Смерть служанки - Джудит Кук

Прошло несколько дней, а Саймон все не получал ответа на свое письмо. Он постарался приспособиться к сложившимся обстоятельствам и придерживаться обычного распорядка, хотя теперь он не мог посещать пациентов на северной стороне реки. С утра он приводил в порядок свой журнал для посетителей, записи, которые слегка запустил, затем принимал жителей Бэнксайда, у которых наиболее частыми болезнями были язвы, кашель, нарывы, сифилис и триппер, а также любителей гороскопов. Последние приносили ему наибольший доход.

Прошло уже почти три недели с того дня, как тело Элайзы выловили из Темзы, когда к нему в кабинет, где он записывал историю болезни, вошла Анна и сообщила, что его спрашивает джентльмен «религиозного вида». Он сразу поднялся и вышел в холл, чтобы поприветствовать посетителя, который оказался читающим книгу доктором Джеймсом Филдом, а вовсе не пациентом. Саймон тепло поздоровался с ним.

— Крайне редко можно увидеть человека, читающего Слово Господне в ожидании меня, сэр.

Филд улыбнулся и встал, чтобы ответить на приветствие.

— Боюсь, доктор Форман, что вы ошибаетесь. Это Гомер в переводе Чэпмана. Я вчера купил эту книгу. Крайне занимательно. — Саймон провел Филда в свой кабинет и спросил, что привело его в Лондон.

— У меня кое-какие дела в Сити, — ответил он, — да и жена с дочерьми хотят немного приобщиться к городской жизни. Мы здесь всей семьей, остановились у моего старого коллеги недалеко от собора Святого Павла. И еще я хотел снова увидеть вас, доктор, потому что недавно меня посетила миссис Паргетер, она была в очень расстроенных чувствах.

— Понятно, — ответил Саймон.

— Она сказала, что вы просили ее не рассказывать никому о том разговоре, который состоялся между вами, но для нее этот груз слишком тяжел, ведь она не может поделиться даже с членами семьи. Я заверил ее, как сейчас заверяю и вас, что дальше меня это не пойдет. — Он внезапно замолчал, потом продолжил: — После нашей встречи, я прочел протокол судебного заседания. Скажите, доктор Форман, почему вы не сказали мне, что подозреваете, что Элайза была преднамеренно убита и что именно таков был приговор присяжных?

— Если честно, доктор Филд, едва отъехав от вашего дома, я пожалел, что не сделал этого. Но я еще не был вполне уверен, и мы с вами раньше не встречались, вот я и решил промолчать. Теперь я признаю, что мое решение было ошибочным.

Филд кивнул.

— Я понимаю ваши трудности. Однако, если то, что вы сказали миссис Паргетер, правда, выходит, что сэр Уолфорд и его семья участники ужасного преступления.

— Именно так я и считаю, — сказал Саймон.

— На каком основании?

— Я все еще пытаюсь разобраться. Миссис Паргетер говорила вам о деньгах, которые получила Элайза? Такая огромная сумма для молодой девушки. Я не вижу никаких других оснований для получения таких больших денег, как плата за молчание, за обещание не разглашать то, что может привести к беде или скандалу в семье ее госпожи.

— И в результате с ней разделались, — заключил Филд.

— Вот именно.

Священник задумался.

— А ребенок, которого она носила? Возможно ли, чтобы его отцом был сам сэр Уолфорд или сэр Маркус?

Саймон признался, что ему не удалось прийти ни к какому выводу относительно отца ребенка.

— Если не в этом дело, — сказал Филд, — тогда вот еще вариант. Как вы знаете, эта леди Оливия обязана произвести на свет наследника. Вдруг у них возник план выдать ребенка горничной за сына ее хозяйки, если она сама не сможет забеременеть? Такой обман вполне можно осуществить, если она откажется от всех постельных отношений с мужем сразу же после того, как ребенок был якобы зачат, под предлогом бережного отношения к ребенку.

Такая мысль не приходила Саймону в голову.

— Наверное, такое возможно, — сказал он после некоторых раздумий, — ведь если Оливия Такетт тоже забеременеет, в этом не только не будет необходимости, но все усложнит.