Убивают не камни - Валерий Пушной

Зинка усмехнулась. Вот так и она теперь одна осталась. Компанию Вольдемара предала, в один миг стала всем чужой, и новой не приобрела, ибо не стала приятельницей для Крысы. Будет одна теперь рвать свой кусок, пытаясь выжить между двух огней.

Коромысло вопросительно заглянул ей в лицо:

— Все путем, Зинка?

— Лучше, чем надо, — бодрясь, ответила та.

Два охранника Исая в легких рубахах и летних штанах трое суток торчали в засаде в квартире Врюсовой.

Один худощавый с прямой спиной и качающейся походкой. Неугомонный. Не сидел на месте. Целыми днями топтался по квартире из комнаты в комнату и едва слышно насвистывал разные мелодии. Иногда второму это надоедало, и он заставлял его сесть, не маячить маятником перед глазами.

Второй был спокойным, несколько толстоватым, любителем пожевать, он не шастал по квартире, но часто нырял в кухню, в холодильник и беспрерывно жевал, жевал, жевал.

Галина не появлялась, и парни начали терять надежду. Но Исай засаду не убирал. Парни спали попеременке, опустошили весь холодильник. На третью ночь Исай завез им продуктов еще, и охранники поняли, что сидеть им здесь до упора.

Перечитали все книжки, какие нашли у Врюсовой. Тех было всего три. По их внешнему виду, их ни разу не раскрывали. По десять раз на дню перелистывали журналы с картинками.

Днем никого не ждали, вряд ли Галина появится средь бела дня, зная, что ее разыскивают.

Потому для них стало полной неожиданностью, когда в полдень входная дверь тихонько раскрылась, и кто-то вошел в коридор. Дверь в комнату была закрыта, и они не видели, кто вошел, но по шуму определили, что был не один человек.

Вошедшие насторожились, увидав на кухонном столе остатки еды и почуяв свежие запахи пищи. Стало быть, квартира не пустует.

Охранники привстали с мест, приготовив травматы. Дверь вдруг распахнулась, и в проеме возник человек в клетчатой рубахе, черных брюках, с родинкой на носу и с пистолетом в руке.

С той и с другой стороны на лицах мелькнуло недоумение. Несколько секунд длилось молчание.

Парень, открывший дверь, громко произнес:

— Да вы гляньте, тут никак другие гости! У них и пушки при себе! — он еще больше раззявил дверь.

Из коридора на охранников глянули три ствола. Силы были неравны.

А тот, который открыл дверь, снова произнес:

— Ну, что базар будем разводить, или сами стволы положите?

— Может, вы уберетесь по-тихому, без базара? — не растерялся худощавый охранник. — Вас тут не ждали.

— Вы гляньте, они нас не ждали! — оглянулся на своих подельников передний с родинкой на носу. — Хозяйку пасете? Что-то у нее много пастухов нынче! Вы какого роду-племени будете?

— А вы, грачи, с какой крыши залетели? — держа травмат наизготовку, спросил любитель пожевать.

В коридоре прошло шевеление, и второй в желтой футболке, вельветовых штанах с широким носом уверенно бросил:

— Да это же ментовские морды! Замочить бы вас стоило, да вонять сильно после вас будет!

Пока никакой картины не вырисовывалось, было только одно ясно, что с ментами эти парни не очень хотели конфликтовать. Это было уже неплохо. Можно на этом сыграть. Хотя бы понять, откуда ветер дует.

— Кладите стволы, парни, приехали, — сказал худощавый.

— Вы гляньте, они нам диктуют! — хохотнул тот, что с родинкой на носу. — Обнаглели менты, совсем обнаглели. А что если я сейчас засажу тебе пулю между рогов, чтоб на вечные времена метка осталась! — спросил он. — Хватить песни петь, кладите пушки, щенки ментовские!

— Тихо! Все хаты на ноги поднимешь! — придержал его второй с широким носом и спросил у охранников. — Давно сидите в засаде?

— Порядком, — спокойно отозвался любитель пожевать, погашая мирным тоном вспышку с другой стороны.

— Понятно, — также мирно проговорил широконосый. — Хозяйка в бегах. Чего же ждете?

— Приказ! — по-деловому ответил любитель пожевать, удивляясь, откуда им известно, где Врюсова.

— Вы гляньте, у них приказ! — опять вступил в разговор тот, что с родинкой на носу, и засмеялся.

— А вы-то чьи будете? — вновь спросил любитель пожевать. — Зачем она вам?

— Не твоего ума, мент! — огрызнулся тот, что с родинкой на носу. — Все равно не поймешь! Стволы на пол, а то пальнем невзначай!

— Тогда кладем вместе.

— Нет, мент, нас тут больше! Давай так, я опускаю ствол и прячу его, а вы мне отдаете свои. И потом разбегаемся! — широконосый опустил руку с пистолетом вниз, сунул его за спину. — Все! — показал руки. — Теперь ваши пушки, — он шагнул к охранникам. — На всякий случай, чтобы в спины нам не пальнули.

Охранники отступили. Четверо стали окружать. Охранники переглянулись и медленно положили травматы на пол.

— Что будем делать, менты?! — спросил тот, что с родинкой на носу.

— Как договорились, — спокойно ответил любитель пожевать.

Четверо приглушенно фыркнули смехом, и третий, в джинсах, серой рубахе и с глубокой ямочкой на подбородке, заметил:

— Договор с ментами не имеет силы!

— Мы же не на разборке, — напомнил худощавый.

— Одну девку делим! — усмехнулся широконосый.

— Девки-то нет, делить нечего, — сказал любитель пожевать.

Неожиданно тот, что с глубокой ямочкой на подбородке, предложил:

— А, может, вместе поторчим здесь, подождем ее?!

Предложение огорошило всех. Никто не понял, это сказано было в шутку или всерьез?

Первым пришел в себя любитель пожевать. Обстановка не прояснялась, а, напротив, еще больше запутывалась. И в какую сторону плыть в этих обстоятельствах, было совершенно неясно.

Сидеть в квартире с какими-то недоносками было совсем не комильфо, между тем, это возможность узнать, кто еще хочет достать Врюсову. И любитель пожевать изобразил на лице согласие, одновременно припугнув:

— Мы не возражаем, только скоро наши прибудут, что тогда делать будем?

— У нас разные дела, мент! — Сморщил лицо предложивший поторчать вместе, как будто почуял пугающий его запах. — Я пошутил. Рядом с тобой торчать, потом от твоего запаха не отмоешься! Оставайтесь здесь одни! Дождетесь ее, подайте нам весточку!

Похоже, словесная перепалка с нежданными посетителями подходила к концу, те собирались ретироваться не солоно хлебавши.

— Куда посылать? — спросил худощавый.

— До востребования! — усмехнулся тот, что с родинкой на носу. — А теперь, менты, придется вас связать!

— Мы же договорились, парни! — запротестовали охранники. — Расходимся по мирному. Зачем связывать?