Без любви - Альбина Десницкая

Когда в дверь постучали, Игорь и Рита еще спали. Но Игорь ждал этого стука, поэтому тут же вскочил и бросился в коридор. Дядя Володя был уже там.

— Так, слушай меня, — Игорь возбужденно зашептал старику прямо в ухо: — Мы с Риткой ложимся под пол, ты накрываешь нас досками так, чтобы никто ничего не заподозрил. Потом идешь открывать дверь, делаешь вид, что только проснулся, трешь глаза, застегиваешь рубашку. Все ясно?

— Ясно, полезайте, — старику явно не нравилось все это, но он побаивался гостя. И племянницу тоже.

Игорь вернулся в комнату, кровать уже была заправлена. Рита ждала команды. Стук в дверь усилился. Закричали:

— Открывайте, у нас постановление на обыск! Будем взламывать!

Дядя Володя положил поднятые Игорем доски на место и тяжело вздохнул.

— Иду, — направился он к двери, неторопливо застегивая только что расстегнутую рубаху. — Глуховат я, пока расслышал. Вам кого?

— Уголовный розыск, капитан полиции Яковенко, — Роман Анатольевич протянул удостоверение.

— Я все равно не вижу, — даже не взглянув на ксиву, ответил дядя Володя.

— По какому вопросу?

— У нас постановление о проведении обыска в этом домовладении, — Яковенко протянул старику бумагу. — Вы хозяин?

— Ну, я. Что вы у меня найти-то хотите?

— Мы ищем вашу племянницу Ястребову Маргариту Сергеевну и ее мужа Лунова Игоря Константиновича.

— Не видел я их с прошлой весны.

Яковенко, не ожидая приглашения, перешагнул через порог. За ним вошли еще двое.

— Кто-то еще в доме есть?

— Никого. Один я живу. Жена померла. В гости ко мне никто не приходит. Дети разъехались, у них свои семьи.

— Где можно присесть? Надо сделать кое-какие записи.

Дядя Володя провел полицейского на кухню, а его коллеги принялись расхаживать по дому, заглядывая в шкафы, тумбочки, под кровати. Обыск продолжался два часа, весь дом подняли вверх дном. Ни единой подозрительной вещички найдено не было. Свои личные вещи Лунов и его жена спрятали там же, где спрятались сами. Потом начали осматривать постройки во дворе дома. Ветхие сараи, баню — все обыскали, как следует, даже у свиней в хлеву побывали. Ничего не нашли. Пришел черед чердака и погреба. Полицейские вместе с дядей Володей вернулись в дом.

— Ну что, сначала на чердак, — скомандовал Яковенко своим подчиненным, — а потом в погреб.

— А фонарик у вас имеется? — обратился один из полицейских к дяде Володе.

— Откуда? Вон огарок свечи лежит, но там уже нечему гореть.

— Да полезли так, у меня зажигалка, — предложил второй. Яковенко опять прошел на кухню.

— А где тут погреб? — он начал рассматривать доски, из которых состоял кухонный пол. Конечно, каждый нормальный сыщик обладает определенной интуицией. И что-то ему подсказывало, что искать в этом доме надо лучше.

— В коридоре, — дядя Володя вышел в коридор. — Вот здесь.

Но Роман Анатольевич не торопился выходить в коридор, а продолжал рассматривать немытый кухонный пол. Вдруг что-то привлекло его внимание, он присел на карточки.

— Дайте-ка что-нибудь остренькое.

— Погреб глядеть будете?

— Будем, — Яковенко протянул руку, — нож подайте.

Дядя Володя подал кухонный нож, маленький и тонкий, которым чистил картошку. Роман Анатольевич взглянул на тот ножик и, разозлившись, встал.

— Поднимите вот эту доску.

Дядя Володя всячески упирался, отговариваясь, что, мол, доски старые, лучше их не трогать, а то совсем развалятся. Но полицейский нашел в одном из ящиков кухонного стола тесак, предназначенный для разделывания мяса, и, присев опять на корточки, вставил его в щель между досок. Затем надавил на ручку и приподнял одну доску.

— Опочки! Вот это да! Вот это сюрприз! Выходите, ребята! — У-у-у, — начала завывать Рита, вылезая из тайника.

— И что мы здесь делаем, интересно узнать? — Яковенко откровенно радовался находке.

— Отдыхаем. От вас устали, — Игорь выбрался, сел на пол и начал стряхивать с себя мусор, прилипший к одежде. — Когда это все закончится?! У вас совсем нет ни совести, ни жалости! У нас пропал ребенок, а полиция вместо того, чтобы искать, дергает нас без конца.

— Собирайтесь. Поедете с нами в Дубровск, — Яковенко повернулся к дяде Володе. — И вы тоже собирайтесь.

— А я зачем?

— Следователь вам все объяснит.

— Никуда я не поеду, — запротестовал дядя Володя, — на кого я дом брошу?

— Сказано, собирайтесь, — в голосе Яковенко послышался металл. Старик понял, что спорить бесполезно.