Коррида на раздевание - Дарья Донцова

– Зайка, ты сказала этой…, что необходимо интервью на визу послать? – раздался за спиной голос Розановой.

Я вздрогнула и подняла голову. Ксения Трофимовна не произвела на меня впечатления матерщинницы, но, похоже, я и тут попала впросак.

– Конечно, мамуля, – ответила секретарша, – ваще противная крыса! С жутко злой мордой уходила.

Я поняла, что нахожусь под открытым окном кабинета хозяйки медцентра, и сделала попытку встать. Невидимая рука воткнула в ступню раскаленный гвоздь. Я осталась сидеть на траве, невольно слушая диалог.

– Зачем ты с ней вообще разговаривала? – спросила дочь.

– Нам нужна реклама.

– За пиар платят! Ты же постоянно хочешь на халяву получить вафельку.

– Риточка, в центре дела плохи.

– …!..! Продай его!

– Заинька, никто не купит клинику, в которой три пациента. Нам сейчас любая, даже в… журнале статейка в помощь!

– Вот при дедушке иначе было!

– Рита! Тогда не было такого выбора. Реабилитацию проходили в госсанаториях, и мой отец сильно рисковал. Он брал «левых» пациентов за деньги. Вот откуда у нашей семьи огромная квартира, дача, и вот по какой причине мы хорошо жили. А нынче-то! За каждой елкой по профессору, у каждого профессора по больничке. Народ избаловался. Мы ничего эксклюзивного не предлагаем. Корреспондентка,…, морду кривила, когда я про бассейн с серебряной водой рассказывала. Сейчас такая вода не редкость. А при твоем деде люди рты разевали, услышав про нее.

– Все твой муж… и сын! Папаша пьяница, братец игрок!

– Они твои родные люди!

– Да пошли они…! Из-за них мы потеряли и деньги, и квартиру, и дачу! Живем в помойке, кланяемся… корреспондентке. Мать! Мне тут надоело! Хочу назад, в Москву!

– И где нам там жить?

– …! Но здесь я больше не могу. Мне замуж надо. Где я тут мужика найду? Ты думаешь только о себе.

– Телефон звонит, – устало сказала Ксения, – возьми трубку.

– Да! – рявкнула Маргарита. – Да! Медцентр. Кто? Ее нет. Не знаю. Мне не докладывают. Незачем трезвонить! Она улетела! Надолго! Все!

– Если ты так с людьми разговариваешь, то не удивительно, что у нас клиентов нет, – рассердилась Ксения.

– Во! Отлично! Нашла виноватого! И кто он? Может, твой сын…, который все в карты проиграл, и пришлось все накопления за долги отдать? И где же скотина, для спасения шкуры которого мать меня нищей сделала? А? Украл он баксы, которые мы за дачу выручили!.. Вдобавок кредит громадный в банке взял! И улетел на фиг в другую страну. А на нас долг висит! Заем выплачиваем. Следующий вопрос. Где деньги, которые мне дедушка оставил?

– Рита, не надо.

– Еще как надо! Слушай…! Миллионы принадлежали мне! Не тебе! Ты попросила одолжить тебе их на покупку нового оборудования для санатория и ремонта. Я дура, дура, дура! Согласилась. И что? Мамахен поручила своему мужу… заняться делами. Ты не знала, что он хуже твоего сына? Только не в карты играет, а бухает? Мать! Где мое наследство? А? Мой отец от тебя мои деньги получил! Мои! Мои, мои! И где мужик? Исчез! Что тебе Сергей Леонидович сказал: «Ксюша, ты в своем уме была, когда финансовые вопросы решала? Сначала с сыночком на грабли наступила, потом с мужем!» Дура ты, мать! Меня виноватой делаешь? Кто с тобой остался? Дочь, которая от тебя только дулю получила. Где твои обожаемые мужчины?

Послышался звук шагов, потом снова злой голос секретарши:

– Хватит! Ухожу! Я плохая? Грублю по телефону, поэтому клиентов нет? Прощай, мамахен! Не до свидания! Прощай! Более на тебя за тычки и скандалы не работаю. Желаю за службу деньги получать. А ты купайся в своей серебряной воде. В ней никто, кроме главврача, полоскаться не хочет. Хоть бы спросила, кого я сейчас по телефону… отправила! Ну? Чего молчим?