Это был не сон - Наталья Александрова

– А у меня к тебе тоже дело есть, – прищуриласьстарушка.

– Слушаю вас, Мария Михайловна.

– Кирюша, если не секрет, где ты сейчас работаешь?Прости уж меня за нескромность, но ты приходишь часто в дневные часы, когдабольшинство людей твоего возраста на работе.

– Вы же знаете, Мария Михайловна, что раньше мне было удобноиметь свободный график работы из-за мамы… А теперь трудно найти приличнуюденежную работу, обещал Женя посодействовать, да только там тянут что-то.Сейчас я работаю в небольшой бригаде, которая устанавливает охранныесигнализации в разных коммерческих фирмах, магазинах, офисах, изредка даже вбанках, – за это платят неплохо, но хорошие заказы нечасты.

– Как интересно! Карамазов мне рассказывал, что вЭрмитаже сигнализация подведена к каждой картине. Там сзади такой провод, иесли кто-то попробует унести эту картину, то на пульте у дежурного загоритсялампочка и раздастся звонок. Так вы в банках устанавливаете такие же провода?

Кирилл улыбнулся и начал объяснять Марии Михайловне такимтоном, каким родители рассказывают своим любознательным детям об устройствеавтомобиля или о том, как делают конфеты:

– Существует очень много систем охранных сигнализаций.Простейшие – с контактными датчиками, которые реагируют на то, что кто-топытается, как вы сказали, унести картину или открыть дверь, не имея на это права.Похожи на них датчики разбития стекла, которые устанавливаются на окнах. Болеесложные – так называемые инфракрасные завесы: вдоль окна или дверного проемапроходят несколько невидимых лучей, и, когда кто-то их пересекает, срабатываетсигнализация. Такие же лучи могут быть пропущены по периметру большого участка,например, автомобильной стоянки или склада…

– Значит, если кто-то полезет через забор, его сразузаметят? – с интересом спросила старушка.

– Вот-вот, Мария Михайловна, вы уловили самую суть.

– Очень интересно! А если он как-нибудь сумеет…перепрыгнуть, что ли, луч?

– Ну во-первых, этот луч невидимый, и он,злоумышленник, не будет знать, в каком месте надо перепрыгивать. И потом, естьболее сложные системы. Например, объемные, то есть такие, которые реагируют наизменение объема помещения. Когда человек проникает в комнату, где, как говорилОстап Бендер, деньги лежат, «перепрыгнув», как вы сказали, луч инфракраснойзавесы, – он своим телом меняет объем помещения, и сигнализация объемноготипа срабатывает. А есть такие, что срабатывают на тепло человеческого тела… Ноя утомил вас ненужными подробностями.

– Напротив, – с живостью ответила старушка, –все это чрезвычайно интересно! И не думай, что я слышу это впервые, это не так.

– Откуда же вы про это знаете? – изумился Кирилл.

– А это? – Мария Михайловна показала на маленькийпортативный телевизор в углу.

– Мария Михайловна, неужели вы смотрите боевики? –Кирилл не смог скрыть улыбки.

– Не все, конечно. Секс и насилие я не уважаю. Но,когда грабят банк с применением всяких технических новшеств, это интересно.Раньше я не все понимала, а теперь, благодаря тебе, буду лучше разбираться.

– С удовольствием отвечу на все ваши вопросы.

– Верно, что в банках, офисах и прочая устанавливаюттелекамеры. Это по другому принципу?

– Конечно! Я смотрю, вы абсолютно в курсе всехтехнических новшеств! Телекамеры действительно устанавливают в охраняемыхпомещениях, чтобы охранник мог наблюдать со своего поста сразу за несколькимикомнатами. Их ставят и перед входом в банки или в коммерческую фирму, чтобыпросто не открывать дверь нежелательному посетителю. Впрочем, в фильмах все этоочень часто показывают, – с улыбкой добавил Кирилл. – А ночьюзаписывают изображение на видеомагнитофон, а потом смотрят.

– А злоумышленники подставляют кассету с записанной наней пустой комнатой! – с увлечением подхватила Мария Михайловна.

– Это не так просто.

– Спасибо тебе, Кирюша, но я ведь не просто так тебярасспрашивала. Сможешь ты сделать охранную систему – попроще, конечно, не самуюдорогую, в квартире моего знакомого? Это приятель моего покойного мужа, онколлекционер, в его квартире очень много антиквариата и произведений искусства…Конечно, двери у него металлические, кто сейчас без них живет, но этогонедостаточно. Он человек осторожный, не хочет известности, в этом смысле, тыменя понимаешь, ему нужен честный и неболтливый профессионал. В честности твоейя давно уверена, а в профессионализме сейчас убедилась. Так сможешь это сделатьпоскорее?

– Разумеется, Мария Михайловна, никаких проблем. Занеделю управлюсь. И очень буду вам признателен – сами понимаете, заработоксейчас никому не помешает.

– Конечно, милый, ты человек молодой, тебе надо личнуюжизнь устраивать, одному нехорошо, а то скоро станешь таким меланхоликом, воткак Цезарь.

Цезарь отреагировал на свое имя тем, что поднял голову и двараза стукнул хвостом об пол. Но в глазах его была бесконечная усталость. Кириллпочему-то вспомнил, как в этой комнате Таня сидела возле Цезаря и кормила егопирожным. Собаку она гладила, чесала за ухом и говорила ласковые слова, а с нимтолько ругается. Тьфу, что за чушь лезет в голову!

– Пойду я, Мария Михайловна, что-то Женя задерживается.

Цезарь оживился и вопросительно заглянул Кириллу в глаза.

– Ага, – засмеялся Кирилл, – какие-то желаниявсе же у тебя есть! Ладно, пойдем прогуляемся, Женю встретим.

– Идите, Раечка вас выпустит.

Раечка была не то дальней родственницей, не то стариннойзнакомой Марии Михайловны, во всяком случае Кирилл помнил ее с незапамятныхвремен. Она жила неподалеку и часто приходила ухаживать за Марией Михайловной,потому что странно было бы ждать этого от Валентины.

Цезарь бодро потрусил к выходу.

Я нарочно задержалась на работе подольше – не хотелось идтиодной в пустую квартиру. И думать о своей дальнейшей жизни тоже не хотелось. Ятащилась домой пешком от метро и уже свернула в свой переулок, как вдругпослышался детский плач:

– Мама, мамочка!

Я оглянулась, это был голос Аськи. Я заметалась по переулку.

– Мама, скорее! – Голос доносился из машины сзатемненными стеклами.

– Асенька! – Я забарабанила в стекло. –Откройте!

Дверца открылась, оттуда выскочил какой-то тип, больносхватил меня за волосы и прохрипел:

– Торопись, а то поздно будет!

Он отвел мою голову назад и уже собирался стукнуть менялицом о дверцу, как вдруг отпустил меня, охнул и осел на асфальт. Из-за егоспины я увидела человека в темной шапочке, надвинутой на лоб. Лицо его былозавязано носовым платком. Он отшвырнул меня от машины, а сам бросился вперед,там было открыто боковое стекло, откуда доносился детский плач. Человекзаглянул туда, потом с размаху двинул кулаком. Что-то хрустнуло, раздалсямужской крик, человек вытащил из машины маленькую коробочку, бросил на асфальти раздавил каблуком. Тип, которого он перед этим огрел по шее, уже очухался исадился в машину. Автомобиль тронулся рывком, мой спаситель бросился было заним, но метров через двадцать из машины выбросили что-то длинное, завернутое вчерный полиэтилен, по размеру это подходило под рост шестилетнего ребенка.Сверток мягко шлепнулся на асфальт. Ужас сковал меня всю, я застыла на месте.Платок упал, и я узнала в моем спасителе Кирилла.