Ночи под кипарисами - Стелла Камерон

– Если я все тебе расскажу, то будут знать уже двое.

– А кто еще?

– Моя кузина Мэдж. Она была знакома с Мишелем.

– Твоим мужем? – Роше был бы не прочь с ним встретиться.

– Да. Он умер.

Роше встал из-за стола, подошел к Блю и заглянул ей в глаза.

– Извини, – сказал он. – Ты тоскуешь по нему?

Как он мог допустить такую ошибку! Не стоило задавать этого вопроса.

Блю встала:

– Нет, не тоскую. Вот такая я плохая жена. Я постаралась забыть о нем, и нехорошо, что я рада, что Мишеля больше нет. Я была просто счастлива, когда узнала о его смерти. Видимо, я ненормальная.

Роше сел на свой стул и внимательно посмотрел на Блю, слегка наклонив голову набок:

– Ты просто не скрываешь свои чувства. Конечно, плохо, что ты не скучаешь по мужу, но это не значит, что тебя надо за это осуждать. Он давно умер?

– Несколько лет назад. Не помню сколько.

– Ты была рядом?

– Он был в предварительном заключении. Ждал приговора по обвинению в торговле наркотиками.

Роше опустил голову и промолчал. Он не мог себе представить Блю рядом с дилером. И как такой мужчина мог выбрать себе в жены Блю? Даже сложно себе представить.

Хотя все в этой жизни возможно. Роше уже не удивлялся. Возможно, сейчас Блю стала более замкнутой и серьезной.

– Его застрелили. Убийцу не нашли. Если кто-то и знал преступника, то боялся обращаться в полицию.

– Но…

– Не хочу больше об этом говорить. Полиция считала, что Мишель причастен к убийствам, но это не так. Он все время ходил в церковь, был главой приходского совета. Все считали его почти идеальным, говорили, что мне очень повезло. – Блю осмелилась взглянуть на Роше. – Я понятия не имела о наркотиках.

– Прости меня, – сказал он и встал. – Ты и так переживаешь из-за убийства Джима, а я заставляю тебя вспоминать о неприятном прошлом. Может быть, надо все забыть?

– Нет. – Блю решительно замотала головой. – Я не могу.

– Хочешь узнать, что я выяснил про землю? – Необходимо сменить тему разговора.

Глаза Блю вспыхнули, и она улыбнулась:

– Конечно! Но это не значит, что я забуду о Джиме. Не знаю, что на меня нашло.

– Ты не хочешь о нем думать, но думаешь. Ничего удивительного, ты же живой человек. Так вот, мне сказали, что на этой земле, в лесу давно кто-то жил, и его фамилия была Кешман. Я туда еще не ездил, но, видимо, там есть какая-то хижина или дом, о котором никто не знает. В возрасте примерно ста десяти лет он заболел и умер. Все.

– Нет, не все. А как же наследники?

Роше пожал плечами:

– Надо искать родственников.

Блю по-детски надула губы, он совершенно не ожидал такой реакции.

– Должно быть, скоро появятся жадные родственники и запросят за эту землю кучу долларов. – Она помолчала. – Есть один выход. Мне надо взять кое-что из машины.

Улыбнуться или нет?

Лучше не надо.

– Блю, – тихо сказал Роше, – как ты думаешь, сколько учеников будет в школе?

– Для начала около сотни. Они будут приезжать не только из Туссэна, но и из близлежащих городов.

– Я так и думал. Значит, пройдет не один год, прежде чем количество учащихся станет более внушительным?

– Да.

– Тогда я бы на твоем месте не волновался по поводу недостаточно большой площадки под строительство. Займись тем, что у тебя лучше всего получается. Завладей умами и сердцами жителей, зарази их своей идеей. И собери побольше денег.

– Неплохая мысль. – Блю с интересом посмотрела на Роше. – Иногда я слишком драматизирую события.

Роше подумал, что надо меньше смотреть на девушку, чтобы не поддаться искушению прикоснуться к ней. Но насколько хватит его терпения?

– Знаешь, с одной стороны, я боюсь собрания, а с другой – с нетерпением жду этого дня, – призналась Блю. – Я даже хотела его перенести, но отец Сайрус сказал, что все должно идти по плану. Так приятно, что ресторан предоставил нам помещение. Мне там будет легче говорить, и люди смогут потанцевать, чтобы немного размяться. Владелец ресторана передал предложение через Энни, я сама с ним незнакома. Знаешь, у него есть записи Свомп Дог.[4]

– Не знал, что Паппи католик, – удивился Роше.

– Отец Сайрус в этом не уверен. Тем не менее я просила Энни передать ему тысячу благодарностей, но от еды мы отказались. Я обзвонила многих жителей и попросила принести что-нибудь с собой.

Роше допил лимонад и спросил:

– Налить еще?

– Нет, спасибо. Я не буду, но ты выпей.

И он выпьет.

– А в ресторане не знают, что ты отказалась от их еды и попросила всех прийти с готовыми блюдами?

– Нет! Я просто сказала, что не могу злоупотреблять их добротой.

Роше решил разузнать мнение жены Макса об этом. Энни была управляющей у Паппи. Сначала Роше сомневался, что из нее получится хороший руководитель, но дела шли просто замечательно. Энни нашла себя. Она успевала заниматься всем, начиная с того, когда поставить или достать из духовки пирог, и заканчивая судебной тяжбой.

– Господи, уже второй час ночи! – Блю посмотрела на часы. – Ты, наверное, очень устал.

– И ты тоже. Будешь спать здесь? Мне кажется, это не самое удобное место.

Блю огляделась:

– Ты не прав, здесь очень мило. Хотя я стараюсь особенно не приглядываться к обстановке, иначе впаду в депрессию.

Роше любил, чтобы его окружали красивые вещи, но не уделял этому чересчур много внимания.

– Здесь все очень функционально, – заметил он, пытаясь представить, как Блю может отреагировать на его предложение снять ей более приличное жилье. – И уборка не занимает много времени. – Такое заявление, скорее всего, натолкнет ее на мысль, что он покушается на ее свободу. Однако для Роше эта был лишь первый шаг к конечной цели, к тому, что он хочет получить от Блю.

Она не призналась в том, что ей было просто стыдно за столь убогую обстановку. Она не была в доме Роше, но знала наверняка, что там все совсем по-другому.

– Здесь ведь три этажа? – поинтересовался Роше.

– Мансарда не закончена. Думаю, на нее не хватило денег.

– Итак, это твоя гостиная, столовая и кухня одновременно?

Блю занервничала:

– Да. По-моему, отличная комната. – Она повернулась к любимому угловому диванчику: – Конечно, мне нужен нормальный диван. И стулья. Еще журнальный столик и торшер. Больше ничего.

Роше не стал говорить, что это не дом, а какая-то трущоба.