Ты будешь одинок в своей могиле - Джеймс Хедли Чейз

Было 15.20, когда авиатакси опустилось на аэродроме Порголов в окрестностях Сан-Франциско. Мы приземлились вслед за самолетом регулярного сообщения, который привез большую группу киноактеров. Огромная толпа народа пришла их встречать. Две колонны истеричек заодно приветствовали и пассажиров нашего самолета энергичными взмахами носовых платков. Мы не отвечали на их приветствия: настроение было не то.

Керман сказал мне:

– Ты знаешь, Вик, какая странная вещь: пока человек жив, не понимаешь, как много он значит в твоей жизни… Эд был женат и имел двух детишек, хотя никогда не говорил о них. И никогда не говорил, что у него есть родители. Он совсем не походил на отца семейства и рисковал направо и налево…

– Закройся! К чему теперь говорить о жене и детях?

Керман вынул платок и вытер лицо.

– Ты прав. – Потом, помолчав немного, добавил: – Кстати, прошлой ночью…

– Ты мне надоел!

– Ладно, молчу.

Наступило молчание. Мы мчались по шоссе, я вспоминал прошедшее утро…

Пришла Паула. Брендон уже виделся с ней и расспрашивал о Бенни. Она преподнесла ему ту же версию, что и я: Бенни уехал во Фриско на уик-энд. Как турист. Разумеется Брендон не поверил ни единому нашему слову.

Пока мы спорили, появился Керман. Он подтвердил алиби Беркли: в день, когда была убита Дана, тот действительно провел время с Китти, так что пришлось исключить Беркли из круга подозреваемых.

Потом я рассказал им об Аните Серф. По тому, как Паула с Керманом переглянулись и начали осматривать мою хибару, я понял, что они усомнились в моей нормальности. Действительно, трудно было поверить моему рассказу, не найдя никаких следов ее пребывания здесь. Но они вспомнили желтую подушку. Отсутствие подушки и порядочная опухоль на моей голове убедили их в моей правоте.

Путешествие не способствовало улучшению моего состояния, к тому же я все время думал о Бенни. Я знал его почти четыре года. Он был веселый, с неуравновешенным характером – типичный сангвиник. Больно думать, что Бенни больше нет…

Керман доказывал, что смерть Бенни не связана с убийством Даны, Ледбреттера и Аниты. Я был уверен в обратном. По теории Кермана, Бенни играл в карты и выиграл, но кто-то отобрал у него деньги и выбросил его за дверь. У Кермана нет никаких доказательств своей теории, кроме фантастического характера Бенни, способного ввязаться в любую драку и схлопотать неприятности.

Я не согласен с его теорией, хотя Керман и настаивает на ней. Может, Бенни и был таким, но только не на работе. Он прибыл в Сан-Франциско вчера около шестнадцати с половиной часов. А в час ночи полиция выудила его в акватории порта. Вскрытие показало, что он мертв уже четыре часа, короче говоря, с 21.00 то есть спустя четыре с половиной часа после своего прибытия. Четырех с половиной часов достаточно, чтобы начать расследование прошлой жизни Аниты, но не для игры. Сперва работа – потом развлечения, мы всегда придерживаемся этого правила.

Возможно, за ним следили во Фриско… Если его убили в девять часов, то убийца вполне мог поймать самолет, прилететь в Оркид-сити и убить Аниту.

Керман спросил, не было ли у меня раньше видений. У меня нет доказательств, сказал я, но у меня есть интуиция, а это иногда нужнее, чем бездоказательные предположения.

Мы доехали до Третьей улицы и остановились перед Центральным комиссариатом.

– Говорить буду я! – Керман не возражал.

Мы поднялись по каменным ступеням на второй этаж и вошли в какое-то помещение. Я спросил первого попавшегося флика, где находится лейтенант охраны. Это был симпатичный флик, и он охотно проводил нас к нужному человеку. Когда я сообщил лейтенанту, кто я и что мне нужно, он тотчас же вызвал сержанта и приказал ему отвести нас в криминальную бригаду.

Мы поднялись за нашим провожатым выше по лестнице, затем прошли по длинному коридору и, наконец, попали в маленькую комнатку с желтыми стенами и потолком, с решетками на окнах. Кроме четырех стульев и двух пюпитров там ничего не было.