Дети Белой Богини - Наталья Андреева

Визит к Павновым пришлось отложить до ве­чера. В воскресенье часов до трех они торгуют на рынке, а приехав, наверняка сядут за стол. Ко­нечно, нарушать семейную идиллию не хотелось, но выбора не было. Завтра будет поздно.

Едва дождавшись шести часов, Александр от­правился на окраину Фабрики. Нужный дом сто­ял в ряду кирпичных пятиэтажек последним. При­кинул: отсюда до больницы не так уж и далеко. Минут пятнадцать, если быстрым шагом. Еще поднимаясь по лестнице, почувствовал запах ту­шеного мяса. Ах, как не вовремя! У людей празд­ник, дорогие гости из Москвы. Вспомнилась крикливая женщина, жена Павнова-старшего, и сразу захотелось развернуться и уйти.

Дверь открыла Ирина Михайловна.

- Вам кого? - спросила улыбаясь. Она была чуть под хмельком, веселая.

- Мне Павла. А вы меня не помните? Женщина наморщила лоб.

- Вы у нас воспитательницей были. В детс­ком саду. Я понимаю, столько лет прошло! Я Саша Завьялов.

- Завьялов... Нет, не помню. Паша! - обернув­шись, крикнула женщина. - К тебе пришли!

- Кто там, мать? — раздался мужской бас. Не Пашин, старшего брата. - А ну, зови сюда, за стол! Гулять будем!

- Вы проходите, - посторонилась Ирина Ми­хайловна. - Милости просим.

Он вошел в тесную прихожую и стал снимать ботинки. Хозяйка прошла на кухню, откуда и плыл аппетитный запах. Квартирка была неболь­шая, двушка, со смежными комнатами и крохот­ной кухней. Стол был накрыт в большой, а дверь в маленькую прикрыта. Кроме Павла, старшего брата и его крикливой жены за столом сидели еще пять человек. Три женщины средних лет в пест­рых платьях и два абсолютно пьяных мужика. Брат Павла был немного трезвее их.

- Тесновато у нас, - пожаловалась Ирина Ми­хайловна, внося в комнату блюдо с мясом, и ра­душно пригласила: - Да вы проходите, присажи­вайтесь за стол.

- Мать, тарелку гостю! И рюмку! - скомандо­вал старший Павнов.

- Да я на минутку. Мне к Павлу. По делу.

- Садись, садись! Не обижай! - загудел Василий.

Пришлось присесть. Стол был обильный, мос­ковские гости не поскупились. Колбаса, разло­женная на тарелке, явно не местного производ­ства. В N колбасу покупали так редко, что от вку­са ее отвыкли. Да и вид ее был не слишком при­влекательный. Консервы, видимо, тоже привезли из Москвы: в банке лоснились жирные, целень­кие шпроты, в другой розовел аппетитный лосось. То что продавалось в N, чаще всего бывало про­сроченным. Но вот огромные котлеты, уж точно, лепила Ирина Михайловна. И соленые помидо­ры были свои, родные. Любимый сорт местных женщин.

Павнов-старший тут же наполнил рюмки.

- Нет, я не пью. - Александр покачал голо­вой.

- Обижаешь!

- По болезни. - И он тронул шрам на голове.

— Понимаю. Не пьешь, так не пьешь. Ну, бу­дем! - скомандовал Василий, и гости послушно опрокинули рюмки.

Павел тоже не пил. Насчет подозрительной компании и злоупотребления спиртным Герман, похоже, погорячился. Уединиться с новым гостем Павнов-младший не спешил. Косился на неждан­ного гостя, но из-за стола не поднимался. Меж тем Павнов-старший продолжая начатый разго­вор, басил:

- Вот вы говорите: Москва, Москва. А Моск­ва, она - столица! Народ там богатый. Я вот работаю в автосервисе. Тыщ пятнадцать в месяц имею.

- Иди ты! - ахнули гости.

- Квартиру снимаем. Но баба у меня не рабо­тает. Сынок ходит на эту... Как там ее, Валька?

- Ай-ки-до, — по слогам сказала жена, поджав губы.

- Во! В отпуск в этом году не ходил, зато ку­пил машину. Новую. «Жигуль» взял, четверку.

- Ах, молодец! - закивали гости.

- А как там, вообще, в Москве? - поинтересо­вался усатый мужик, по виду ровесник Павнова-старшего.

- Москва - это... Москва! Во! — поднял вверх большой палец Василий. - Здесь что? Дыра! Ни культуры, ни понятия.

- А я с вами не согласен, - сказал вдруг Завь­ялов. - Родину любить надо. Почему все должны жить в Москве? Разве у нас не красиво? Какая река, а леса какие! Воздух чистый, земля плодо­родная. А люди? Хорошие у нас люди. И приез­жаете вы к нам потому что здесь люди хорошие. Ну, живут они бедно. Может, потому вы хорошо живете. Разве не так?