Охота на человека - Чингиз Абдуллаев

Тот кратко поздоровался со всеми, усаживаясь за стол. ОтРичарда не ускользнуло и то, с каким отвращением посмотрел Шэфер на Вебера.

За столом больше говорил Пауль Шэфер, давая одновременноинтервью и рассказывая о своей колонии. Саундерсу лишь изредка удавалосьвставить некоторые вопросы. Вебер ел молча, почти не разговаривая. Толькооднажды он, сидя слева, протянул Саундерсу солонку и с любопытством заметил,как непроизвольно дернулась левая рука у «Дронго». Но быстро подавив тоестественное желание, Ричард протянул правую руку. Он понял, что Вебер заметилего ошибку.

— У вас действует левая рука? — спросилВебер, — я думал, вы инвалид.

— В Англии мне сделали великолепный протез, —соврал Саундерс, — он управлялся мини-компьютером, вживленным в протез,но, к сожалению, мне пришлось оставить его в Лондоне, они обещали сделать кмоему приезду еще лучший.

— Конечно, лучше иметь такой надежный протез, —усмехнулся Вебер, не сводя глаз с Ричарда.

— Утром я покажу вам, как работают наши люди, —вставил Шэфер, — можете остаться до утра у нас, — милостиво разрешилон, — нам нужны честные репортажи о нашей общине.

Саундерс обратил внимание, что на ужин не был приглашенсержант Фрага. При этом на стол не подавали вина и других спиртных напитков,еда тоже была достаточно скромной. После ужина Ричард и Марк, попрощавшись схозяевами, покинули гостиную. Перед уходом Марк успел прикрепить «жучок» кстолу.

Зайдя в свою комнату, Ричард включил аппарат-передатчик,вставив его в ухо. Послышался уверенный голос Вебера. Он говорил по-немецки сШафером и Саундерс ничего не понял. Он передал аппарат Ленарту,[11]знавшему немецкий.

— Послушай, что они говорят, — очень тихо сказалРичард.

— Шэфер ругается, говорит, что недоволен. Его лагерьстал центром террористов. Вебер его успокаивает. Очень сильно ругаются всетрое. Шэфер уходит. С ним другие гости. В комнату вошел еще один человек. Ониговорят о каких-то террористах, которых готовили в лагере. Те уже выехали вСША. Еще говорят, что нужно иметь в виду резервный вариант. Кажется, перешли наиспанский*.

Марк вернул передатчик Саундерсу, тот быстро поднес его куху.

— Не забудьте, Диас, это очень важно. Вы должны будетекоординировать действия наших людей в Нью-Йорке. Всю информацию получайте черезвашего осведомителя, — говорил Вебер. — Когда вы летите в Америку?

— Через три дня, — ответил его собеседник.

— Значит, вы будете там раньше всех, — Веберпомолчал, — Америка, двести тридцать четвертый, — неожиданно сказалон. — Как с грузом?

«Видимо, рейс Диаса», — подумал Саундерс.

— Уже переправлен в Парагвай. Люди генерала Родригесаготовы принять любое количество, мы должны будем выйти на Кабальеро,[12] помощника генерала, чтобы получить разрешение на ввоз встрану груза.

— Действуйте, — сказал Вебер.

— А что будет с этими «журналистами»? — спросилДиас.

— Мы их уберем сегодня ночью, — спокойно сказалВебер. — Это, конечно, «Дронго» и его помощник. Грубер опознал их. Ничего,им немного осталось.

Саундерс убрал аппарат.

— Нужно уходить как можно скорее, — прошептал онМарку Ленарту. — Вебер знает, кто мы.

«СЕКТА ПАЛАЧЕЙ»

(продолжение)

В 1976 году Комиссия ООН по правам человека опубликоваладоклад, из которого явствует, что в немецкой колонии существует тайный центрпыток чилийской — охранки. С разоблачениями выступили «Международная амнистия»и западногерманский журнал «Штерн».

Но только в 1985 году министерство иностранных Дел ФРГпопросило своего посла в Сантьяго выяснить, как обстоит дело. Тот встретился счленом хунты, командующим корпусом чилийских карабинеров генералом РодольфоСтанхё, который известен как близкий друг Шэфера (надо сказать, что глава сектыносит титул «почетного карабинера» и над колонией развивается флаг чилийскихкарабинеров). Ответ генерала легко предугадать: он сообщил послу, чтообнаружить наказуемые Элладио Лайзега действия со стороны руководства колонии«Дигнидад» не удалось.

В 1987 году название колонии вновь замелькало в заголовкахгазет. Министр иностранных дел ФРГ Геншер потребовал расследовать всеобстоятельства, связанные с колонией. Колонию посетили чилийский судья и два адвокатаиз «Международной амнистии». Как сообщил потом на пресс-конференциипредседатель западногерманского отделения этой организации Реверкамп, выезд наместо убедил его, что показания разных лиц о пытках соответствуютдействительности.

В феврале 1988 года было проведено публичное слушание поделу «Дигнидад». К этому боннские власти побудил тот факт, что руководствоколонии не пустило на свою территорию делегацию иностранных дел ФРГ, ачилийские власти не проявили особого стремления к сотрудничеству.

На слушание были приглашены четверо бывших узников этойколонии. Они поведали о том, как в анклаве все еще живы и торжествуют принципыидеологии, казалось, ушедшей в прошлое вместе с «третьим рейхом». С помощьюпсихотропных средств маньяки ломают психику у людей, превращают их в безвольныхавтоматов. В отношении детей совершаются развратные действия, а в первые годыдиктатуры Пиночета чилийская охранка ДИНА зверски пытала здесьполитзаключенных, используя их как подопытных кроликов для усовершенствованиятехники пыток. Лишь немногие из заключенных смогли выжить и выбраться из этогоада.

После слушания руководство «Дигнидад» попыталось представитьсебя жертвой «марксистского заговора». Но к расследованию отнеслось серьезно.Шэфер и некоторые из его приближенных обратились в Сантьяго с прошением опредоставлении им чилийского гражданства, чтобы таким образом предотвратитьвыдачу ФРГ. И они не получили бы отказа, если, бы не вмешалосьзападногерманское консульство. Поговаривают, что руководители секты подумываюто переезде на новое место — в Южную Америку или в Австралию. Еще в 1970 годупосле победы на выборах Сальвадоре. Альенде Шэфер и его сподвижники собиралисьпокинуть Чили и даже купили участок земли в соседней Аргентине. Но потомвремена изменились…

Один из немногих чилийцев, кто осмелился во всеуслышаниеразоблачить секту палачей — епископ Карлос Камус. Именно он рассказал в печатио том, что в колонии чилийская секретная служба содержит и пытает чилийскихграждан. Как считает Камус, дело «Дигнидад» не удастся до конца раскрыть, покане будет разрешена основная проблема Чили — проблема восстановления демократии.

Вернер Хертнер, «Новое время», N 34, 1988 г.