Призраки озера - Карен Робардс

– Ты все это выдумала! – Хлоя смотрела на нее широко открытыми глазами. Сара продолжала хихикать. Внезапно Хлоя тоже хихикнула, и через мгновение уже обе девочки покатывались со смеху, привалившись друг к другу плечиками и оглядываясь по сторонам, словно в страхе перед воображаемым чудовищем.

– Вот, – завернув крышку банки, Оливия отдала ее Хлое. Быстрое превращение Хлои из испуганной жертвы в веселую заговорщицу лишь укрепило ее в мысли о том, что, по крайней мере частично, ее испуг предназначался для глаз отца. – Когда на тебя в следующий раз приземлится светлячок, помни, что он тебя не укусит, и просто стряхни его. Ты так кричала, что напугала меня до смерти.

– Не только тебя, – выдохнул Сет, когда девочки снова побежали собирать жуков. – По тому, как она вопила, я решил, что ее как минимум убивают.

– Да уж. твоей дочери жуки явно больше нравятся в банке, чем на руке. – Оливия подняла на него глаза.

На Сете были брюки из хлопка цвета хаки и темная рубашка-поло, которая красиво оттеняла его посеребренные луной волосы и глаза, мягко светившиеся, когда он наблюдал за играющими девочками. Оливия почувствовала, что ранее испытанное ею влечение к нему не исчезло.

Испугавшись своих мыслей, она перевела взгляд на девочек, продолжающих веселую охоту на светлячков. До обеда они играли с Бинни Бэйбиз, потом с помощью Оливии построили на верхней галерее форт, где устроили чаепитие. После ужина они смотрели кассету с мультфильмом «Красавица и чудовище». Хлоя весь день вела себя так хорошо, что Оливия почувствовала, что ее неприязнь к девочке начинает проходить.

– У твоей дочери неплохое воображение. – По тону Сета Оливия не могла понять, комплимент ли это или упрек.

– Да, это так, спасибо. Мы только что прочитали «Бунникулу», откуда, я думаю, и взялся вампир – король светлячков.

– «Бунникулу»? – Было видно, что Сет и понятия не имеет, о чем идет речь. Оливию это не удивило: она уже поняла, что Сет очень мало знает о своей дочери.

– Это забавная детская книжка о зайце-вампире. Уверена, Хлое она понравится, если она ее еще не читала.

Сет покачал головой:

– Понятия не имею. Надо у нее спросить. Или у мамы. Она покупает Хлое книги.

Оливия промолчала, тем самым давая понять, что именно он, а не кто-то другой, должен знать как можно больше о своей дочери.

– Сегодня днем были какие-нибудь проблемы? – спросил Сет спустя минуту как бы между делом и посмотрел на Оливию. Было ясно, что он спрашивал о проблемах в поведении Хлои, и Оливия невольно снова удивилась природе их отношений. Без сомнения, он любил Хлою, и она любила его, это ясно. Но что-то между ними было не так.

– Хлоя прекрасно себя вела весь день, – ответила она, решив не притворяться, будто не поняла, о чем он спрашивает.

Сет криво усмехнулся:

– Рад это слышать.

– Как себя чувствует Большой Джон? – Оливия решила сменить тему. Сет уехал куда-то прямо из церкви, и Оливия предположила, что хотя бы часть времени он провел в больнице.

Сет продолжал наблюдать за девочками, слегка нахмурившись, потом рассеянно хлопнул себя по руке, отгоняя комара.

– Ничего нового. – Сет перевел на нее взгляд. – Он все еще без сознания, на аппарате искусственного дыхания. Хотя Чарли считает, что с каждым днем его шансы возрастают. – Он скользнул взглядом по ее фигуре. На Оливии были шорты, красная майка и кроссовки. Потом, помедлив минуту, взглянул ей в глаза: – В таком прикиде тебя тут заживо съедят.

Оливия качнула головой, едва заметно улыбнувшись.

– Мы все, Сара, Хлоя и я, намазаны таким слоем защитного средства, что все тело липкое. Не забывай, я знаю, какие тут комары. Я здесь выросла.

– Поверь, я этого не забыл, – ответил Сет, снова окидывая ее взглядом.

Оливия только сейчас осознала, что коротко обрезанные шорты едва закрывают середину бедер, а короткая маечка слишком плотно обтягивает грудь. На секунду ей показалось, что Сет смотрит на ее грудь, и Оливию обдало жаром. Не дав ей времени ни убедиться, ни опровергнуть ее подозрения, он резко повернулся, направляясь к стоянке.

– Я привез Дэвида с Кейтом. Они сегодня утром прилетели в Батон-Руж и на такси приехали в больницу. Они переночуют здесь. Пойдем, поздороваешься.

Всю эту тираду он произнес через плечо, уже на ходу.

– Я рада, что Дэвид приехал.

Оливия последовала за ним на стоянку. В желтоватом свете единственного фонаря у дальней стены гаража она заметила Келли, которая обнимала высокого, хорошо сложенного мужчину в светлой спортивной куртке и темных брюках. Разомкнув объятия, Келли обернулась к другому мужчине, ниже ростом и более коренастому, но точно в такой же одежде, что и первый, и обняла его.

– Большой Джон – его отец, – произнес Сет, пожав плечами, словно собирался добавить: «Приходится мириться», и зашагал к ним. – Я говорил вам, что Оливия дома, – сказал он, обращаясь ко вновь прибывшим.

Более высокий мужчина с улыбкой обернулся к Оливии. Ростом и телосложением он напоминал Сета, правда, лицо было крупнее и шире, а более грубые черты лица напоминали Большого Джона. На вид ему было около шестидесяти, что подтверждали морщины и второй подбородок, но волосы оставались на удивление темными и густыми. Оливия заподозрила, что это может быть краска. Довершали картину аккуратно подстриженные черные усики. Это был дядя Сета Дэвид, которого она видела всего несколько раз в жизни.

Оливия улыбнулась мужчинам.

– Привет, Оливия! – бодро поздоровался с ней Дэвид. – Сколько тебе было, когда мы виделись в последний раз? Лет двенадцать? Кажется, это было на маминых похоронах.

Пробормотав что-то в знак согласия, Оливия позволила заключить себя в объятия, и они обменялись поцелуями, едва коснувшись друг друга щеками. Дэвид жестом указал на своего спутника:

– Ты, конечно, помнишь Кейта Сэйерса?

Конечно, Оливия помнила Кейта, хотя видела его всего пару раз. В последний раз это было, когда Дэвид привез своего сожителя на похороны матери, что вызвало в семье взрыв возмущения. Большого Джона едва не хватил апоплексический удар: его сын выставляет на всеобщее обозрение свои гомосексуальные наклонности! А Белинда, вставшая на сторону отца, еще долго гневалась на то, что Дэвид посмел привезти своего «друга» на такое важное семейное событие!

«Он сделал это нарочно, назло отцу, понимаешь. – Оливия слышала, как Белинда сказала это Келли. – Он ненавидит папу так же, как папа ненавидит его».

О, да, Оливия помнила Кейта Сэйерса.

– Как ваши дела? – обратилась она к Кейту, и они поприветствовали друг друга, быстро обнявшись и поцеловавшись.

– Все ничего, только волнуюсь за Дэвида из-за его отца, – ответил Кейт, разжав объятия и улыбнувшись. – Жаль, что семья собирается вместе только тогда, когда что-то случается, правда?