След лисицы - Аркадий Адамов

— И пусть слушает!

Игорь прошел за прилавок к заведующему секцией.

Через минуту в маленькую комнатку заглянула Люда.

— Это вы меня спрашиваете?

— Я. Заходите.

— А в чем дело? — она критически и настороженно оглядела Игоря: знакомые и те, кто хотел познакомиться, не вызывали ее через заведующего секцией.

— По долгу службы хочу задать вам несколько вопросов, — ответил Игорь.

— Вот как? Интересно даже.

Люда кокетливо улыбнулась и двумя руками поправила высокую, волосок к волоску, прическу. Голубой халатик старательно облегал грудь, изящными, тщательно расправленными складочками сбегался к пояску на тонкой талии и кончался чуть выше колен, давая возможность любоваться стройными ножками. В густо подведенных больших глазах девушки с жирными черточками туши в сторону висков — видимо, чтобы глаза казались еще больше, — Игорь прочел только игривое любопытство. Но в уголках ярко накрашенных губ легли маленькие, неприятные складочки, придававшие лицу девушки что-то слишком взрослое и скрытное.

— Интересно даже, — насмешливо повторила Люда.

Она уселась против Игоря, свободно перекинув ногу на ногу и не одернув халатик, приоткрывший полные колени, обтянутые чулками.

«Дорогие она носит чулки и туфли на работу», — отметил про себя Игорь, вспомнив, как бережет такие же туфли и чулки его Алла.

— Несколько дней назад вы были в музее Достоевского, так ведь? — спросил он.

— А я там часто бываю. Там мама работает.

— Ну, вот тогда, когда вы подъехали на «Москвиче».

— У многих моих знакомых машины. Вы кого имеете в виду?

— Владислава.

— Ах, его… Он меня часто катает.

— Но не часто вам под колеса чуть не попадают девочки с мячом. Вспоминаете?

Какая-то искра тревоги мелькнула в глазах девушки, а может быть, это только показалось Игорю.

— Кажется, вспоминаю. Ну и что?

— Вы вышли из машины и пошли в музей, так?

— Да, и пошла в музей, — насмешливо повторила Люда. — И что дальше?

— Вы одна туда пошли?

— Конечно. Владик спешил на репетицию.

— Но в музее с вами был, кажется, Вася Кротов?

Люда презрительно повела плечом.

— Он за мной как тень ходит. Отвязаться не могу. Отелло какой-то. Подстерег в музее.

— Зачем?

— Вы его спросите — зачем. С объяснениями лез.

— Понятно. Теперь вот что, — Игорь сделал паузу, чтобы справиться с охватившим его раздражением. — Около музея вы встретили одну свою знакомую.

— Я? Какую знакомую?

— Это я вас хотел спросить — какую.

— Никакой знакомой я не встречала, — Люда упрямо посмотрела ему в глаза, складочки в уголках рта стали еще заметнее.

— Вспомните получше. Это ее девочка играла в мяч.

Игорь старался говорить спокойно, хотя сидящая перед ним девушка вызывала все большую неприязнь. Он теперь был почти убежден, что она лжет, хотя и не мог понять зачем. В конце концов что такого, если она встретила знакомую? Неужели Цветков прав, и та женщина… Но при чем здесь Люда?

— Вспоминаете? — спросил он.

— Нет! И вообще… — губы ее задрожали, на глаза начали наворачиваться слезы. Люда вынула из кармашка платочек и осторожно промокнула глаза. — Чего вы ко мне пристаете с дурацкими вопросами? С кем была да кого видела! Не помню я! Вот и все!

— Значит, не сговоримся? Очень жаль. Только вспомнить вам придется, — холодно сказал Игорь.

— А я не помню! Не помню!.. — резким голосом воскликнула Люда и вдруг громко разрыдалась, уронив голову на стол.

В комнатку заглянуло чье-то испуганное лицо и тут же исчезло.

Люда рыдала все громче, все истеричнее.

— Вы чего делаете?!. — сквозь слезы кричала она. — Чего вы ко мне пристаете?!. Я… Я ничего не знаю!..

Игорь брезгливо налил в стакан воды из графина.

— Выпейте и успокойтесь.

Он протянул ей стакан, но Люда с силой оттолкнула его руку, и вода выплеснулась ей на халат, на стол, на пол.

Игорь услышал за дверью чей-то девичий голос:

— Распсиховалась, ненормальная. Это она умеет.

Он молча ждал, потом закурил. Руки его чуть заметно дрожали: он не выносил таких сцен и никогда к ним не мог привыкнуть.

Внезапно Люда вскочила со стула и, промко всхлипывая, устремилась к двери.

Но Игорь опередил ее.

— Нет, — сказал он. — Сначала успокойтесь.

Люда снова истерично зарыдала и почти упала на стул.

«Лучше десять таких, как Починский, чем одна вот эта дрянь», — со злостью подумал Игорь.

— Как вы к людям выйдете такая? Стыдно! — сказал он и насмешливо добавил: — И краска вся сойдет.

Люда вдруг перестала рыдать и тоном обиженного ребенка спросила:

— Да-а… А вы перестанете приставать?

— И не думаю приставать. Вы вспомнили?

— Вспомнила.

— Ну, кто это такая?

— Белла.

— Какая Белла?

— Белла Славина. Ее все знают. Сестра Владика.

— Она замужем? Почему другая фамилия?

— Развелась недавно.

— А девочка ее?

— Нет, соседкина.

— Зачем же она ее взяла?

— Я почем знаю!

Чем дальше шел этот стиранный разговор, тем все подозрительнее казалась Игорю возникающая ситуация, хотя к исчезновению портсигара она, видимо, отношения не имела.

— Где эта Белла живет? Где работает?

— На Кропоткинской живет. Серый угловой дом. Не помню номер.

Люда уже окончательно успокоилась и теперь внимательно разглядывала себя в маленькое зеркальце, которое вытащила из кармашка халатика.

— А работает где?

— Нигде. Устраивается.

— Как же она живет?

— Муж платит. Бывший.

— Так ведь детей же нет!

— Ну и что? Он ей платит. А то бы она развода не дала. У него денег завались.

Люда привела себя, наконец, в порядок и усмехнулась.

— Надо уметь не только выйти замуж, но и развестись.

«Как быть? — подумал Игорь. — Вот ее-то Люда предупредит, как только я уйду. И такая птичка может упорхнуть куда угодно».

— Вот что, — решительно сказал он. — Собирайтесь. Поедете со мной и покажете этот дом.