Ставка на проигрыш - Оксана Обухова

А чего, спрашивается, проще при современном развитии хакерского промысла раздобыть информацию о том, какое мыло или порошок были завезены на «Мадемуазель», а?

Да раз плюнуть! Наша «Девушка» не Пентагон! (Хотя хакеры и туда пробирались.)

Итак, идея на глазах начинала приобретать логически красивое обоснование.

Какое-то время назад хитрые дяди из иностранной разведки задумали вывести из России некий секрет. И на всякий пожарный случай придумали для контейнера некий тайник. Такой, чтобы подозрения не вызывал и был обычен, как брусок мыла.

И что же дяди делают?

А дяди взламывают сервер пароходной компании, залезают в бухучет и выясняют: в конце августа – начале сентября хозяйственный шкафчик «Мадемуазели» будет забит тем-то, тем-то и тем-то.

В шпионской лаборатории враждебного государства другие умные дяди изготавливают контейнер. Не тот, что «алхимик» сбросил в мусорное ведро «Миража», а другой – точную копию какой-нибудь банки, упаковки мыла, пакета с порошком или…

А вот или – все. Пластиковые банки с гелями абсолютно прозрачны. Средство для мытья стекол тоже насквозь просвечивает. Губки, ершики и тряпки вообще можно исключить. В туалетную бумагу много не завернешь…

Да и мыло… Тоже в смысле хранилища сомнительный объект. В крошечные розовые раковинки, что регулярно появляются на мраморных полках, много не запихаешь…

Может быть, курьер заменил колбу-дозатор для жидкого мыла?

Штука объемная, непрозрачная…

Нет, вряд ли. Эту колбу часто заполняют, снимают и так далее. А для тайника важна пролонгированность использования. То есть длительность. Его не должны часто тревожить.

Я прищурилась, восстановила в памяти каждую полку шкафчика и пришла к выводу: если где и спрятан контейнер с украденным у родимого государства секретом, так это в банке чистящего средства пемолюкса. Этих банок восемь штук в два ряда на верхней полке. Они довольно тяжелые, как средство – экономичные, запечатанные и абсолютно непрозрачные.

Но главное – их много. И если предположить, что в предыдущем круизе или просто с «обзорной экскурсией» на «Мадемуазели» побывал кто-то из коллег клетчатого, то факт этот широко известен. (Ведь кто-то же разработал в деталях путь, по которому курьер вел по городу «алхимика»! Кто-то ознакомился с условиями «Миража», кто-то все это выяснил!)

То есть, если я рассуждаю правильно, после того, как оставить контейнер в кустах у пристани стало невозможно из-за бдительности одного из членов команды, курьер, судя по всему, задействовал запасной вариант. Проще говоря, избавился от присутствия возле себя груза и спрятал его в общественной уборной.

Ай да я, ай да собачья дочь!

Позвонить, что ли, подполковнику Огурцову? Порадовать?

Ага. И по шее получить.

Ну уж фигушки. Теперь я торопиться, точно, не буду. Поскольку установить в банке пемолюкса наличие контейнера, на мой взгляд, проще пареной репы. Достаточно перевернуть банку днищем вверх, проверить маркировку партии и время выпуска, выбитые на днище, сравнить номера и найти «иностранку». Или даже сделать то же самое по штрих-коду на бумажной обертке.

Впрочем… как сказать – легко. Если дяди у нас шибко умные, то выяснить номер партии по тому же компьютеру, проведя его от завода изготовителя до шкафчика за зеркалом, тоже представляется возможным…

Да и побывал кто-то из шпионов на «Девушке» недавно! Точно – побывал. И номера банок в блокнотик срисовал.

Но попытка не пытка. А звонить подполковнику Огурцову через час после того, как он меня «недоумком» обозвал, тоже, знаете ли… малоприятная перспектива.

Да и ошибиться я могу. А фантазии «недоумков» органы контрразведки мало интересуют.

Итак, как бы ни хотелось мне сразу же бежать к зазеркальному ящику, я мудро рассудила – не горячись, Софья, не то попадешься – и отправилась в каюту. Будить Туполева и заниматься тем, чем следовало заниматься любой нормальной девушке в предсвадебном путешествии. То есть ворковать и быть нежной.

Будить Туполева надо было раньше. Он переспал и хмуро мучился головной болью.

– Где ты пропадала? – спросил мрачно.

Я пожала плечами:

– Гуляла.

– А почему лицо такое озабоченное?

– Неужто? – поразилась я.

– Озабоченное, озабоченное, – подтвердил Назар Савельевич. – Что-то опять замыслила?

– Наза-а-а-р, – я приложила обе руки к трусливо забившемуся сердцу, – что я могу замыслить?!

– Не знаю, – буркнул он. – Какую-нибудь проказу.

Недолго думая я развела в стакане воды шипучую таблетку от головной боли, и настроение любимого быстро улучшилось.

На ужин мы решили выйти в общество. Туполев надел немятый костюм (и почему его костюмы всегда так быстро мнутся?!), я тоже придала себе товарный вид и, цепляясь за локоток любимого, поплыла в вечернем променаде по палубе.

Народ, что характерно, тоже повсеместно прогуливался. Кучками и группками, в одиночестве и парами. Невдалеке от ресторана – мои глаза, как намагниченные, тянулись в сторону коридорчика – стояла, положив руки на перила, Наташа-переводчица и грустно смотрела на проплывающую прибрежную деревеньку.

– Составим девушке компанию? – шепнула я Туполеву.

Назару было без разницы, и он, закурив, остановился за нашими спинами.

– Добрый вечер, Наташа. Скучаете?

– Не очень, – улыбнулась девушка. – Сегодня после ужина обещают интересное русское кино…

Мы немного поговорили о кинематографии, я призналась, что обожаю английские фильмы, не очень люблю гомерический хохот американских комедий и предпочитаю завуалированную недосказанность англичан. Что просмотрела все повторы «Дживса и Вустера», особенно отметила беспримерное качество экранизаций Агаты Кристи – ах, ах, Пуаро в исполнении Дэвида Суше – это шедевр! – прошлась с комплиментами по Гаю Риччи…

В общем, кудахтала минут восемь. А в результате плавно свернула на интересующую меня тему:

– А как вам, Наташа, родина предков? Как Россия?

– Я часто бываю в столицах, – призналась девушка, – но вот в провинцию попала практически впервые.

– И как? Находите ее неустроенной?

– Мягко говоря, – рассмеялась Наташа. – Но все равно российская глубинка меняется быстро.

– А в нашем городе вы где-нибудь побывали? Там есть неплохая картинная галерея, старинные усадьбы…

– Нет, – покачала головой русская по крови, – не довелось.

– Жаль. Надо было своих подопечных на экскурсию свозить. – Я еще немного покудахтала о картинной галерее, подлинниках Васнецова и Левитана и поинтересовалась: – Лорд Каментон не поклонник живописи?