Алиби для бультерьера - Наталья Александрова

— Да тут, понимаешь, пришел один… — неуверенноответил Зевако. — Я его впустил, а он тут же того… дал дуба!

— Как это? — Маркиз удивленно завертел головой впоисках свежего трупа.

— Да ты не переживай, — успокоил егоАнатолий. — Я его уже того… пристроил.

— Господи! — Маркиз схватился за голову. —Давай-ка все подряд и медленно, а то у меня от твоих новостей уже натуральноморская болезнь началась.

— Ну пойдем тогда на кухню, — предложилАнатолий, — ты сядешь, послушаешь…

— Да уж, я лучше действительно сяду! — согласилсяЛеня и отправился следом за приятелем на кухню Валентина Хруща.

Квартира у Хруща была очень просторная, поэтому путь докухни оказался достаточно долгим, чтобы Маркиз взял себя в руки и успокоился.Удобно устроившись в легком стильном кресле из хромированных трубок, он с ходустрого осведомился:

— Во-первых, зачем ты кого-то впустил в квартиру? Мы стобой как договаривались — ты сидишь здесь тихо, как мышка в норке! Сам безособой надобности не высовываешься и к себе никого не впускаешь!

— Ну да, — перебил друга Анатолий, — а онстучал, звонил, как ты сейчас… Знаю, говорит, что ты здесь! Открывай, говорит,Валега! Уже соседи начали вылезать… Что мне оставалось? Через пять минут налестнице начался бы несанкционированный митинг…

— Ну ладно, — согласился Маркиз, — значит,впустил ты его…

— Ну да, я его впустил, а он тут же и помер…

— Прямо сразу? — недоверчиво переспросилЛеня. — Ни слова не успел сказать?

— Ну почему же ни слова? — Анатолий наморщил лоб,припоминая. — Я ему, значит, говорю — в больницу тебе надо, а он — какаябольница… видишь же — огнестрел у меня… никак нельзя мне в больницу… ты,говорит, не беспокойся, я за собой хвоста не привел… Ну а потом бредить начал.И после уж помер.

Затем Анатолий подробно рассказал, как он избавился оттрупа, как вынес его из дома в холодильнике…

— То-то я смотрю — чего-то на кухне не хватает! —сообразил Маркиз, глядя на то место, где прежде стоял огромный морозильныйагрегат. — Вот Хрущ удивится! А потом куда ты его дел?

Анатолий скромно потупился и рассказал, как отвезхолодильник вместе с трупом на дачу директора цирка Щекотило.

Эту деталь Маркиз горячо одобрил.

Он представил, как Щекотило, приехав по весне на дачу,обнаружит там холодильник с его содержимым, и искренне порадовался.

— А кто это был, так я и не понял! — закончилАнатолий свое повествование.

— А хоть как он выглядел-то? — поинтересовалсяМаркиз.

Он сам не знал, для чего задает этот вопрос — так, на всякийслучай поинтересовался внешностью загадочного человека, который заявился вквартиру Хруща только для того, чтобы умереть.

Анатолий Зевако, при его цирковой профессии«артист-трансформатор», обладал прекрасной памятью на лица и очень подробноописал своего таинственного гостя.

— Мужчина небольшого роста, — сообщил он, —плотный и коренастый, волосы короткие, рыжеватые. Плечи широкие, покатые,короткая толстая шея…

Маркиз внимательно слушал описание и с каждым словом всебольше настораживался.

Это описание полностью совпадало с описанием того мужчины,который встречался с покойной Маргаритой Михайловной в музее писателя Панаева.И который снова приходил в этот музей на следующий день…

— Вот те на… — произнес он, выслушав Анатолия.

— Что, никак, знакомый? — заинтересовался Зевако.

— Не то чтобы знакомый… — протянул Маркиз.

В голове у него выстраивалась цепочка загадочных событий.

Маргарита Михайловна, жена Окуня, вызывает своего любовникаСергея Евсюкова в офис фирмы. Вызывает не на любовное свидание. Ей нужнозабрать что-то, что она прятала в террариуме у черепахи.

Забрав этот таинственный предмет, она расстается с Евсюковыми отправляется в музей Панаева, где у нее назначена еще одна встреча — срыжеватым типом явно уголовного вида. Ему-то она и передает тот предмет,который забрала из террариума.

После этого она возвращается домой, и там ее убивают.

А ее уголовный знакомый через день снова появляется в музееПанаева. Спрашивается, для чего? Он явно не похож на человека, которого вдругобуяла тяга к культуре!

После этого странного визита его тоже, как выяснилось,убили. То есть ранили, и он успел добраться до квартиры Валентина Хруща…Опять-таки, спрашивается, зачем? Чтобы умереть на руках у своего знакомого?

И еще один вопрос: куда в итоге подевался тот загадочныйпредмет, из-за которого так суетилась Маргарита?

Не для того ли рыжий уголовник пришел перед смертью к Хрущу,чтобы рассказать ему что-то очень важное?

— Слушай, — повернулся Маркиз к Анатолию, — абольше этот рыжий точно ничего не говорил?

— Да говорю тебе — бредил! — ответилЗевако. — Она, говорит, мне его отдала… А кого отдала — поди разбери!

— Кто — она и кого — его? — заинтересованнопереспросил Маркиз.

— Ну да… отдала, говорит, то самое… Не знаю что, а она— ширма.

— Правильно… — подтвердил Маркиз. — Онаотдала его в музее… Знать бы только, что это такое… А что еще за ширма?

— Вот-вот! — согласился с ним Анатолий. — Унего в башке перед смертью все перемешалось, ширму какую-то приплел! И еще, говорит,ты должен его оттуда взять и вернуть… Только поди разбери — откуда взять, комувернуть, и вообще — о чем речь? Найдешь, говорит, там… И больше ничего толкомне сказал, вовсе стал бредить. Что-то про Косыгина… или про Топтыгина…

— Про Топтыгина? — удивленно проговорилМаркиз. — Про какого Топтыгина?

— Ну да… стихи какие-то детские… — Анатолийнаморщил лоб, потер переносицу и неуверенно продекламировал:

И Топтыгина прогнал

Как-то там… дубиной

И кого-то обозвал

Тра-та-та скотиной.

— Что, так и сказал — тра-та-та? — усомнилсяМаркиз.

— Нет, там как-то по-другому, — призналсяАнатолий, — но я не все запомнил.

— И все?

— Да кабы все, — вздохнул Анатолий. — Значит,только я с дачи вернулся, звонит баба какая-то — ноет, приехать хочет. Елеотвертелся, а тут еще один тип притащился, Кренделем звать. Говорит, Упертыйпропал, нигде найти не могут, так вот не знаю ли я чего?

— А ты что?

— А что я? Не мог же я ему сказать, что Упертый на дачеу Щекотило в холодильнике отдыхает. Говорю, не знаю ничего, никого не видел.Беспокойная какая квартира оказалась, лучше бы я ниже этажом у Зинаидыперекантовался.