Шесть соток для Робинзона - Дарья Донцова

Я откинулась на спинку кресла. Сколько секунд милейший профессор провел у матушки? Да он и дойти-то до Чапаевского проезда не успел! На что угодно готова спорить: ученый на моих глазах перебежал улицу, подождал, пока светофор поменяет сигнал, вернулся и поспешил к подземке, считая, что я сразу поехала домой, и не предполагая, что мне взбредет в голову подъехать к метро. И теперь возникают вопросы. Зачем врать про поход к маме, если ты совсем не собираешься к ней? Правда ли, что она живет в Чапаевском проезде?

Неожиданно меня прошиб пот. Что делал Маневин во дворе дома Сперанского? Он объяснил свое присутствие там просто: привез приятелю книги. Я не усмотрела в этом ничего особенного. Но потом профессор обронил фразу: «На лавочке ловится вайфай. Я сидел, играл в Angry Birds и случайно подключился к бесплатному Интернету». Почему он устроился во дворе? Ну, предположим, его друга не было дома, и Маневин ждал его…

Я втянула ртом воздух, резко выдохнула и завела мотор драндулета. Хорошо хоть есть мало-мальски разумное объяснение поведению Маневина. Но все равно как-то уж очень странно выглядит наша случайная встреча. Может, ученый специально приехал к подъезду Вадима, чтобы увидеть меня? Зачем? Влюбился в прелестную незнакомку?

Мне стало смешно. Последнее навряд ли. Сильно сомневаюсь, что моя неземная красота поразила господина Маневина в самое сердце и зрелый мужик стал творить жуткие глупости, которые, как правило, совершают весной подростки. И как он, кстати, узнал, что объект его страсти будет у Вадима? Ах, да я же ему сама рассказала, где работаю, и вчера назвала адрес Сперанского. Значит, Феликс Жанович приехал во дворик, расположился на скамеечке и стал поджидать, когда я закончу работу, а чтобы не скучать, бил в своем айпаде птичками свинок. Погода чудесная, светит солнышко, тепло, профессору было вполне комфортно. Потом появилась я, он предложил мне посетить кафе, услышал вежливый отказ, узнал о желании дамы сердца приобрести корм для лягушки и в секунду посоветовал поехать в «Другвет». Причем придумал, что неподалеку от зоомагазина проживает его мать, даже назвал улицу, где якобы находится дом старушки, напел про ее милого пуделька, которому нужен корм, и с умыслом обронил: «Побежал к метро». Ясное дело, я предложила Феликсу Жановичу подвезти его. А вы как бы поступили на моем месте? Профессор оказал мне услугу – быстро сделал анализ настойки, позвонил, привез результат…

Стоп!

Я вцепилась в руль с такой силой, что онемели пальцы. Откуда Маневин узнал номер моего домашнего телефона? Он известен только Сперанским, профессору я сообщила сотовый. Между прочим, мясные консервы для пуделя Феликс Жанович не купил, ушел из «Другвета» с пустыми руками. Забыл о голодной собачке? Ох как нехорошо! Что вообще происходит? Может, кто-то велел Маневину познакомиться со мной? Хотя, нет, я же сама пришла в его лабораторию. И попала туда случайно – ехала мимо и наткнулась взглядом на вывеску. Ни одна душа не подозревала о моих намерениях. Я и сама не знала, что отправлюсь в тот день домой не огородами, а поеду по проспекту. Значит, наша первая встреча не подстроена.

У меня закружилась голова, к горлу подступила тошнота. Я притормозила у тротуара, выскочила из машины, купила в стеклянном павильоне маленький пакетик самого дешевого виноградного сока, почти залпом выпила его, увидела вывеску «Интернет» и обрадовалась. Когда-то у меня был компьютер, но сейчас его нет, и я бы не догадалась забрести в интернет-салон, не иначе фортуна привела меня сюда.

К моему удивлению, внутри оказались не школьники, а взрослые люди. Зато администратором был мальчик лет пятнадцати, с кольцом в губе и «гвоздиком» в ноздре. Он молча взял у меня купюру и буркнул: