажи, уже очень рискованное мероприятие. Как ты будешь искать покупателя? Обзванивать всех подряд с вопросом – не нужен ли «Чёрный квадрат» по случаю? Стоять в переходе, с табличкой продаётся? Тем не менее в жизни всё бывает, может быть найдётся маньяк, и прикупит за недорого… А  кстати, может Брагин и правда для себя проворачивает это дело? В его глазах, когда он рассказывал о том, что имел дело с «Чёрным квадратом», в первый раз за всё время появилась жизнь. Да, это его волнует по настоящему. И какой отсюда вывод? Если для себя, то никакого продолжения не будет точно. Это, кстати, объясняет почему он САМ со мной об этом говорил. Если бы речь шла о бизнесе, то это сразу предполагает некую структуру, банду в простонародье, в которой есть главари и исполнители. Зачем же главарю, лично нанимать исполнителя? Зачем так подставляться? Есть шестёрки для этого, вон как та блондиночка подсела в ресторане и передала предложение. Да но как бы я сама отреагировала на предложение блондиночки в ресторане сделать копию «Чёрного квадрата»? Ну, хорошо не в ресторане, приехали бы в мастерскую, прощупали бы на простеньких заказах, прикормили деньгами, как собственно со мной и было десять лет назад. Тогда правда я запала не на деньги, а на Светлану… Так стоп, стоп, стоп, не отвлекайся. На чём я остановилась? Да, Брагин делает для себя, потому что действительно съехала крыша. И что? Фигово что. Зачем ему свидетель после этого? Что остаётся? Взяться за выполнение заказа, добиться освобождения Светланы, а потом грохнуть его. Красиво? Красиво, я жива, Света на свободе. Всё? Нет не всё – а что с Анной? Это её отец, что будет с ней? Я могу убить её отца? Вот она спит довольная. Я могу так страшно изменить её жизнь?

О Боже, ну почему ты ставишь меня перед таким выбором? Вернее даже и выбирать нечего, любой вариант плохой. Тупик? Если  не видишь решения, значит ли, что его нет? Нет, не значит. Это значит, что ты его пока не видишь. Надо отпустить ситуацию, а события сами покажут выход. Нужно сосредоточиться на ближайших проблемах: добиться гарантий освобождения Светы, для этого приступить к выполнению заказа. Ха, а я смогу выполнить заказ? Это реально?

Нужно съездить в музей и посмотреть картину живьём. Где она у нас висит, кстати?

Арендованный домик Анна-Мария

Пить хочу и есть, но ещё больше хочу её. Вот она рядом, тёплая, нежная, лежит, думает о чём-то. Я могу сейчас о чём-то думать? Нет, не могу, а она может – сильная. Прижимаюсь губами к её плечу – холодное. А к шее? Теплая, такая тоненькая кожа на шее, а пахнет как ммм… А вот рана под ключицей, дотрагиваюсь губами.

– Не больно?

– Нет

– А было?

– Нет.

– Как нет? Расскажи откуда это у тебя

– Автомобильная авария

– Врёшь

Целую вторую рану под грудью

– А эта?

– Тоже авария

– Опять врёшь, зачем ты мне врёшь всё время?

– Когда это я тебе врала?

– Да вот только что, говорила, что не дашь мне заснуть, а сама что?

– Это ложь во спасение, иначе ты умрёшь от истощения организма, а я не хочу этого

– Мне не нравится слово организм, где ты видишь у меня организм? Знаешь как можно обидеть похвалив?

– Нет

– Нужно сказать «Какое у вас красивое туловище». Вот организм ни чем не лучше.

– Принимается, согласна у тебя нет ни туловища ни организма, только очень сексуально озабоченное тело.

– И это тело хочет пить.

Дотягиваюсь рукой до бутылки с водой, наливаю в стакан, передаю Лене, сама жду

– А сама?

– Хочу из твоего стакана

Пьём. Вожу пальцем по её груди, животу, бёдрам.

– Ты лихачила что ли? Это было очень опасно?  Две такие страшные раны…

– Ничего страшного, всего две

Показывает мне на свою татуировку

– Знаешь сколько жизней у кошки?

– Знаю, девять

– Правильно. Истратилось  две. В запасе ещё целых семь, так что бояться нечего. Сейчас идёт, только, третья жизнь кошки…

Разговор с Брагиным через неделю

– Как это ни странно, картина очень сложная. Всего было написано четыре «Чёрных квадрата». Тот что в Эрмитаже сделан последним, он самый глухой и чёрный по цвету, ещё один в Русском музее, а два в Третьяковке. Все они отличаются друг от друга и по размерам и по фактуре краски. В некоторых под чёрным цветом в трещинах кракелюра