Дурная кровь - Деклан Хьюз

Правая рука его распухла и покраснела вокруг перелома. Он с трудом удерживал ее левой, словно заботливый отец маленького ребенка.

– Сначала тебе придется ответить на несколько вопросов. Выпей.

Я склонился над лужей и приставил стакан к его рту. Он залпом выпил содержимое и стал судорожно хватать воздух ртом, как будто его заглохшее было сердце снова ожило и забилось. Видимо, к нему вернулся стыд: он медленно поднялся на ноги и вышел из лужи. Щеки его горели.

– Эх, черт, – простонал он. – Твою мать!

– Ну, и что же ты здесь искал, Десси? И как у тебя оказались эти ключи?

– Я не обязан разговаривать с тобой, мразь! Открой дверь, или я… я вызову полицейских и скажу, что меня похитили.

Я посмотрел на него, ожидая, что он рассмеется. Но он не смеялся.

– Валяй! Уверен, им будет очень интересно узнать, зачем ты перевернул вверх дном квартиру мертвеца.

– А ты что здесь делаешь?

– Ищу убийцу советника Маклайама, Десси. И если я позвоню сержанту Доннли и позову его сюда, что он подумает, как ты считаешь? Выглядит все так, как будто ты шлепнул советника, взял у него ключи, бросил его в океан, а потом, когда шум улегся, пришел сюда, чтобы посмотреть, что можно стащить. Почему Доннли должен думать по-другому?

– Я не убивал его. Я не… мне не пришлось красть ключи, потому что он сам мне их дал.

– Он тебе их дал? Почему? Вы были лучшими друзьями? Или ты его личный торговый агент, может быть? Заходил три раза в неделю, чтобы подсчитать денежки?

– Какого черта я должен тебе что-то объяснять? Ты же все равно вызовешь копов.

– Это зависит от того, что ты мне скажешь. Мне нужна информация, Десси. Если я ее получу, и ты мне не соврешь, тогда посмотрим.

– Посмотрим? Так говорят детям, когда не могут подарить им на Рождество то, что они хотят. Посмотрим – значит «пошел ты».

Десси Делани в свои примерно двадцать три и сам был почти ребенком. Он скривился и бросил на меня взгляд, полный уверенности, что я могу ему помочь. Наверное, я мог, но ни за что в этом не признался бы.

– «Посмотрим» означает «посмотрим». Если тебе охота поболтать с полицейскими, милости прошу.

Делани посмотрел на пол и пробормотал что-то про людей, которые думают, что это круто – ломать другим руки. Потом он начал говорить.

– Я делал кое-что для Толстяка Халлигана. Я не один из его парней, не из тех, кто вечно с ним болтается. Я просто был знаком с парочкой из них.

– Какую работу ты выполнял?

– Большей частью был водилой. Они занимались эскортом, ну, знаешь, сопровождали почтовые фуры. Обслуживали несколько почтовых участков по стране. У меня никогда не было пушки, вообще никакого оружия. Сумасшедшие сволочи, пристрелят тебя только за то, что ты на них не так посмотрел. Тебе тогда в «Хеннесси» повезло. Если бы Джордж Халлиган не пришел, лежать тебе на кладбище. Ну, так вот, как-то вечером приходит ко мне Толстяк, предлагает работу. У этого чертового политика, он точно знает, есть кой-какое пристрастие, и ему не удобно заходить за наркотой в определенное место, не самое подходящее для политика. Поэтому меня подряжают в курьеры для Маклайама, понятно?

– За дозу?

– Я тогда не принимал. Клянусь. Так, травка или еще что-нибудь, но уж не героин. Дело в том, что Толстяк с героином тоже не связывается. Поэтому он и пришел ко мне.

– Почему?

– Братец моей девушки торговал героином в Чарнвуде. Поэтому Толстяк знал, что я могу достать.

Делани выпятил подбородок, и в его тусклых глазах сверкнула тупая гордость.

– Почему брат больше этим не занимается?

– Потому что придурки из Дримнага сбросили его с крыши склада. Он сломал позвоночник. Парализовало до самой шеи. Вскоре он умер. Заправлялы в Чарнвуде с радостью мне помогли, выделили приличную порцию. Только, правда, каждый раз, когда я приходил за пакетом, мы баловались героином, ну, как бы «обмывали» дельце. И не успел я оглянуться, как подсел.

– Как ты связался с советником?

Делани выдавил из себя ухмылку.

– Я пришел в одну из его клиник. Не понимаю, почему их так называют: куча стариков, которые стонут по поводу того, что собаки соседей засирают их газоны. Ну, в общем, я пришел прямо к нему и сказал, что слышал, будто у него есть некоторые проблемы кое с чем. Он дал мне тогда этот адрес. Через пару часов я отнес пакет. Так бывало раз в неделю, иногда его не было дома, поэтому дал мне ключи. Сказал, что я могу войти, чего-нибудь выпить, посмотреть телик и оставить ему пакет.

– И что, Толстяк встал у тебя на пути?

– Нет, нет, в том-то все и дело. Он давал мне деньги на героин, но Маклайаму я отдавал пакеты бесплатно.

– Десси, зачем ты это делал?

– У Джорджа Халлигана есть книжка, в которую он записывает имена всех парней, у которых проблемы с наличкой. У Маклайама как раз такой случай: у жены куры не клюют, а у самого хрен – кроме того, что она ему даст. А она эдакая святая Мария, не хочет, чтобы он болтался на стороне, играл, пил или еще чего. К черту ее, вскоре советник засел играть с Джорджем в долг. Сначала у него все шло хорошо, поднялся штук на двадцать, но Джордж все отыграл обратно. Наконец, когда советник проиграл уже сто двадцать, я забеспокоился, понимаешь? Но ничего не произошло. Джордж опускал его все больше и больше. Я подумал, что героин нужен был для того, чтобы заставить советника сесть играть. Как в казино, где подсадные утки получают бесплатную выпивку, номер в гостинице и все такое.

– И Джордж в конце концов потребовал вернуть долг? Верно?

– Я не знаю. Но думаю, в итоге он пошел к жене и сказал, что если она не заплатит, он сообщит в газеты про пристрастие ее мужа к героину и все такое.

Ей, наверное, придется расплачиваться долгие годы: сначала отдавать долги, потом платить за то, чтобы все замять. Это так, мои размышления. Кроме того, что Джордж Халлиган, возможно, на этот раз захочет за потраченное время и деньги кое-что посущественнее, чем просто еженедельную плату.

– Ну, я говорю, они его подцепили на крючок. На самом деле именно это Халлиганам и нужно – подчинять людей. И рано или поздно находить им применение.

– А если люди сопротивляются, что делают Халлиганы?

Делани посмотрел на меня со страхом.

– Они делают то, что им вздумается, старик. То, что им вздумается.

– И что они сделали с советником, Десси? Попытались заставить его изменить свое мнение в пользу переделки земель гольф-клуба?

Делани тупо на меня посмотрел, потом пожал плечами.

– Я ничего об этом не знаю, старина.

– Ты видел, как Толстяк убивал Маклайама?

– Почему ты думаешь, что это сделал Толстяк? Он вложил в этого засранца слишком много времени и денег, чтобы пускать все на ветер.