Снежный киллер - Алексей Макеев

Гуров собирался проводить девушку до ее турбазы, убедиться, что она больше не предпримет попыток суицида, и затем позвонить Абуладзе, сообщить, что с Настей все в порядке. О том, что произошло на краю обрыва, что она там вообще была, он решил ресторатору не сообщать.

Однако планы Гурова с самого начала были нарушены. Едва они с Настей достигли подъемника и сделали несколько шагов в сторону турбазы, как Гуров увидел бегущего к нему навстречу человека. Это была Ксения Семенова.

– Вот вы где! – воскликнула она, увидев сыщика, бредущего в обнимку с Настей. – Гуляете?

Гуров открыл было рот, чтобы объяснить, что он не гуляет, а занят совсем другим делом, однако Ксения не дала ему объясниться.

– Вы гуляете, а тут мама пропала! – объявила она.

– Что значит «пропала»? – удивился Гуров.

– То и значит. Мне позвонил Молчанов, сказал, что они с мамой вернулись с прогулки, позже он решил к ней зайти, а ее нет в номере. Он стал ей звонить по сотовому – телефон включен, но по нему никто не отвечает. Тогда он позвонил мне – думал, мы с ней вместе. Я забеспокоилась. Позвонила маме сама – думала, она просто Молчанову не хочет отвечать. Нет, картина та же самая: телефон включен, но никто не отвечает. Тогда мы с Молчановым вместе сходили к подъемнику, потом походили по поселку. Еще раз заглянули в номер. Мамы нигде нет. А ведь уже ночь на дворе!

– А каких ее вещей нет на месте? – спросил Гуров. – Может быть, она собралась, взяла такси да и уехала?

– Я тоже так подумала, – кивнула Ксения. – И все в номере проверила. Нет, все вещи на месте. Нет только ее шубы – ну, той, в которой она всегда ходила.

– То есть получается, что она вернулась вместе с Молчановым с прогулки – и сразу пошла гулять снова?

– Да, получается, что так, – отвечала Ксения. – Но мама никогда так не делала.

– Что ж, давайте искать, – сказал Гуров. – Вы, Настя, идите к себе на турбазу. Извините, но проводить я вас не смогу – видите, какое дело.

– Нет, провожать меня совсем не нужно, – отвечала девушка. – Со мной все в порядке.

При этих словах Насти Ксения бросила на нее быстрый взгляд. Кажется, до нее стало доходить, что Гуров вовсе не совершал романтическую прогулку с девушкой.

– Может, я тоже приму участие в поисках… Лидии Евгеньевны? – предложила Настя.

– Нет, бегать искать втроем – это не более эффективно, чем вдвоем, – покачал головой Гуров. – Хотя вы можете помочь. Пожалуйста, когда будете идти до своей турбазы, посматривайте по сторонам. И если вдруг увидите Лидию Евгеньевну, позвоните мне. Идет?

– Хорошо, я так и сделаю, – кивнула Настя.

Проводив ее взглядом, Гуров задумался. Куда идти?

– А куда ходили гулять ваша мама и Молчанов? – спросил он у Ксении. – Вы его спрашивали?

– Да, спрашивала, – отвечала девушка. – Ходили по обычному своему маршруту – мимо скал, где погиб папа, к началу длинного подъема на Чегет.

– Тогда… тогда давайте и мы пойдем туда же, – решил Гуров.

– Но почему? – удивилась Ксения. – Зачем маме могло потребоваться снова идти в то же самое место?

– Не знаю, – признался Гуров. – Но мне почему-то кажется, что она пошла туда.

Ксения пожала плечами, но не стала спорить. Они двинулись в сторону скал. Гуров подумал, что уже второй раз за последний час переживает схожую ситуацию, своего рода «дежавю»: снова молчащий телефон, пропавший человек, и снова он идет к скалам, возле которых погиб Семенов. Только на этот раз поиски идут не наверху, а внизу.

Уже стемнело, на небе загорелись звезды, в поселке зажгли фонари. На главной улице было много гуляющих. Но там, куда направлялись Гуров и Ксения Семенова, было пусто и темно.

Они прошли около пятнадцати минут, и наконец впереди показался обрыв, с которого упал Игорь Семенов. Ни под обрывом, ни дальше, насколько позволял увидеть слабый свет звезд, никого не было видно.

– Вот видите, мамы здесь нет, – сказала Ксения. – По-моему, идти дальше просто бессмысленно.

– Может быть, и так, – сказал Гуров. – И все же давайте пройдем еще немного.

Они пошли дальше. Скалы приближались, теперь они нависли у них над головами. У их подножия валялось множество валунов, запорошенных снегом. Внезапно Гуров заметил, что один из валунов имеет какие-то неожиданные очертания, слишком мягкие и сглаженные для камня. Секундой позже он понял, что именно он видит, и молча кинулся туда, к груде валунов.

– Куда вы? – окликнула его Ксения. Но затем последовала за сыщиком.

Гуров добежал до валунов и остановился. Перед ним на камнях лежала Лидия Евгеньевна. С первого взгляда было видно, что она мертва. Ее лицо сохранило удивленное выражение, которое, видимо, имело перед смертью.

Сначала Гуров не понял, что стало причиной смерти женщины. Но когда он наклонился к ней, то увидел глубокую вмятину на виске. Оттуда, как видно, вначале текла кровь, она осталась на воротнике дорогой шубы. Однако на лице крови не было: кто-то ее тщательно вытер.

– Мама! – послышался возглас за спиной Гурова. Ксения, оттолкнув сыщика, бросилась на тело матери, обняла ее, дав волю слезам. Между тем Гуров, отступив на несколько шагов назад, достал телефон и набрал номер лейтенанта Касыгова.

– Вы где? – спросил он. – Проехали уже половину дороги? Придется вам развернуться и вернуться назад. Что забыли, спрашиваете? Еще одно убийство – вот что. Подробности на месте объясню. Только теперь вам надо не к пансионату, а к тем скалам, где нашли Семенова. Машина сможет сюда проехать? Ну, сколько сможет, столько проедете. И учтите: нам надо будет забрать отсюда тело. Да, сразу к вам, на вскрытие.

Прошло чуть больше получаса, и Гуров увидел свет фар. Натужно ревя мотором, машина пыталась продвинуться к скалам. Затем водитель выключил двигатель, и два человека быстро направились к обрыву. Когда они подошли ближе, Гуров указал рукой на труп Семеновой, над которым все еще сидела Ксения.

– Сначала муж, а теперь и жена, – сказал он. – Кто-то проломил голову Лидии Семеновой.