Под крылом Валькирии - Марина Серова

– А чем ты занимаешься помимо реконструкции? – поинтересовалась я.

Рыжая ответила:

– В школе работаю, учителем информатики. Сейчас в отпуске – с дочкой сижу, только на тренировки иногда и выбираюсь. С Яськой сейчас мама, поэтому мы с Шаманом и пришли.

– А сколько лет дочке? – поинтересовалась я. – Маленькая еще?

– В августе будет три года, – пояснила молодая женщина. – Мелкая еще. Вот подрастет немного, и будем ее с собой везде таскать. Пока я с ней особо никуда не выбираюсь, дома сижу и ткачеством занимаюсь.

– Ткачеством? – удивилась я.

Рыжая кивнула:

– Да, я на заказ делаю тканые шарфики, пояса, очелье. Если хочешь, могу показать тебе свои работы – может, что понадобится. Хочу со временем открыть свою ткацкую мастерскую…

Вернулись Шанкар с Шаманом, прервав наш диалог. Я украдкой поглядывала на Шамана, пытаясь понять, что это за человек.

Итак, у него и Натальи – маленькая дочка, жена Шамана увлекается рукоделием и учит детей информатике. А чем занимается Шаман?

Я раздумывала, как завести разговор с ним, когда сам Шаман первым обратился ко мне.

– Ты здорово дерешься на мечах, – заметил он. – Мало кто из женщин так умеет.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Ты тоже хорошо сражаешься. Давно в клубе?

– Так, несколько лет, – пояснил он. – Наташа сюда притащила, так и остался.

– А чем занимаешься? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы мои вопросы не показались никому странными. Пока я разговаривала с Шаманом, расспрашивая о самых обычных, будничных вещах. – Работаешь?

– Конечно, – кивнул тот. – В столярной мастерской сейчас.

– Извините, что прерываю вашу беседу, – произнес громко Шанкар. – Давайте все же выпьем за Машу. Маша, с прошедшей днюхой тебя!

После столь лаконичного тоста мы подняли бокалы.

Маша скромно улыбнулась, чокнулась со всеми своим стаканом с соком и поблагодарила Михаила.

На какое-то время все замолчали. Те, кто пил пиво, хрустели чипсами, мы с Катей занялись жареной картошкой. Конечно, с апельсиновым соком чересчур соленая закуска не очень хорошо сочеталась, но все равно ничего другого в баре не было. Маша открыла плитку шоколада и предложила всем угоститься.

Понемногу обстановка становилась более расслабленной. Пиво развязало Шанкару язык – он болтал о проектах реконструкторского клуба, говорил о том, что собирается помимо тренировок организовать мастерскую по изготовлению доспехов.

– Ты, Рыжая, можешь ткачеством там заниматься, – произнес он, обращаясь к Наташе. – Будешь делать антуражные вещи, Катя будет вырезать из дерева что-нибудь. А Маша – шить, по-моему, неплохая идея.

– А когда ты собираешься это все делать? – поинтересовалась моя клиентка, которая до этого все время молчала.

– Надо решить вопрос с помещением, – пояснил Михаил. – Как только подберу подходящее, так сразу начнем. Аренда чересчур дорогая, если скидываться всем вместе, то все равно много выходит. Наташка с Глебом, как я понимаю, сейчас такое не потянут, поэтому если у кого есть идеи – говорите.

– Можно у кого-нибудь дома собираться, – предложила Катя. – У меня, например. Я все равно одна живу…

– Тоже не вариант, – заявил Петриков. – Во-первых, из Зареченского до тебя долго добираться, во-вторых, у тебя и так места мало, а если там будет ткацкий станок, швейные машинки, кольчуги и прочее, то тебе жить будет негде. У Рыжей с Глебом – дочка мелкая, квартира маленькая. Маша с матерью живет, а у меня – сами понимаете, жена и двое детей. Если только Данилу напрячь…

– У меня родители, – тихо заметил парень. – Они против будут…

– Вот видите, собираться на квартире – плохая идея…

Я молча слушала их беседу. Ничего полезного для себя я не открыла – похоже, все были заняты только насущными вопросами касательно нового проекта. Вел себя народ совершенно естественно: на Катю злобных взглядов исподтишка не бросали, никакими намеками не перебрасывались…

Примерно через полчаса Михаил заявил, что пойдет покурить. Шаман и Рыжая отправились вместе с ним, больше никто из нашей компании не имел данной привычки.

Катя молча ковыряла свою картошку, потом проговорила:

– Нам с Женей, наверное, пора домой. Время уже позднее, Маша, ты не обидишься, если мы поедем? Женя, ты не против?

– Нет, я не возражаю, – заверила я свою клиентку.

Маша тоже засобиралась – сказала, что и так оставила свою маму надолго одну. Данила посмотрел на часы и объявил, что до одиннадцати ему надо быть дома. Вернувшиеся Шаман с Рыжей тоже решили расходиться, и Шанкару ничего не оставалось, кроме как поддержать остальных.

Как я поняла, ему возвращаться домой совершенно не хотелось. Я вспомнила рассказ Кати о пьющей жене Михаила, с которой ему не повезло.

На меня Петриков уже не обращал внимания – его интерес пропал. Я же практически успокоилась: на Катю при мне никто не нападал, никто из тех ее знакомых, с кем познакомилась я, также не таил злобных мыслишек. Для очистки совести просмотрю инфу о ребятах по базе, и хватит, наверное.

Глава 6

По дороге домой я расспрашивала Катю о реконструкторах, с которыми познакомилась на тренировке.

Молодая женщина отвечала охотно, стараясь рассказать мне все, что знает.

Меня интересовал вопрос, почему только одна Волконская едет на фестиваль в Карелию – насколько я поняла, члены клуба «Львиная башня» постоянно в чем-либо участвовали.

– Просто у других не получается, – пояснила Катя. – У Шанкара тренировки и семья, если он оставит надолго Нэн, та может запросто уйти в запой на все это время. Только присутствие Мишки ее немного сдерживает, у нее же дети, сама понимаешь, каково им быть с матерью-алкоголичкой. Шаман с Наташкой тоже сейчас не могут никуда поехать – у них маленькая Яська на руках, а с собой брать ее они не отважатся. Маша сидит с больной матерью, а Даньке не разрешат родители поехать в другой город. Он же школьник еще.

– А кто еще, помимо них, числится в