Солнечный удар в сердце - Ксения Любимова

– Гошиного, наверное. Комната секретарши находилась через две комнаты от его кабинета?

– Да, а я нахожусь через три. И об этом нужно было подумать!

– Чем же вам так не угодила Ирина? Вроде неплохая женщина.

– Своим усердием. Ведь не успел я войти в свою комнату, как она тут же начала стучать своими клавишами.

– И долго стучала? – улыбнулся Эрик.

– Долго, около часа, наверное. Вплоть до того момента, как я услышал крик Елены. Я тут же вскочил с кровати и выбежал в коридор.

– С этого момента поподробнее, пожалуйста. Кого вы увидели в коридоре?

– Да многие прибежали. Сейчас и не упомню. Первое, что встает перед глазами, – это Лена с выпученными глазами и разлитое по полу ведро воды.

– И все же напрягитесь и постарайтесь вспомнить.

Еремей закрыл глаза. Он немного нахмурился, пошевелил глазами и начал говорить:

– Около кабинета действительно собрался народ. Кто-то уже стоял, когда я выбежал из комнаты, а кто-то подошел позже.

– Кто стоял, вы помните? – быстро спросил Эрик.

– Так, сейчас… Около кабинета были Анатолий и Ольга с Лианой, а чуть позже прибежали Вера и Ярослав. Мы с Ириной почти одновременно выскочили в коридор.

– Так, а дальше что?

– Я принялся расспрашивать девушек, а Толик и Ярослав заглянули в кабинет. Сначала мы даже и не поняли, что случилось – было такое впечатление, что Гоша просто устал и прилег на стол. Но когда я увидел струйку крови, стекающую у него изо рта, и остекленевший взгляд, то стало понятно, что он мертв. Толик сразу слинял, сказав, что боится покойников. Ярослав побледнел, но постеснялся признаться, что ему тоже не по себе. А я взял телефон и вызвал «Скорую помощь». Пока машина ехала, мы с Яриком сидели в кабинете, а Толик стоял около двери. Мы ведь думали, что у него случился приступ, типа инсульта… Но когда медики приехали, сразу вызвали полицию. Я спросил их, в чем дело. А они сказали: полиция приедет, у нее и спросите. «Хотя бы причину смерти назовите», – все же потребовал я. А они ответили – убийство. Вот так! – мужчина снова покачал головой. – Кто бы мог подумать! Мы были просто в шоковом состоянии! Врачи остались дожидаться полицию, а нам велели выйти из кабинета. А потом прибыл вот этот товарищ, – Еремей кивнул на Голубева.

– Подождите, – остановил его Эрик. – Но почему вы не заметили, что Георгий убит?

– Так мы не обходили его сзади. Вы сами видите, что его стул стоит почти вплотную к стене. Обойти его не так просто. Да и зачем, если можно обойти стол? Вот мы вокруг стола и ходили. А за спину заглянуть не догадались.

– Вам чье-нибудь поведение в этот момент показалось подозрительным?

– Нет, ничего такого я не заметил. Все были растерянны. Но напряженности или испуга я не приметил.

– А кто мог желать смерти вашему другу?

– Вот это самый интересный вопрос! – и он торжественно откинулся на спинку дивана. – Никто!!! Представляете? И поэтому Гошина смерть кажется еще более абсурдной.

– Так уж и никто… – покачал головой сыщик. – Мне кажется, такого не бывает. У каждого человека есть недоброжелатели.

– Недруги, конечно, есть, – согласился мужчина. – Но ведь не до такой степени, чтобы убивать человека в собственном доме?

– Всякое бывает… – протянул тот. – Жизнь – штука непредсказуемая.

– Я не могу представить себе, что кто-то из домашних мог так поступить с Гошей! – Еремей немного помолчал. – А версия о человеке с улицы не может иметь место?

– Мы проверим ее, но вероятность того, что это могло быть, очень мала. Марат не создает впечатление хитрого интригана. Я придерживаюсь мнения, что он не мог пропустить в дом чужого.

– Что ж, тогда придется выбирать из тех, кто сейчас находится в доме, – мужчина вздохнул. – Но это невозможно. Других мыслей по этому поводу у меня нет.

– Хорошо, тогда скажите, кто из домашних носил линзы?

– Линзы? Какие линзы? – изумился мужчина.

– Обычные, которые сейчас носят вместо очков.

– Ах, эти… Понятия не имею!

– Тогда другой вопрос: вы не заметили, что Гоша в последнее время вел себя немного странно?

– Странно, вы говорите? – Еремей задумался. – Да, возможно, это самое подходящее слово. Он иногда смотрел на вас, а казалось, что он смотрит насквозь и видит нечто нам неведомое. Я даже спросил у него один раз, что с ним такое. А Гоша засмеялся и ответил: не бери в голову. У меня все нормально. Просто устал чуток.

– Устал… – протянул Эрик. – Нет, не кажется мне, что дело здесь в простой усталости.

– А в чем тогда? – спросил Еремей.

– Не знаю, но очень хочу узнать. Что-то явно произошло. Но вот что? А когда, вы говорите, заметили эти странные взгляды?

– Около недели назад. Я начал волноваться, а он обнял меня и попросил не беспокоиться.

– А Георгий не делился с вами своими проблемами в бизнесе?

– Нет, в этой сфере у него не было собеседников. Он даже с Толей не разговаривал на некоторые темы. Обсуждал строго тот вопрос, который они в данный момент решали.

– Откуда вы знаете?

– Так Гоша мне один раз сам об этом сказал. Я как-то привязался к нему – посвяти и да посвяти меня в тонкости бизнеса… А он и говорит: не обижайся, но о бизнесе я ни с кем не разговариваю. Для меня это запретная тема. Разве что только по определенному делу. Ну, я и перестал к нему приставать.

– А какие отношения были у Георгия и его жены?

– Какие, какие… нормальные, – пробубнил он и покраснел. – Как у всех.

– У всех как раз таки бывают разные. А меня интересует только эта пара.

– Хорошие отношения. Вера – замечательная хозяйка и мать, она очень спокойная и выдержанная. Гоша гордился, что у него такая жена.

– В общем, все друг друга любили и оберегали! – ухмыльнулся Эрик. – Вот только кто вонзил в его спину нож, так и остается загадкой!

– А может, случайно получилось? – робко заметил Еремей.

– Это как?

– Например, Гоша разглядывал нож, сидя за столом. Потом забыл о ноже, отвернулся, затем неловко повернулся, и нож оказался в спине.

– Прекрасная версия! – ехидно сказал Голубев. – Какой, однако, ловкий нож. Не упал на пол, а задержался на спинке стула и в нужный момент вонзился в спину.

– Вы считаете, так не могло быть? – еще тише пробормотал Еремей и снова покраснел. – Что ж, вам виднее!

– Напишите вот здесь свои координаты, – сказал Эрик, подвигая к мужчине листок, – и можете быть свободны.

– Я вам больше не нужен? – удивился он.

– Если понадобитесь, я знаю, где ваша комната.