Кошка Баскервиллей - Марина Серова

На следующее утро меня снова разбудил телефонный звонок.

Да что же это такое — каждое утро меня будит только мобильный, а не кофе в постель от любимого человека, но это я размечталась.

Звонил Константин Самойлов — эксперт из Следственного комитета, я уже и забыла, что сама просила своего друга помочь мне с платком и сумкой.

— Танюш, привет. Все сделал, готова экспериза.

— Привет, замечательно, — сонно ответила я. — Ну что нарыл?

— Я тебе сейчас на емейл скину все данные по экспертизе.

— Ты мне в двух словах скажи…

— Хорошо, если в двух словах, то какого лешего ты, Татьяна, влезла в убийство Дятловой? Тебе заняться больше нечем? — очень грубо ответил мой друг.

— Что? Откуда ты взял? — удивилась я.

— Откуда я взял?? Да весь носовой платок, да вся сумка прямо кишмя кишит отпечатками великой и могучей актрисы Дятловой!! Признавайся, почему ты сокрыла улики от следствия и сама лезешь куда не надо!!

Я ухмыльнулась.

Даже не думала, что мой приятель так разозлится из-за моих улик.

— Со следствием я сама разберусь.

— Дело Дятловой на контроле на самом верху. Тут нам всем головы открутят, если узнают, что я провел экспертизу по делу Дятловой без официального постановления!! За такую самодеятельность всем по шапке достанется!

— Ты уже сообщил кому следует? — сонно спросила я.

— Нет еще. Таня, я тебя давно знаю, и поэтому…

Костя замялся.

— Хорошо, Костя, плачу по тройной ставке — за вредность и опасную ситуацию, так сказать!

У Кости ипотека и трое детей, деньги в такой ситуации просто жизненно необходимы, причем постоянно.

— Еще один вопрос: кроме отпечатков Дятловой что-нибудь еще есть?

— Да, есть. Несколько маленьких смазанных отпечатков еще одной дамы.

— Кто такая? — спросила я.

— Татьяна Воробьева. Особа весьма известная в определенных кругах. Кличка ее «Твигги». Ее отпечатки есть в нашей картотеке, ее несколько раз привлекали за достаточно легкое поведение!

— Проститутка?

— Причем дорогая и элитная. Но это не главное, она один раз попалась на краже у клиента кошелька, и не знаю каким чудом, но ей удалось отмазаться. Не посадили, влиятельный покровитель замял дело для всех выгодным способом.

— А данные на эту Твигги у тебя есть?

— Эх, Таня, как узнают, что я тебе тут в твоей самодеятельности помогаю…

— За это отдельно оплачу!

Я знала, как воздействовать на приятеля.

— Ни адреса, ни телефона, конечно же, нет. Но по большому секрету могу сообщить, что ее и ей подобных часто можно встретить в ресторане гостиницы «Астория».

Я присвистнула.

Гостиница «Астория» — очень известное и очень дорогое место нашего города. Влиятельные бизнесмены, дипломаты, гости из столицы останавливаются в дорогущих апартаментах «Астории». Цены там просто заоблачные, и люди, посещающие «Асторию», — весьма непростые.

Однако наша ночная бабочка Таня Воробьева — птица высокого полета.

— Адрес «Астории» тебе нужен? — спросил Самойлов.

— Нет, спасибо. Ее я найду. Хорошо, спасибо тебе за все. Деньги я тебе скину на карточку.

— Ладно, пока. Только ты там поосторожнее. Дело это очень мутное.

Я попрощалась с Костей и задумалась.

Татьяна Воробьева — опять Воробьева, такая была фамилия у настоящей матери Таисии. И, по данным из приюта, она родила двух дочек Таню и Таю — неужели я нашла сестру актрисы Дятловой? И она трудится жрицей любви в главной гостинице нашего Тарасова?

Вот так сенсация — с такими сведениями вполне на Первый канал можно заявиться.

Но я поехала не в Останкино, а к гостинице «Астория».

Но перед этим я серьезно изучила все присланные Костей материалы. На белом платке все отпечатки пальцев, которых было огромное множество, принадлежали Таисии Павловне Дятловой. Платок был испачкан красной помадой очень известной и дорогой марки. Дальше шли химические данные этой помады.

На ручке сумки были отпечатки Таисии, всего несколько смазанных идентифицированных отпечатка Татьяны Воробьевой — Твигги и несколько отпечатков неопознанных.

В базе данных Следственного комитета, значит, их просто нет.

Я вспомнила, что таксист Ашот говорил, что помог Таисии с сумкой — выгрузил из багажника. Скорее всего, в аэропорту сумку тоже брали в руки грузчики и работники авиагавани.

На сумке опечатки могут быть кого угодно, а вот по поводу платка было над чем подумать.

До вечера у меня было достаточно времени, я решила поискать кошку Виолетту.

Для начала я поднялась на чердак в подъезде, где обитала Лидия Степановна. Чердачная дверь была не просто сломана, а даже снята с петель, тут не то что кошка, тут стадо сайгаков вполне может затеряться.

Забравшись на чердак и освещая свой путь фонариком на телефоне, я почти сразу нашла то, что искала: огромные следы семейства кошачьих ярко отпечатались в толстом слое пыли. Если у них тут не обитает ручная пума, то это явно отпечатки Виолетточки.

Я проследила по следам весь маршрут движения своенравной киски.

Сначала она бесцельно послонялась по чердаку, даже в одном углу справила все свои кошачьи дела и делишки, потом чуток полежала в пыли. А затем спустилась с противоположного края чердака и вышла на улицу через соседний четвертый подъезд. По крайней мере, следы вели именно туда.