Ловушка для стервы - Надежда Черкасова

Придется исходить от противного. Если это случилось, необходимо в кратчайшие сроки все уладить. И самое главное сейчас — решить вопросы с Катюхой и Кириллом, а уж только потом ехать к дядюшке и там, вместе с Николаевым, до конца распутывать мудреный клубок фантасмагорических хитросплетений.

Итак, Катюха страстно хотела получить Кирилла — и она его получит. Пусть исполнится мечта идиотки. Надо срочно звонить ей, помириться и договориться о времени передачи Кирилла. Разумеется, в безвозмездное и безраздельное пользование. Уж от такого бесценного подарка эта жадюга ни за что не откажется. Примирение возможно только с помощью Кирилла: хоть на что-то сгодился, бедолага! Просто выбросить его на задворки жизни — слишком расточительно, а так — все же польза какая-то.

Катюха в бесконечном водовороте жизненных страстей Милы появилась совсем неслучайно. Дело в том, что Мила не терпела конкуренции ни в чем. Поэтому, когда на горизонте сверкающего великосветского небосклона вдруг возникала очередная претендентка на корону королевы, Мила предпринимала все возможные и невозможные меры, чтобы остаться на троне и быть единственной на вершине Олимпа.

Порой это удавалось так легко и весело, что стоило лишь распустить некие слухи, сплетни и домыслы о новой зарождающейся звездочке, как та быстренько и совсем незаметно исчезала. Особенно легкой добычей становились скромные интеллигентные застенчивые и совсем неискушенные молодые особы, которые, надеясь только на свою внешность или талант в любого рода деятельности, даже не представляли, в какой грязи им придется вываляться, чтобы достичь желаемого успеха, известности и славы. Таких она ломала без всякого зазрения совести, считая, что жизнь принадлежит лишь сильным и безжалостным, которые для достижения своих целей готовы практически на все, сметая всех и вся на своем пути.

Более серьезных противниц Мила пропускала сквозь жерла своей желтой газеты. И эта незаменимая палочка-выручалочка всегда была у нее под рукой. Она и ее рупор, и судья, и палач для неугодных, конкурентов и врагов, а также для тех, кто просто чем-то не угодил или чем-то не понравился. Мила считала, что для достижения целей хороши все способы. И газета не раз выручала из самых, казалось бы, сложных и безвыходных ситуаций.

Каким бы свободным ни казалось общество, не обо всем можно высказываться открыто. Но для желтой прессы на любых дорогах горит только зеленый свет. Лишь ей позволено вещать о том, о чем другие только думают, но говорить не решаются. Поэтому желтая пресса нужна в любом обществе, как шут при дворе короля. Только шуту никогда не возбраняется говорить то, о чем думается.

Боязливый мещанский люд втихаря размышляет, а шут произносит вслух всякие его мысли и догадки. Мещанин потирает от удовольствия руки и потихоньку злорадствует над бедами и бесчестьем других, потому что главное — чтобы его лично не коснулось, а до других и дела нет.

Мила считала, что этот шут, ряженный в одежды желтой прессы, необходим каждому: и пугливому народу, и обладающему неограниченной властью королю. Но более всего его придворным, которые, как коршуны, пытаются вырвать власть друг у друга и используют шута в своих бесчестных играх. На шута горохового можно свалить все, что угодно. Ну что с него взять, с шута-то? Дурак — он и есть дурак.

Поэтому Мила всегда позволяла себе «открыто» высказываться на страницах любимицы и помощницы, не прислушиваясь особенно к общественному мнению об «этой грязной газетенке» и благоразумно скрывая какую бы то ни было причастность к «сей презренной желтой сплетнице». А чтобы еще больше отвлечь от себя внимание, в один голос со всеми «благородно и искренне» возмущалась проделками «желтой стервятницы», осуждала и проявляла сочувствие к пострадавшим от ее нападок, убеждая тех не принимать так близко к сердцу все эти злобные, несправедливые и «грязные» публикации. Ну стоит ли обращать внимание на «какую-то там паршивую желтую газетенку»!

Именно в ней она оттачивала свою злобу, ненависть, язвительность и презрение к жертвам, чем-то ее возмутившим или чем-то не угодившим. Она верила, что пока пугливые мещане втайне жаждут крови для своих сородичей — врагов или друзей, — ее скандальные статьи всегда будут волновать читателей.

У каждого человека есть своя ахиллесова пята, и Мила ее безошибочно находила. А затем била метко и наповал. Как змея, которая если не вонзит смертоносное жало в свою жертву и не уничтожит ее, то сама захлебнется собственным злобным ядом. Неуемная работоспособность Милы рвалась в бой и требовала все новых жертв. В такие минуты Мила походила на энергетического вампира, питающегося чужой болью, бросовой отрицательной энергией, испытывая неописуемое чувство власти над людьми. А широкий общественный резонанс на разоблачительные статьи давал мощнейший заряд новых сил для дальнейшей активнейшей и плодотворнейшей жизни.

С Катюхой все сложилось по-другому. Та оказалась птицей высокого полета. Да и папочка ее, Троянов Владислав Антонович, известный общественный деятель, политик, бизнесмен и что-то там еще очень важное и секретное, ни за что на свете не дал бы любимую доченьку в обиду. Поэтому так вот просто, одной только скандальной статьей в «грязной газетенке» Катюху не сломить. Да и опасно, однако. Можно самой нешуточно пострадать.

Катюха вдруг неожиданно для всех превратилась из папенькиной дочки и гадкого утенка в необыкновенно красивого и великолепного черного лебедя, писаную красавицу и одну из богатейших бизнес-леди страны. А потому к ней требовался совсем иной подход — особый. И Мила спокойно бы отнеслась к тому, что Катюха хорошо образована и редкая умница, а также весьма предприимчивая и деловая барышня. Но самым ужасным и до боли обидным и неисправимым оказалось то, что Катюха почти на десять лет моложе Милы! А потому превратилась для нее в самого опасного противника.

И непревзойденная Мила Миланская почувствовала, как прекрасный трон королевы великосветского бомонда зашатался. Необходимо было немедленно что-то предпринимать.

Самым лучшим средством избавления от заклятого врага она считала возможность стать его лучшим другом. Когда Мила хотела, то умела выглядеть и доброжелательной, и приятной во всех отношениях, и заботливой, и необходимой. Ей пришлось изрядно потрудиться, прежде чем она отбила наконец от Катюхи многочисленных подруг и друзей. Расправилась с ними постепенно и не без помощи своей газеты-помощницы, вселив в Катюху твердое убеждение, что они предатели, мошенники и мизинца ее не стоят.

Теперь Катюха всецело принадлежала только ей, и Мила вынашивала планы свержения ее с пьедестала принцессы, которая впоследствии с успехом может занять трон королевы и самой стать королевой. Мила свято верила, что королева может быть только одна, и только она сама. Но так как королевский трон покидать не собиралась, то следовало обезопасить себя и найти Катюхе лучшее применение, нежели то, которое готовила ей потихоньку вездесущая молва.

Обе подружки, заядлые тусовщицы и шопоголички, считали, что лучший отдых — активный, а одежды и обуви много не бывает. Они вместе делали набеги на мировые столицы моды, утоляя неугасимую страсть к тряпкам и вкладывая миллионы в шоу-бизнес, где деньги правят бал, и не сходили с телеэкранов. Обе слыли своенравными и скандальными особами, постоянно попадающими в сомнительной нравственности истории, и являлись для желтой прессы не только лакомыми кусочками, но и звездными курицами, несущими для них золотые яйца.