Пять миллионов неприятностей - Марина Серова

– Не знаю... Думаю, он не считал, что находится в опасности, потому что был расстроен, но не испуган. Я не замечала, чтобы он из-за чего-то вздрагивал или шарахался...

– Ваши последние встречи проходили в обычном режиме? Он вам не предлагал, например, просто посидеть вместе дома?

– Нет, все было как всегда. Мы ездили в кафе, на дискотеки, на теплоходе катались несколько раз...

– А уехать куда-нибудь он вам не предлагал?

– Нет! Он никуда не собирался уезжать. Скорее, наоборот, это я просила его взять путевку куда-нибудь, но Кирилл говорил, что сейчас у него очень много работы и он не может позволить себе даже недельный отпуск.

«Значит, Кирилл Армишев не предполагал, что ему грозит смерть, – подумала я. – Он не прятался, не скрывался и не думал, что находится у кого-то под прицелом. Чего же он хотел? И по чьей указке действовал?»

– Надя, вам знакомо такое имя – Леля, или Ольга, Метлицкая?

– Нет, в первый раз слышу, – нахмурилась Надежда.

– Может быть, Кирилл мельком упоминал его?

– Нет, он никогда не упоминал имен посторонних женщин! – резко ответила Надежда и взволнованно затеребила волосы.

– А имена Антон и Владислав – их он тоже на произносил?

– Нет, он их не упоминал.

– В студии-арт «Лолита» вы никогда не были?

– Нет, я даже не знаю такую.

– Не волнуйтесь, я могу вас успокоить: Кирилл даже не был знаком с Лелей Метлицкой, – сказала я. – Но из-за каких-то дел она его очень интересовала, поэтому я и спрашиваю. Этой женщине также грозит опасность.

– Но я не знаю никакую Лелю Метлицкую! – Надежда даже поднялась со стула. – А почему она его интересовала?

– Вот это мне и хотелось бы выяснить. Если бы я знала ответ на этот вопрос, мне было бы гораздо легче разобраться во всей этой кутерьме, – вздохнула я.

– Но я ничего не знаю! Если хотите, можете поговорить с Михаилом, но они работают совершенно в разных сферах, и вряд ли Кирилл посвящал его в свои профессиональные проблемы, – сказала Надежда.

– Они, вообще, часто встречались, Кирилл с Михаилом?

– Нет, у Кирилла на самом деле было мало свободного времени. Только по вечерам, но мы почти каждый вечер проводили вместе.

– Какие у Кирилла с Михаилом были отношения?

– Ну, какие могут быть отношения у друзей? – Надя посмотрела на меня недоуменно. – Хорошие отношения!

«Так и запишем, – подумала я, вбивая в свой мобильный телефон номер Михаила, продиктованный мне Надей. – Хорошие отношения...»

– Надя, ничего не выдумывайте и не воображайте какие-то там ужасы, – еще раз на прощание успокоила я девушку. – Я убеждена, что вся эта история вас никоим образом не касается.

– Вы хотя бы позвоните мне, если выясните, кто убил Кирилла? – спросила она.

– Позвоню, – пообещала я. – Если вы дадите мне свой номер.

Надя быстро написала фломастером на вырванном из блокнота листке номер своего сотового, а я еще кое-что уточнила:

– Вот это – ваш номер? – И я продиктовала тот номер, что Кирилл назвал Леле.

– Когда-то был мой, но потом я отдала эту сим-карту Кириллу.

– А почему? Он вас об этом попросил?

– Нет, просто у него был другой оператор, и нам было не очень удобно разговаривать по сотовому. И вот однажды я проходила мимо центрального офиса своего оператора, ну и зашла. Оформила симку на себя, а вечером отдала ее Кириллу. Вот и все. Он пользовался ею для личных звонков, а для работы у него была другая.

– Понятно, – сказала я. – Я вам позвоню. До свидания.

Выйдя из дома Надежды, я задумалась. Я хорошо помнила, что среди бумаг, в беспорядке сваленных в ящике письменного стола Антона Метлицкого, мелькало название банка «Саяны». Но сейчас эти бумаги находились у Максима Игольникова, а информация от него поступит в лучшем случае вечером. И я решила, что нужно, не откладывая дело надолго, наведаться в этот банк.

Так, все это прекрасно, если бы не одно «но»: отсутствие у меня машины. Брать свой «Фольксваген» – совершенно неразумно. Я отправилась в автосервис. Арендовав на сутки не очень новую, но вполне добротную «Ауди», я села за руль и направила автомобиль в сторону Крайнего шоссе, ведущего в Залесский район, где и находился банк «Саяны».

На дорогу у меня ушло около сорока минут. Банк «Саяны» располагался на первом этаже кирпичной девятиэтажки, стоявшей в отдалении от других домов. Этот район лишь условно можно было считать частью города, фактически он находился уже за его чертой и скорее принадлежал к дачным массивам.

Едва я подкатила к зданию, как поняла, что в банк соваться мне покуда не стоит...

У дверей стояла всего одна машина, и она была мне хорошо знакома. Та самая «БМВ X6», я видела ее, припаркованную у входа в боулинг-клуб, когда выходила оттуда следом за Антоном Метлицким. Именно на этой машине приехал солидный господин, беседовавший с младшим Метлицким где-то на клубных задворках.

Я равнодушно проехала мимо и остановила «Ауди» возле продовольственного магазина. Натянув платок пониже на лоб, я вылезла из машины, но в магазин не пошла. Вместо этого я отправилась в кафе, располагавшееся как раз напротив банка, в деревянном доме, обложенном кирпичом. Кафе незатейливо именовалось «Закусочная» – по свидетельству вывески, очень похожей на самодельную. Вид у «Закусочной» был не бог весть какой привлекательный, но выбора у меня не имелось: лишь отсюда хорошо просматривался вход в здание банка «Саяны».

Сидячих мест в «Закусочной» не было по определению. Пришлось мне устроиться за высоким столом на одной ножке – модель, имевшая большую популярность в советские времена в общепитовских учреждениях. Не забывая следить боковым зрением за происходящими на улице событиями, я подошла к стойке полюбоваться ассортиментом.

За прилавком-стойкой стояла полная тетка средних лет, тоже словно бы вынырнувшая из давно минувшей эпохи. Женщине, если к ней хорошенько присмотреться, было не так уж много лет, ну, может быть, тридцать пять, не больше. Но выглядела она так, словно так и родилась «теткой»: ее крашенные в неестественно белый, с желтизной цвет волосы были коротко подстрижены и обезображены химической завивкой. Лицо – красное, ядреное, то ли от свежего воздуха, то ли местного самогона. На пухлых пальцах сверкали золотые кольца с красными камнями. Макияж ее я даже не хочу описывать, чтобы меня не заподозрили в желании изобразить какой-то карикатурный персонаж. Я и не представляла себе, что у нас до сих пор существуют реальные женщины с подобным имиджем, и подумала: с каким профессиональным ужасом всплеснула бы сейчас ладошками Леля Метлицкая и сколько времени у нее ушло бы на то, чтобы преобразить как-то внешность данной мадам и немного приблизить ее к норме. А о том, что это именно «мадам», свидетельствовало простое широкое обручальное кольцо на ее толстом безымянном пальце.