Утро ночи любви - Наталья Андреева

– Кого бояться? Баб?

– Бабы-то они бабы... Ты же в милиции работаешь. Вот и наведи справки. Фамилии ее я не знаю, только имя. Это я о Евгении. Ей лет сорок пять. Отсидела от звонка до звонка. Еще знаю, что она ударила его ножом тринадцать раз. Алина как-то обмолвилась. Видать, напугать меня хотела.

– Где же они познакомились?

– Ты меня спрашиваешь? – пожал плечами Игорь Михайлович. – Рыбак рыбака...

– Но зачем Алина опять за тебя взялась? – как-то незаметно он тоже перешел на ты.

– Кто ж ее поймет? От бывших мужей избавляется.

– Ты об утопленнике? Не факт, что это был не несчастный случай. Ее первый бывший крепко пил. А второй в Африке.

– Кто его там видел, в Африке?

– Да, это невозможно проверить. Разве что найти его родственников.

– Брось. Время зря потратишь. Надо за ней следить, понимаешь? Надо выжидать. И чтоб наверняка! – Копейко стукнул по столу кулаком. – За руку надо поймать! Только так! Иначе отвертится!

– Но зачем она это делает? Она что, сумасшедшая?

– Все дело в мужиках. У нее к ним любовь-ненависть, – усмехнулся Копейко. – Но это уже не ко мне, это к психотерапевту.

– Она тебе назначила встречу?

– Встречу? – Игорь Михайлович занервничал. – Нет, не назначила.

– Ну так, может, обойдется?

– Не обойдется. Я хочу ее видеть.

Андрей вздрогнул:

– Зачем?

– Мы два года не виделись. Интересно посмотреть.

– У меня тоже две бывших жены. Мне ни на одну не интересно посмотреть.

– Ну так то ж Алина Вальман!

– Да что в ней такого особенного?

– Лучше тебе этого никогда не узнать. Черт! Заболтался! – спохватился Копейко, глянув на часы. – У меня сегодня еще две встречи! – И вскочил. – Официант, счет!

Мигом появился счет, Копейко пулей по нему расплатился и бросил ему, убегая:

– Связь через секретаря! Работай!

– А...

– Счет – ей! Я посмотрю...

И Игорь Михайлович исчез. Он тоже начал собираться.

– А десерт? – остановил его официант. И посмотрел с сочувствием.

– Я сладкого не люблю.

– От шеф-повара. Фирменный. Все оплачено!

– Хорошо. Давай.

Он сел. К огромному его удивлению, на десерт принесли закуски, шкворчащий бифштекс и даже графин с водкой! Да, привычки Игоря Михайловича здесь хорошо изучили и искренне жалели его гостей. Поэтому они получали маленькую компенсацию. А если принять во внимания размеры бифштекса, то не такую уж маленькую!

Пить он не стал, но поел с огромным удовольствием.

* * *

Задача перед Андреем Котяевым стояла простая: войти в контакт с Алиной Вальман и ждать, когда она опять себя проявит. Алина, похоже, начала охоту на бывшего мужа, на Игоря Михайловича Копейко. Вот он, третий! Надо следить за ней, и когда настанет момент, поймать за руку. То есть, добыть неопровержимые доказательства того, что она преступница. За это Котяеву обещано вознаграждение. Дело, конечно, не в деньгах, хотя и они не лишние. Дело в принципе. Два трупа вполне достаточно, и третьего быть не должно. Он этого не допустит, поэтому будет за Алиной следить.

Но зачем ей это надо? У богатых свои причуды. Возможно, Алина Александровна так развлекается. И прекрасно знает, что грозит мужчинам, с которыми у нее завязываются близкие отношения. Она знает имя убийцы. Это вполне может быть ее отец, уже имеющий судимость, Гена, отсидевшая пятнадцать лет за убийство мужа, либо неизвестный, который еще не попал в поле зрения милиции. Это имя надо из нее вытянуть. Хитростью или еще как. А для этого надо идти рядом, шаг в шаг, или след в след. Не выпускать из виду. Но сначала – контакт.

И он позвонил. Этот номер нельзя было забыть. 666-06-66.

– Да. Я слушаю, – услышал он в трубке мелодичный голос Алины. Номер, высветившийся на дисплее, ей был незнаком, поэтому говорила она хотя и доброжелательно, но с некоторым напряжением.

– Здравствуйте, Алина Александровна. Это Котяев вас беспокоит.

– Здравствуйте, Андрей. – Она мгновенно сменила тон, заговорила, понизив голос и явно заигрывая. – Очень рада вас слышать. Как поживаете?

– Нормально... – он сделал маленькую паузу. – Помните, вы сказали: приходите без всякого повода. Или просто позвоните. Вот я и позвонил.

– Хотите встретиться?

– Да! Хочу!

«Я делаю это в интересах следствия», – сказал он себе, когда сердце сладко замерло, ожидая: что она ответит? Вот порезвился бы Эдик Мотало, если бы узнал!

– Хотите ко мне в гости? – спросила она.

– В гости не хочу. В ваших хоромах мне как-то не по себе.

– А что смущает?

– Ну... это все... У вас как в музее.

– Понятно. Тогда сходим куда-нибудь?

– Знаю я эти ваши рестораны, – невольно поежился он.

– Что, тоже не по себе? – рассмеялась Алина.

– Я человек простой.

– Ну, понятно. Ко мне не хотите, в ресторан не хотите, к вам в гости вроде бы рановато. Пойдем в шашлычную? Я знаю в городке неплохое местечко. И не пафосно, и кормят неплохо.

– Ну да. Подъедем к шашлычной на вашей крутой тачке!

– Вам не угодишь, – насмешливо сказала Алина. – Хорошо, заезжайте за мной на своей.

– У меня машина без кондиционера, – предупредил он.

– Но на ходу?

– На ходу. Я ее недавно купил. Вы просто к другому привыкли.

– Откуда вы знаете, к чему я привыкла? Значит, решили: едем в шашлычную на вашей машине. Во сколько вы за мной заедете?

– Часиков в семь.

– Хорошо, завтра в семь. До встречи, Андрей, – нежно сказала она и дала отбой.

Согласилась. И очень быстро. Не слишком ли быстро? Котяев занервничал: неспроста это. Но отступать поздно. Она, конечно, пустит в ход все свои женские штучки, но он вооружился тем, что знает про нее все. Знает, что ее девичья фамилия Кукина, что ее отец сидел за убийство, что она живет с Геной, которая тоже сидела за убийство, у нее было три мужа, первый утонул, а последнего она чуть не довела до петли. Знает, что по ней давно тюрьма плачет, что это «демон в юбке», интриганка, стерва, и вообще, дрянь-баба!

Он все про нее знает! И ничего у нее не выйдет!

* * *

На следующий день первое, что он сделал, навел справки о Гене. Для чего пошел к участковому и выяснил, кто зарегистрирован по адресу, где находится особняк Алины Александровны Вальман. Дальше все было просто. Гена не только жила в этом доме, но и была там прописана. Одна на пятистах квадратных метрах. А дом официально принадлежал... Федору Егоровичу Кукину!