Последний бог - Антон Леонтьев

Так пролетело три года.

Жизнь за пределами интерната разительно отличалась от однообразной монастырской муштры. В Париже было так много интересного! Но девочкам запрещалось поддерживать контакты с внешним миром, и только два раза в месяц их могли навещать родственники. К Вере же никто и никогда не приходил...

Как-то раз под руководством сестры Клаудии воспитанницы отправились на экскурсию «дома». Сестра Клаудия была немногословной, но имела тяжелую руку. Девочки знали, что ей лучше не перечить. После осмотра очередной церкви и кладбища они зашли в небольшой ресторанчик. Девочки обменялись хитрыми взглядами – страсть сестры Клаудии к алкоголю была хорошо известна.

Сестра заказала себе кофе, а одна из воспитанниц, улучив момент, сдобрила его доброй порцией коньяка. Монахиня, быстро выпив чашку, заказала еще одну, в которой тоже незаметно оказался коньяк. А затем она потребовала себе бутылку красного вина.

Меньше чем через полчаса сестра была уже не в состоянии следить за воспитанницами. А они того только и ждали – сразу же отправились на поиски приключений. В первую очередь их интересовали молодые люди, ведь каждая мечтала о выгодной партии.

Часа через три девочки, полные новых впечатлений, вернулись в ресторан – и застали сестру Клаудию храпевшей на стуле. К их ужасу, там же находилась и сестра Мария. Завидев воспитанниц, она протянула:

– Вы за это ответите!

По возвращении в интернат им велели выстроиться в шеренгу. Сестра Мария заявила:

– Кто-то из вас опоил кроткую сестру Клаудию, и, воспользовавшись ее слабостью, вы улизнули на свободу. Чья была идея?

Девочки упорно молчали. Они знали, что нарушение серьезное и может повлечь за собой жестокое наказание.

– Ну что ж... Если вы не желаете говорить и думаете, что на том все и завершится, то ошибаетесь, – с угрозой произнесла сестра Мария. – Вы все немедленно отправитесь в капеллу, где будете молиться на коленях до тех пор, пока я не узнаю правду!

Тогда раздался противный голосок:

– Сестра, сестра!

Кристина, избалованная девица из богатой семьи, тянула руку. Новая воспитанница пришла в интернат недавно, сразу начала задирать нос и кичиться тем, что ее отец – фабрикант. Несколько раз между ней и Верой вспыхивали ссоры.

– Вот она, – произнесла Кристина, указывая на Веру с ехидной улыбкой. – Идея была ее, и она же подливала сестре в кофе коньяк.

Кристина нагло врала – именно она спаивала монахиню, но сейчас старалась свалить вину на свою противницу. Девочки зашумели, кто-то крикнул, что во всем виновата Кристина, но сестра Мария заявила, сурово глядя на Веру:

– Не желаю ничего слушать! Я так и думала, что это ты учинила беспорядок!

И Веру отправили в капеллу, где сестра Мария рассыпала на каменном полу горох и булавки. Девушке было велено опуститься на колени.

– Ты проведешь так всю ночь и весь день! – объявила сестра Мария. – У тебя будет предостаточно времени, чтобы подумать о своем поведении!

К Вере приставили двух монахинь, которые не спускали с нее глаз. Она потеряла сознание через девять часов. Два последующих дня девушка провела в интернатском госпитале, а когда вернулась ко всем, то ее подружки тотчас предложили наказать Кристину.

– Она подставила тебя, поэтому должна понести наказание! Сегодня ночью устроим ей темную!

* * *

Кристина вместе с несколькими другими девушками спала в отдельном, хорошо отапливаемом и непродуваемом помещении. В самый глухой час, около трех ночи, когда в интернате стояла полная тишина, несколько воспитанниц отправились в путешествие по темным коридорам. Вера подошла к двери привилегированной спальни, открыла ее и увидела мирно спавших Кристину и ее подруг. На цыпочках мстительницы приблизились к Кристине, в руках у них была банка с жуткой вонючей смесью из краски, керосина и масла. Этим составом они хотели вымазать предательницу с ног до головы.

Но как только одна из девушек сдернула с Кристины одеяло, та подскочила. Она, оказывается, вовсе и не спала.

– Ну что, дуры, попались в ловушку? – захохотала она.

Открыли глаза и ее подруги, притворявшиеся спящими. В руках у Кристины мелькнул нож, а одна из ее товарок закрыла дверь на ключ.

– Думали, возьмете нас голыми руками? – спросила Кристина, приближаясь к Вере. – Думаешь, ты здесь самая главная? Нет, главной здесь буду я!

Тогда одна из девиц плеснула Кристине в лицо приготовленную адскую смесь. Девица завизжала и кинулась в бой. Завязалась настоящая драка. Кристина, повалив Веру на пол, тянулась к ее горлу. Девушка видела горевшие безумные глаза Кристины и понимала – та не остановится и перед убийством. Лезвие ножа впилось в кожу.

– Сейчас тебе придется плохо! – взвизгнула Кристина. Но Вере удалось оттолкнуть ее. Кристина отлетела в сторону, наткнулась на большой подсвечник, стоявший в нише, поднялась и крикнула, размахивая воинственно ножом:

– Они от нас не уйдут!

Вдруг кто-то истошно завопил – над головой Кристины взметнулось пламя. Ее волосы и ночная рубашка, пропитанные краской, смешанной с керосином, вспыхнули. Кристина завертелась на месте волчком.

Девушки, цепенея, замерли на месте – никто из них не знал, что делать. Пламя охватило голову Кристины, рубашка пылала. Вера, схватив одеяло, подбежала к Кристине и набросила его на противницу.

В коридоре послышались шаги и голоса – возня и крики в спальне привлекли внимание монахинь. В спальню влетела сестра Мария с лампой в руке.

– Что здесь происходит? – спросила она и остолбенела.

Монахиня медленно подошла к накрытой одеялом Кристине, опустилась перед ней на колени. Сестра Мария с диким визгом отшатнулась – перед ней лежал не человек, а головешка, с черной обожженной кожей и оплавившимися волосами.

– Кто... кто... кто... – твердила сестра Мария. Она в ужасе осмотрелась и увидела тяжело дышавшую Веру.

– Ты! Ты убила ее! Ты убила Кристину! – заявила сестра Мария, указывая на Веру.

Девушка попятилась, пытаясь объяснить, что не желала смерти Кристины – произошел несчастный случай. Но монахиня не желала ее слушать.

– Полицию, вызывайте немедленно полицию! И карету неотложной помощи! В нашем интернате произошло убийство! Боже, за что ты так наказываешь нас?

Вера, воспользовавшись сумятицей, выскользнула из спальни. Она непричастна к трагедии с Кристиной, но поверит ли ей полиция? И богатый отец Кристины?

К Вере подбежала одна из девушек. Она протянула ей связку ключей и прошептала:

– Вот, я вытащила у сестры Марии. Быстрее, быстрее! Тебя нельзя терять ни секунды!

Девушка устремилась по коридору к кабинету сестры Марии (навстречу ей бежали встревоженные воспитанницы и монахини). Вера отомкнула дверь и подошла к большому допотопному сейфу.