Убийство на Брендон-стрит. Выжить тридцать дней - Энтони Гилберт

Прежде чем Максвелл смог ответить, мисс Флора заторопилась. Не обращая внимания на Крука, она сказала:

– Тогда увидимся в половине третьего, мистер Максвелл. Сначала мне нужно отдать распоряжения касательно похорон. – И снова ушла.

– Боюсь… – нервно начал мистер Максвелл, глядя вслед Уотсон.

– Я вас не виню, – дружески сказал Крук. – Я бы и сам лучше представлял гремучую змею. Послушайте, а как насчет пообедать? Я бы сказал, что проголодался, да и вы, похоже, тоже.

Волей-неволей не решавшегося протестовать мистера Максвелла вывели из комнаты. На самом деле он не особенно-то и возражал. Ему нужно было немного выпить для храбрости, чтобы в половине третьего вновь лицезреть жуткую мисс Флору.

– Как вам, конечно, известно, мисс Клэр Керси в течение довольно долгого времени периодически помогала моему клиенту, – осторожно произнес Крук, словно ступая по тонкому льду. Ведь он мог основываться лишь на словах Чайного Колпака, и существовало лишь два более-менее логичных объяснения отсутствия его, и оба они Круку не нравились.

– Безусловно, безусловно, – согласился мистер Максвелл, разглядывая поставленное перед ним фирменное блюдо ресторана «Вултон». – И она намеревалась продолжать это делать, пока ему требуется помощь.

– То есть до конца жизни, – перевел Крук его слова на обычный язык. – Ну, это снимет камень с души старика. И какую сумму она ему выделила?

– Мисс Клэр всегда помогала ему довольно скромно. У мистера Керси нет экстравагантных вкусов. В своем завещании она прописала племяннику ежегодную ренту в размере двухсот фунтов, которых вкупе с тем, чем он сам владеет, будет вполне достаточно для удовлетворения его нужд.

– Да, этого ему за глаза хватит, – согласился Крук. – А как насчет Уотсон? Она, похоже, боится, что останется ни с чем.

Лицо мистера Максвелла приняло уязвленное выражение.

– Моя клиентка также распорядилась и касательно нее, – ответил он. – Такое же содержание, короче говоря. К тому же она оставила ей дом – «Падшего лебедя», однако…

Крук тихонько присвистнул.

– Черт подери, оставила дом? Мисс Флоре это не понравится. А кстати, что она получает?

– Все остальное имущество, – произнес Максвелл, у которого шансов противостоять Круку осталось меньше, чем у немецких парашютистов – отрядам гражданской самообороны.

– Прекрасно, – заметил Крук. – Она тоже останется довольна, так ведь? Я в том смысле, что это всё драгоценности.

Максвелл немного приободрился. Похоже, он боялся, что ему придется выкладывать условия завещания женщине с крутым нравом, которую он видел на дознании.

– Полагаю, что они очень дорогие, – произнес он. – Вообще-то мне никогда не доводилось их видеть, и в любом случае я не специалист. Однако мисс Керси всегда давала мне понять, что они составляют основную часть ее капитала.

Крук приподнял рыжие брови.

– Вот как? – пробормотал он.

Тон мистера Максвелла сделался более доверительным.

– Дело в том, – начал он, – что моя клиентка – женщина очень необычная. Она всегда давала мне понять, что услуги поверенного в делах являлись для нее очень важными. Тем, кто придет мне на смену, говаривала она, понадобится тот, кто занялся бы их делами. Мне не нужны споры из-за того, что я кому оставлю. Я люблю, когда у меня да – это да, а нет – это нет. Но что до нее самой, она никогда не нуждалась в советах, да и не просила их.

– А ее доходы? – чуть поднажал Крук.

– Происходят из неизвестных источников. Иначе говоря, у нее, разумеется, было немного денег, вложенных в некоторые акции, однако кое-какие из них обесценились из-за войны, и их практически невозможно продать, а по другим выплачиваются пониженные дивиденды, и естественно, с учетом высокого подоходного налога…

– Вы хотите сказать, что она жила на свой капитал, – кратко подытожил Крук.

– Обычно у моей клиентки баланс в банке не был очень большим, – пояснил Максвелл. – Но когда сальдо становилось слишком низким, она вносила деньги, обычно значительную сумму.

– От продажи акций?

– Нет, нет. Она обычно объясняла, что ей выплатили некий старый долг. Как я уже сказал, мисс Керси была очень скрытной касательно своих дел. Однако похоже на то, что в свое время она одалживала крупные и не очень суммы друзьям, знакомым и так далее, а потом эти долги постепенно выплачивались. Или же она говорила, что что-то продала.

– Например, драгоценности?

– Возможно. Но в подробности она не вдавалась. На момент смерти остаток у нее на счете был ничтожно мал. На самом деле мисс Керси превысила кредитное сальдо по счету, однако она пообещала управляющему, что вскоре внесет значительную сумму. Сказала, что ей в Лондоне причитаются деньги, и собиралась забрать их.

– Она не говорила, сколько?

– Я так понимаю, что не менее тысячи фунтов.

– Это такие суммы она обычно вносила?

Максвелл несколько смутился.

– Это ни в коей мере не было необычным.

– А тратила она много?

– Ей нравилось жить в комфорте, но одежду мисс Керси носила самую обычную. И я полагаю, что она очень хорошо относилась к своим бывшим сотрудницам. Поддерживала с ними контакты и часто им помогала, когда те оказывались в стесненных обстоятельствах.

– Она не позволяла вам вести эти свои дела?

Пожилой юрист покачал головой.

– Она была очень скрытной. Сомневаюсь, что мисс Клэр Керси вообще кому-то доверяла полностью.

– А есть ли признаки того, что эта тысяча фунтов как-то проявилась после ее смерти?

– Никаких, – ответил Максвелл. – И вот что меня ставит в тупик: во всех ее бумагах, которые я смог изучить, я не нашел ничего указывающего на то, что эта сумма ей причитается.

– И вы говорите, что в банке у нее совсем крохи?

Максвелл молча кивнул.

– В таком случае как же ежегодная рента моего клиента мистера Керси?

– Мисс Керси оставила распоряжение, что это должно рассматриваться как первоначальные вычеты из стоимости ее имущества. Есть, разумеется, драгоценности. Я всегда полагал, что они очень дорогие и выделение годовой ренты для человека в возрасте мистера Керси не составит значительных расходов.

– Если моя догадка верна, они будут размером с домик по сравнению с капиталом, – заверил его Крук. – Я так полагаю, что драгоценности еще не оценивали?

– Я намереваюсь сделать это немедленно.

– Как я понимаю, они застрахованы?

– Я не раз высказывал мисс Керси такое предложение, но она заявляла, что полностью способна вести свои дела и соблюдать свои интересы. Должен признаться, что до сего момента не обнаружил ничего, что указывало бы на присутствие какой-либо страховки, и у банка также отсутствуют какие-либо документы по этому поводу. И все же, если камни стоят столько, как себе представляла мисс Керси, кажется безумием их не застраховать.