Внеклассное чтение. Том 2 - Борис Акунин

У нас в классе он был, как теперь сказали бы, неформальнымлидером. Смазливый мальчик, спортивный, во всем заграничном — папа у Яся былвыездной, а впоследствии и номенклатурный. Учился Ясь в медицинском, как и я.Не потому что хотел стать врачом, а потому что его папаша ведал импортомлекарств во Внешторге. Пристроил туда же и сынулю. Пока я просиживал надучебниками, ассистировал на операциях, торчал на ночных дежурствах, Ясьразъезжал по миру. Торговал отечественной гомеопатией, закупал лекарства. И поэтой части завязал активнейшие, прямо-таки дружеские контакты с некоторымиколумбийскими компаниями. Соображаете, к чему я клоню?

— Наркотики?

— Естественно. Тут как раз Советский Союз развалился.Бардак, безнадзорность, самое время половить рыбку в мутной воде. И Ясьоказался отличным рыбаком. Пока бизнесом заправляли бандиты, вел себя тише водыниже травы. Потом, когда одних бандитов перестреляли, а других пересажали,как-то само собой вышло, что Олег Станиславович из консультанта, посредника,полезного «пацана» превратился в самостоятельного авторитетногопредпринимателя. Умеет за себя постоять, на хвост наступать не дает. Опять же сбольшущими связями, от Кремля до Медельина. Сеть круглосуточных драгсторов«Добрый Доктор Айболит» ему для чего понадобилась, знаете? Думаете, аспирином игазировкой торговать?

До сего момента именно так Николас и думал, но тон вопросаявно предполагал отрицательный ответ, и потому Фандорин покачал головой.

— Правильно. Какой доход от газировки? У Яся свой проект,существенно отличающийся от моего, но тоже завязанный на тендер по «Ильичу». Намощностях комбината он сможет развернуть массовое производство«суперрелаксана». Слыхали про такой чудо-препарат?

— Нет.

— А между тем о нем много пишут и говорят. Волшебное снадобье,изобретенное отечественными гомеопатами на основе древесных грибов. Незаменимоесредство от неврозов, мигрени, депрессивных состояний, абстинентного синдрома.Разработано научно-исследовательским центром фирмы «ДДА». Средств на пиар Ясьне жалеет. На лоббирование тоже. «Суперрелаксан» блестяще прошел испытания,получил лицензию и рекомендован к безрецептурному применению. Средство и всамом деле уникальное: быстрого действия, без каких-либо побочных эффектов.Кроме одного… — Куценко сделал паузу. — Я потратил полтора миллиона насобственное исследование свойств «суперрелаксана». Обнаружилось, что у людей,склонных к медикаментозной зависимости, эти таблетки со временем создаютстойкое привыкание.

— Это что, наркотик?

— Да. Медленно действующий, так что поначалу нет никакихтревожных симптомов, но мощный, очень мощный. По мере привыкания к«суперрелаксану» и увеличения дозировки круг интересов реципиента сужается,подавляется регенеративная способность, развивается апатия. Наладив массовоепроизводство, Ясь собирается развернуть бешеную рекламную кампанию. В течениепервого года таблетки будут очень дешевы. Со второго года, когда включитсямеханизм привыкания, цены на «суперрелаксан» постепенно начнут расти. К томувремени и драгсторы как раз расползутся по всей России. Розовая мечта любогопредпринимателя — замкнутый цикл от добычи сырья до розничной торговли. Мойстарый дружок задумал всю страну на «колеса» подсадить. Такой вот у негобизнес-проект.

— Но почему вы не обнародуете результаты своих исследований?— воскликнул Фандорин. — Об этом же нужно кричать, бить в колокола!

Мират Виленович снисходительно улыбнулся:

— Свобода слова, Николай Александрович, это когда одинкричит одно, другой противоположное, и кто громче орет, тому больше верят.Здесь мне за Ясем не угнаться — он начал орать много раньше и преуспел многобольше. Нет, в колокол звонить я не буду. Я ведь не звонарь, а хирург. И решуэту проблему как привык — с помощью скальпеля. А вы мне поможете, потому чтоодна голова хорошо, а две лучше. Ведь поможете?

— Конечно! Если смогу…

— Ну вот и отлично. Работаем. Куценко нажал кнопкуинтеркома.

— Игорек? Бери Ходкевича и живо ко мне. Тут одну задачкунадо порешать.

И минуту спустя начался военный совет, но с участием не двухголов, а четырех. Кроме хозяина дома и Фандорина в совещании приняли участиеИгорек, секретарь Мирата Виленовича, и Павел Лукьянович Ходкевич, управляющийусадьбой.

Ситуацию изложил сам Куценко — бесстрастно, кратко, будто всамом деле речь шла о шахматной задачке. По времени эта сводка была раз в шестькороче, чем многословное признание Николаса, а по информативностисодержательней, потому что, когда в завершение Мират Виленович спросил:

«Вопросы есть?», таковых у слушателей не оказалось, толькоуправляющий почесал стриженную ежиком макушку и инцестуально выругался.

— Вопросов нет, значит, исходные условия понятны, —констатировал главнокомандующий. — Тогда предложения. Игорек, ты что эторисуешь?

— Схему, Мират Виленович. Сейчас, подождите, пожалуйста,минуточку. Диспозиций без карты не бывает.

Человек-гора говорил мягким, рассудительным голосоммальчика-отличника, плохо сочетавшимся с богатырской статью. Ах да, он ведьучился в Америке, вспомнил Николас и не удержался, спросил:

— Игорь, а какой университет вы заканчивали?

— Уэст-Пойнт, — ответил секретарь, старательно обводякакие-то детали рисунка красным фломастером. — Вот, прошу.

Все склонились над схемой, изображавшей усадьбу и ееокрестности.

— Предложение сводится к следующему. В четыре ноль ноль«мерседес» и два джипа выезжают из ворот. Пустые, с одними шоферами. Личныйсостав скрытно выдвигается сюда и сюда, в засаду. В пять тридцать господинФандорин, согласно полученной инструкции, отключает двенадцатый датчик,расположенный вот в этом секторе. Противник проникает через этот квадрат натерриторию и попадает под перекрестный огонь с позиций, обозначенных цифрами 3,4 и 5. Не уйдет ни один, гарантирую.

Диспозиция выглядела впечатляюще, но оценка МиратаВиленовича была саркастической:

— Ты что, Игорек, штангу перекачал? Давай, устрой мне тутразгром немецко-фашистских захватчиков под Москвой. Плакал тогда мой тендер.Нет уж, господа хорошие, обойдемся без пальбы. А что ты скажешь, Лукьяныч?

Управляющий пососал висячий ус, хитро прищурился.

— А шо я вам ховорил, Мират Виленовитш? Кохда датшуобустраивали, помните? Вы мне: затшем нам туннель, шо за хлупости? А я вам:подумаешь, двести тышщ, а мало ли шо? Пускай вже будет. Хто прав-то оказался,а? Нынтше туннельтшик в самый раз сгодится.

— Ну-ну, — поторопил его Куценко. — Ближе к делу.