Знак свыше - Антон Леонтьев

– Вот какое воздействие оказывает на этих косолапых арабов мое имя! Если бы не я, то вам бы пришлось ждать чемодана еще недели две или три!

И вот московская делегация последовала к специально нанятому для нее автобусу, ожидавшему на одной из стоянок аэропорта имени полковника Аль Бадраффи. Пейзаж был несколько чахлый: песчаные дюны, пальмы, блеклые сероватые строения вдали. Нещадно палило солнце, и чувствовалась близость моря: в небе кружили горластые чайки.

Даша катила по бугристому, выщербленному асфальту свой чемодан и думала о том, что появилась на свет где-то здесь. Интересно, в больнице, роддоме или, может быть, советском посольстве?

Первыми в автобус грузились – как могло быть иначе-то! – пятнадцать лазоревых чемоданов Татьяны. Их хозяйка давно отбыла в отель на специально арендованном для нее лимузине, прихватив с собой ассистентку и пресс-секретаря. Все же прочие члены делегации остались на жаре в аэропорту – им милостиво было разрешено добираться до центра города, где располагался отель, на автобусе. Ассистентка Татьяны трижды пересчитала ее чемоданы и смахнула со лба пот – все были на месте! И только после этого началась погрузка вещей прочих членов делегации.

Даша не могла знать, что за ней наблюдают сразу три человека – один из якобы праздно шатающихся неподалеку грузчиков, охранник аэропорта, куривший подле пальмы, и пожилая женщина, работавшая в киоске, где продавались восточные сладости и прохладительные напитки. Причем наблюдали вовсе не из-за праздного интереса, а по спецзаданию.

Когда автобус, зафырчав и выпустив черные клубы дыма, наконец тронулся в путь, продавщица в киоске кивнула грузчику, который, в свою очередь, махнул рукой охраннику. Тот, сплюнув на землю и бросив туда же окурок, который он тщательно растер блестящим ботинком, извлек из-за пояса рацию и доложил, что объект благополучно направился в столицу.

Не имея представления о том, что о ее особе заботится столь много людей, Даша с любопытством рассматривала в грязноватое окно автобуса пейзаж. Международный аэропорт находился на незначительном удалении от столицы, Фермополиса, и скоро на горизонте возникли монументальные многоэтажные здания, очень походившие на спальные районы Москвы. Только росли около них пальмы и финиковые деревья, а вдали виднелась полоса уходящего за горизонт моря.

Фермополис был красивым, хотя и несколько запущенным городом – в центре виднелись старинные здания, возведенные еще в колониальные времена и давно нуждавшиеся в капитальном ремонте. Тут и там стояли новостройки из стекла и бетона – небоскребы, являвшиеся детищами нефтяного бума.

Движение в городе было кошмарным – сигналы светофора игнорировали как водители, так и пешеходы, а также, конечно же, многочисленные бездомные кошки. Автобус въехал в самый центр города и оказался на главной артерии столицы, проспекте Славной Революции, который был очень похож по своей архитектуре на Елисейские Поля. Автобус плавно обогнул гигантскую триумфальную арку, увенчанную колоссальной позолоченной статуей самого полковника, а затем взял курс на президентский дворец, располагавшийся в самом конце проспекта Славной Революции. Раньше дворец служил резиденцией королевской семьи, а после переворота стал пристанищем Аль Бадраффи.

Во дворец, конечно же, их никто бы не пустил, тем более что все подъезды к нему были заблокированы. Поэтому автобус свернул на одну из улиц, отходивших от проспекта вправо, и Даша заметила несколько сгоревших домов. Это были немногочисленные свидетельства волнений, что имели место в столице некоторое время назад – «арабская весна» добралась и до страны полковника. Но митинговавших быстро разогнали военные, а активистов арестовали, и они исчезли в пользовавшемся дурной славой тюремном комплексе «Черный пляж».

И всюду – на проспекте, на соседних улицах, практически на каждом доме виднелись национальные флаги, а также огромные полотнища с портретом правителя и золотая цифра «30», ведь в этом году праздновалась тридцатая годовщина так называемой Славной Африканской Революции, то есть путча, в результате которого полковник Аль Бадраффи пришел к власти.

И вот автобус, тяжко вздохнув в последний раз, замер на узкой улице, перегородив ее для всех прочих автомобилей: они прибыли в отель «Риц». Отель, по крайней мере снаружи, был шикарный, явно старинной постройки, походивший на настоящий замок в мавританском стиле.

Их встретила целая армия работников в зеленой с золотом униформе, принявшихся четко и слаженно выгружать багаж. Они закончили всего через пару минут, после чего автобус развернулся и поехал прочь, освобождая улицу для движения.

Даша ступила под сень отеля – там работали мощные кондиционеры, а в огромном фойе бил удивительный по своей красоте фонтан. Формальности, связанные с регистрацией в отеле, были, к всеобщему удивлению, улажены в течение нескольких минут, и члены делегации смогли занять свои комнаты.

К Даше подошла молодая улыбчивая женщина, которая на вполне сносном русском вежливо поприветствовала ее и сказала, что она сопроводит ее в предназначенный ей номер. Даша схватила чемодан, однако работница отеля мягко улыбнулась, хлопнула в ладоши, и чемодан подхватил один из расторопных молодых людей, направившийся с ним к грузовому лифту.

Тем временем в фойе появились официанты, державшие в руках серебряные подносы, на которых возвышались хрустальные бокалы с прохладительными напитками – подарок отеля новоприбывшим гостям. Все с большим удовольствием осушили бокалы, в том числе и Даша. А после этого послышалась восточная музыка, и в фойе возникли закутанные в тончайший шелк красавицы, которые тут же начали исполнять танец живота. И все члены московской делегации, несмотря на усталость, с восхищением следили за их легкими, отточенными движениями, напрочь забыв о времени. Даша тоже была поглощена феерическим зрелищем, поражаясь тому, с каким радушием и гостеприимством их встречают в отеле.

Она и предположить не могла, что это шоу служило одной цели – отвлечь внимание россиян, в том числе и ее собственное, и сделать так, чтобы Даша задержалась на несколько минут в фойе. Ибо чемодан, увезенный расторопным молодчиком, в этот момент находился в заблокированном грузовом лифте, где его вскрывал профессиональный взломщик, работавший теперь на местную спецслужбу. Человек в военной форме, руководивший всей операцией, следил за тем, как в каблуки Дашиных туфель монтировались крошечные датчики, позволявшие определять ее местонахождение с точностью до пяти метров. Еще до того, как восточные красавицы завершили свое выступление, вся обувь Даши была оснащена подобными датчиками, а чемодан закрыт и доставлен в ее номер.

Даша поднялась на пятый этаж в сопровождении работницы отеля, которая показала ей отличный одноместный номер. Чемодан уже стоял около стены. На столе красовалась плетеная корзина с экзотическими фруктами. Даша поблагодарила работницу отеля и даже пыталась дать ей чаевые, от которых та категорически отказалась, мотивируя это тем, что в их стране это не принято, ибо чаевые – это буржуазный пережиток, отмененный полковником Аль Бадраффи еще тридцать лет назад.

Смутившись, Даша еще раз поблагодарила работницу, которая бесшумно выскользнула из ее номера. Спускаясь в рабочие помещения по лестнице для персонала, работница достала мобильный телефон и позвонила, куда от нее требовалось, чтобы доложить: объект находится в номере, все в полном порядке.