Миллион черных роз - Наталья Александрова

Тут капитан Сойка вспомнил, что чертова брошка очень дорогая, что ценный вещдок висит на нем, а он, капитан, как отдал его позавчера экспертам, так ничего и не знает. Что-то ему беспокойно, тем более, раз все выяснилось и брошка не является больше уликой, ее могут потребовать родственники назад. Правда, родственников у покойной вроде бы никаких нету, кроме бывшего мужа, а такое, с позволения сказать, родство не считается. Но покажите вы мне такое наследство, на которое не найдется охотников! А наследство от покойной, судя по брошечке и рассказам про остальные драгоценности, осталось неплохое. Так что мигом выплывут какие-нибудь двоюродные племянники из Саратова и троюродные тети из Мариуполя, уж это точно.

В Управлении капитан направился прямо к экспертам. За столом, где он привык постоянно видеть немолодую полную Альбину Михайловну, сидела тощая очкастая девица в белом халате.

— Вам кого? — нелюбезно буркнула она, не оборачиваясь и не отвечая на приветствие Сойки.

— Альбину Михайловну! — гаркнул Сойка во весь голос.

Но на девицу это не произвело ни малейшего впечатления. Все так же не отрываясь от микроскопа, она ответила, что Альбина со вчерашнего дня в отпуске.

— А вы, значит, теперь за нее будете работать?

— Надо думать, раз на ее месте сижу! — раздраженно ответила девица и оторвала наконец голову от микроскопа.

Сойка улыбнулся самой своей обаятельной улыбкой, но на девицу не произвели ни малейшего впечатления ни его улыбка, ни гигантский рост, ни кудрявая шапка волос.

— Вы по какому вопросу? — допрашивала девица. — Если вне очереди что-то сделать, так и не надейтесь. Работы навалили — выше головы.

— Да я, собственно, — Сойка плюхнулся на стул, тот покачнулся под ним, и капитан схватился за стол рукой.

— Тихо вы! — зашипела девица. — Всю настройку мне сбили!

Она наклонилась, поправляя верньеры, сдвинув локтем множество мелких предметов на столе, среди которых Сойка с изумлением заметил ту самую бриллиантовую брошку-змейку с глазами-изумрудами.

— Слушайте, что это у вас такой ценный вещдок просто так на столе валяется? — сердито заговорил капитан, желая отомстить противной девице за то, что она не прониклась его несомненным мужским обаянием. — Брошечка подотчетная и, между прочим, очень дорогая, что случись — мы с вами за целую жизнь ее не отработаем. Вы бы, девушка, поаккуратнее с вещдоками обращались.

— Чего? — насмешливо протянула девица, окончательно оторвавшись от микроскопа. — Вы про эту брошку говорите? Да это барахло, бижутерия!

— Ну-ну, милая, тебя заносит, — усмехнулся в ответ капитан, — такие люди, как ее покойная владелица, бижутерии не носят.

— Говорю — это подделка! Очень умелая, но подделка! Имитация…

— Точно? — упавшим голосом переспросил капитан.

— Абсолютно. Техника не ошибается, — девица любовно погладила микроскоп.

— И когда ты это установила?

— Когда экспертизу проводила, тогда и установила, — буркнула девица.

— А тогда какого черта ты раньше не сказала, что брошка фальшивая? — заорал Сойка так громко, как только был способен.

От звука его голоса зазвенела лабораторная посуда на полках.

— А меня спрашивали? — девица заорала в ответ. — Ваш Крачкин только интересовался, чьи отпечатки на брошке, очень ему хотелось, чтобы Чижовой отпечатки были. Ну, я его разочаровала, говорю — нет там ничьих отпечатков кроме покойницы. Он рассердился и трубку повесил. А мне оно надо? Кому надо, пусть тот и спрашивает…

— Ну дела… — протянул Сойка, — вот что, пиши официальное заключение, я попозже зайду…

Перед поездкой к Аветисову Маркиз должен был особенно тщательно поработать над своей внешностью — там его, скорее всего, могли «срисовать» люди Богомолова и приставить к нему профессиональное наружное наблюдение. Кроме того, он совсем не хотел, чтобы сам Аветисов узнал в своем посетителе бравого сержанта ГИБДД Снегиренко, попортившего ему немало крови на загородной дороге.

Собственно, работать над ним предстояло Лоле.

Она усадила Леню в кресло и внимательно осмотрела его.

Ленина внешность идеально подходила для создания любого образа — лицо правильное, незапоминающееся, лишенное особых примет и характерных отличий.

Первым делом Лола вложила небольшие тампоны ему за щеки, утяжелив нижнюю часть лица и сразу сделав немного старше. Затем нанесла на кожу легкий тональный крем, придав ей нездоровый желтоватый оттенок, нарисовала тени под глазами и занялась морщинами.

Это была долгая, кропотливая работа — ведь обычно театральный грим рассчитан на то, что разглядывать лицо будут издали, из зала, при ярком и неестественном свете софитов, а сейчас Лола создавала образ, который должен был выдержать естественное освещение и взгляд вблизи, почти в упор.

Наложив последние штрихи, Лола внимательно оглядела результат своего труда и надела на Леню парик — темно-русый, слегка вьющийся, с намечающейся сединой.

Теперь из зеркала на Маркиза смотрело лицо утомленного жизнью и замученного непрерывными проверками бизнесмена средней руки в возрасте чуть за пятьдесят — именно то, чего он и хотел добиться.

Маркиз подъехал к унылому обшарпанному трехэтажному зданию бывшей школы. Вспомнив описание Лолы, уверенно поднялся на третий этаж и пошел по длинному полутемному коридору. Большая часть тоскливых люминесцентных светильников давно уже не работала, и это было даже к лучшему: при слабом освещении не так бросались в глаза выношенный до дыр протертый линолеум, облезлая масляная краска на стенах, облупившиеся двери.

Дойдя до небольшого холла, Леня наконец увидел табличку с названием фирмы «Алиби». Он толкнул дверь и вошел в приемную.

Худая коротко стриженная грымза с торчащими вперед крупными зубами уставилась на него с плохо скрытым раздражением и осведомилась, попытавшись придать своему резкому, скрипучему голосу какое-то подобие любезности:

— Чем я могу вам помочь?

Маркиз окинул ее долгим неодобрительным взглядом и с явным сомнением проговорил:

— Боюсь, что лично вы — ничем. А вот ваша фирма, возможно, могла бы. Только, знаете ли, вопрос у меня конфиденциальный…

— Я вас понимаю, все наши клиенты заинтересованы в безусловном сохранении коммерческой тайны, — проскрипела секретарша и даже, поднатужившись, выдала некое подобие улыбки.

Лучше бы она этого не делала! Крупные длинные зубы, высунувшись изо рта, сделали ее похожей на престарелого вампира. Леня даже вздрогнул и невольно отступил подальше от стола.

— Наша фирма гарантирует полную конфиденциальность! — продолжала разливаться секретарша. — Вы можете изложить мне все ваши пожелания…

— Нет уж, я хотел бы поговорить с вашим шефом, чтобы как можно меньше людей было в курсе…