До смерти красива - Ольга Баскова

— Знаю это кафе. Недурной вкус у нашего адвоката, — ответил Максим. — Что ж, очень жаль. Но это заведение находится по дороге в областной центр. Вы что, навещали Сергея?

— Да, — отозвалась Зорина.

— Зачем?

— Так получилось, что вы опознали Инну в другой девушке, — сказала ему журналистка.

Максим вздрогнул:

— Как такое могло случиться? Вы уверены в том, что говорите? Погибшая была блондинкой, в такой же, как у Инны, одежде. Ошибка исключается? Ведь у незнакомки совершенно отсутствовало лицо.

— Сергей вспомнил: полгода назад Инне сделали операцию по удалению аппендикса, — проговорила Катя. — У найденной девушки никакого шрама не отыскали.

Савичев-младший вздохнул:

— Слава богу! Хотя, наверное, так говорить грешно. Кто же эта девушка? Вам удалось выяснить?

— Нет, — призналась Зорина. — Милиция Крыма так и не обнаружила документов.

Максим немного помолчал:

— Отчего она умерла? Ее убили?

— Судя по всему, это совершил какой-то сексуальный маньяк, — сообщила журналистка.

— Он же мог напасть и на Инну, — задумчиво произнес Савичев.

— Мог, мы уже об этом думали, — не стала спорить женщина.

— Значит, об Инне ничего не известно, — подытожил молодой человек. — И что вы намереваетесь делать? Искать маньяка?

— Если это получится, — проговорила Катя. — У нас нет ни единой зацепки, только то, что сказал нам сегодня Маратов. Он вспомнил, что его подруга изменилась с тех пор, как сходила в магазин за примусом. Вы помните этот момент ее жизни?

Максим хмыкнул:

— Признаться, нет. Зачем ей нужен был примус?

— Молодые люди собирались по совету вашего отца на турбазу, — пояснила Зорина. — Юрий Петрович сказал, что они оба были любителями вечернего чая, который на турбазе не подают. Инна отправилась в магазин, и там что-то произошло. После этого девушка стала бояться собственной тени.

Савичев крякнул:

— Об этом я ничего не знал. Впрочем, если девушка не откровенничала со своим любовником, с чего бы это она стала откровенничать со мной?

— Вы в курсе, что они были любовниками? — поинтересовалась журналистка. — Странно, что вы не сообщили об этом, когда Поленов предъявил ему обвинение.

Максим стал раздражаться:

— Быть в курсе — это держать им свечу в темной комнате. Я же этого не делал! Но, согласитесь, логично предположить, что парень и молодая красивая девушка, находясь на даче вдвоем, не читали Пушкина. Впрочем, давайте ближе к делу. Отец тоже полюбопытствует, каковы ваши дальнейшие действия. Значит, вы отправитесь в магазин.

— Правильно, — бросила Катя. Сейчас она удивлялась сама себе: ну с чего она напала на парня? Действительно, почему по сути чужой человек должен был все знать?

— Простите, что насела на вас, — произнесла она. — Просто это от усталости. Даже на пляж некогда выбраться, такой напряг.

— Я не обижаюсь, — как-то по-доброму сказал Максим. — Пожалуйста, информируйте нас о каждом своем шаге — вашем и Олега. А мы с отцом будем делать все от нас зависящее, чтобы Сергея быстрее выпустили на свободу.

— Договорились.

— Приятно вам провести время, — пожелал Савичев. — В этом кафе вкусные чебуреки.

— Спасибо, — поблагодарила Зорина и с вожделением посмотрела на ароматно пахнущую порцию, которую официантка, облаченная в шаровары, поставила перед ней. Голод вдруг появился ниоткуда.

Сабанов заметил ее состояние и хмыкнул:

— Я же вам говорил… Готовят здесь отменно.

— Это здорово, — журналистка впилась зубами в чебурек и почувствовала, как вкусный горячий сок льется в рот. — Вы меня не обманули!

Тесто было тонкое и нежное.

— Таких у нас не делают, — призналась она.

Сабанов улыбнулся:

— Стал бы я вас зря возле кафе останавливать! А вам, значит, звонил наш покровитель Савичев.

Журналистка кивнула:

— Да. Интересовался нашей работой.

— Надо отдать ему должное, он идет до конца, — прошамкал адвокат. Его рот был занят чебуреком. — В наше время редко встретишь человека, желающего помочь другому.

— Это верно, — не стала спорить Катя. Они замолчали и хранили тишину до тех пор, пока последний кусок не исчез во рту.

— Попробуйте чай с парвардой, — из заварного чайника Олег плеснул в ее чашку, напоминавшую пиалу, ароматную жидкость, пахнущую горным разнотравьем. — А парварда — это конфеты, хорошее угощение к чаю. Она изготовляется из сахара, пшеничной муки и лимонной кислоты.

Это угощение, как отметила Зорина, действительно как нельзя лучше подходило к чаю. В общем, обед удался на славу и прибавил сил. Работать захотелось с удвоенной энергией. Зорина хотела расплатиться за обед, но Сабанов перехватил ее руку, собиравшуюся положить на скатерть деньги:

— Здесь мужчина я.

— Спасибо, — журналистка дотронулась до его локтя, когда они вышли из кафе. — Благодаря вам я на несколько минут почувствовала себя местной жительницей.

— Это приятно слышать, — он предупредительно открыл дверцу машины. — Жаль, что все хорошее так быстро кончается. Давайте отправимся в магазин, где Инна купила примус. По словам Сергея, он находится на серпантине.

— Давайте, — согласилась журналистка.