Перстень Александра Пушкина - Анна Князева

– У нас мало времени, в шесть музей закрывается.

– Идем к письменному столу.

Стол располагался посреди комнаты. Рядом с ним – такое же, как диван, потертое кресло. На столешнице располагался чернильный прибор с фигуркой арабского мальчика. Лежали несколько бумажных листов с записями, сделанными хозяином дома.

– Вот, смотри, – прошептала Полина и склонилась над прозрачным контейнером, в котором находилось подлинное гусиное перо поэта и письмо с его личной печатью.

– Она? – спросил Дуло и достал телефон.

Полина предостерегла:

– Осторожно! Я забыла оплатить фотосъемку, нас могут выгнать.

Сергей склонился над контейнером и как можно незаметнее сравнил оттиск печати, оставленной на сургуче, с перстнем на фотографии.

– Ну что? – озираясь по сторонам, спросила Полина.

– Подожди…

– Давай быстрей, кажется, сюда идет смотрительница.

И правда, они услышали женский голос:

– Поторопитесь. Музей закрывается…

Полина поспешила к двери, выглянула, а когда повернулась, увидела Дуло, который шел ей навстречу.

– Ты такой бледный, – сказала она.

– Идем. – Он подхватил ее под руку, и они, не сворачивая, вышли в переднюю, затем в коридор, спустились на восемь ступеней вниз и оказались в той же арке, через которую заходили.

– Стой! – произнесла Полина. – Не сделаю больше ни шага, пока не скажешь. Это кольцо Пушкина?

Помедлив, Сергей ответил:

– Думаю, да.

– Ты хорошо посмотрел?

– Хорошо, все совпадает. – Он сжал губы, потом добавил: – Там на камне есть небольшой дефект, угол чуть сколот… На оттиске дефект тоже присутствует. Надпись на иврите – один к одному. А сверху – что-то вроде орнамента с двумя гроздьями винограда. Я каждую виноградину посчитал.

– Я говорила… – прошептала Полина. – Я верила, что это перстень Пушкина!

Потом они долго шли до платной парковки, где оставили машину. Уселись на сиденья, замерзшие и взволнованные. Сергей включил подогрев.

– Теперь мы должны узнать, у кого сейчас находится этот перстень, – подытожила Полина. Дуло никак не отреагировал на эти слова. Она поинтересовалась: – У тебя есть друзья, близкие к антиквариатным кругам?

Он сказал:

– Кто из нас двоих занимался искусством? Хотя… Помнится, проходил у меня по одному делу знающий старичок. Я тогда его сильно выручил. Не по-божески было сажать человека в его возрасте.

– Жив ли? – усомнилась Полина.

– Жив, – с уверенностью сказал Дуло. – Этот жук еще нас с тобой переживет. – Он энергично потер руки и взялся за руль. – Едем!

– Куда теперь?

– Продавать машину!

Вспомнив о чем-то, он достал свой телефон и набрал номер. В кармане у Полины зазвонил ее телефон.

– Кто это? – испуганно спросила она. – Кто может знать мой новый номер?

– Я, – ответил Дуло. – Сохрани в памяти. Теперь это мой номер.

– Ты сменил симку?

Сергей погладил жену по голове:

– Умненькая моя! Догадалась.

– Не ерничай! – возмутилась Полина. – Немедленно объясни, в чем дело и почему мы должны продавать машину?

– Потому что завтра нас в ней арестуют.

– Это потому что тебя срисовали? – наконец догадалась она.

– Молодец! – похвалил Дуло и осторожно выехал со стоянки. – Овладеваешь ментовской терминологией.

Около часа они колесили по окраинам города, выискивая стоянки и автосервисы, где торговали машинами. Наконец, отыскали одну стоянку, спрятанную под пролетами огромного виадука. Зайдя в контору, Сергей сразу понял, что сможет договориться с хозяином кавказской национальности, зная заранее, что тот будет бешено торговаться.

Сергей Дуло объяснил, что хочет обменять свою машину на какую-нибудь другую.

Южный человек вышел во двор. При виде новой «Вольво» у него загорелись глаза.

– Ты, брат, очень хороший человек, – сказал он Сергею. – Давай пойдем, я тебе помогу.

Они прошли вдоль строя битых машин, удалились в глубь стоянки, где стояли несколько свежепокрашенных легковушек.

– Ворованные? – Сергей окинул их наметанным взглядом.

– Зачем ты так говоришь? – обиделся хозяин стоянки. – Люди приходят, продай, говорят, Мурадик! Мне поможешь – и сам заработаешь.

– Отвечаешь, что все они в угоне не числятся?

Мурадик насторожился:

– Ты из полиции?

– Не бойся, не трону, – заверил его Сергей. – Мне сейчас самому помощь нужна.

Мурадик кивнул и подвел Дуло к старому «Опелю».

– Бери эту, не прогадаешь. Документы чистые, клянусь своими детьми!

То ли клятва оказалась решающей, то ли в этот момент Дуло понял, что особого выбора у него нет и не будет, но он согласился.

Когда Сергей подъехал на перекрашенной развалюхе к своей машине, Полина вышла ему навстречу с побелевшим лицом.

– Освободи бардачок. Переложи все сюда. Я займусь багажником.

– Мы на этом поедем?! – спросила она в ужасе.

– Мы на этом поедем, – сказал Сергей утвердительно. – И на этом мы с тобой будем в большей безопасности, чем на той. – Он кивнул на «Вольво».

Рядом уже суетился Мурадик:

– Катайся, дорогой! Через три дня приедешь, переоформим, а я пока подыщу покупателя.

– Подыщи-подыщи, – поддержал его Дуло. – Только предупреждаю, если кто-нибудь увидит мою машину и спросит, на какой я уехал…

– Ни за что не скажу! – заверил Мурадик, вручая Сергею документы на «Опель».

Дуло взамен отдал документы и ключи от своей машины.

– Поставь ее куда-нибудь подальше, в угол или к глухому забору.

– Сделаю, – закивал хозяин стоянки и начал махать рукой еще до того, как они с Полиной отъехали.

– Теперь что? – мрачно спросила Полина.

– Будем искать ночлег. Только на этот раз без предъявления паспорта.

– Такое бывает?

– Да, в частном секторе.

– Ты знаешь, где он находится?

– Отыщем, – ответил Сергей, но уверенности в его голосе она не почувствовала.

Из города выехали в девять часов вечера. По дороге встретилась та же шашлычная, где ели вчера. Ненадолго остановившись, они перекусили, но на этот раз гораздо быстрее, потому что обоих тревожила мысль о ночлеге.

Потом они медленно поехали по трассе вдоль берега. Время от времени Сергей повторял: