Альбом страсти Пикассо - Ольга Тарасевич

Конечно, после обнаружения в погребе некоего кровельщика Вячеслава Самойлова, одетого в форменную рубашку официанта, соблазн провести допрос по горячим следам был велик. Ведь официантка Ирина в своих показаниях утверждала: Самойлов вступил с одним из парней-официантов в сговор. Вроде бы соврал ему, что влюблен в девушку, которая будет присутствовать на вечеринке, а ее строгие родители не разрешают им встречаться. Поверив в эту историю (а скорее всего, прельстившись легким финансовым вознаграждением), официант выдал Самойлову свою униформу, и под видом обслуживающего персонала злоумышленник легко проник в дом. Конечно, получив такую информацию, так и подмывало задать печально вздыхающему гражданину Самойлову пару-тройку вопросов. Однако на то и даются соблазны, чтобы им не поддаваться! Немного терпения и ожидания – и вот уже награда следует сторицей! Теперь вырисовывается куда больше интересных вопросов к узнику погреба. Сейчас действительно есть, о чем с ним поговорить, есть, что выяснить. И даже есть, что рассказать…

Во-первых, оказалось, что отпечатки пальцев, обнаруженные на строительном ноже, которым была убита Татьяна Липина, принадлежат именно Вячеславу Самойлову. И дело не только в том, что криминалист быстро установил идентичность отпечатка с ножа свежеотканным у Самойлова «пальчикам»; дактилокарта гражданина Самойлова уже имелась в базе, так как он ранее попадал в поле зрения правоохранительных органов. Дело-то было давним и, в общем и целом, достаточно банальным: после распития спиртных напитков вступил в драку с собутыльником, причинил ему телесные повреждения средней тяжести. На зону, правда, так и не попал; в ходе следствия быстро просек, что может оказаться в местах не столь отдаленных, и договорился с потерпевшим о компенсации; получивший ранения мужчина решил не преследовать обидчика в судебном порядке. Что ж, вся эта история лишний раз подтверждает: криминальные наклонности с потолка не берутся, на скользкую дорожку становятся еще в юности. У многих получается с нее сойти, однако, похоже, Самойлов – не тот случай.

Впрочем, наиболее интересным оказалось даже не темное уголовное прошлое, сколько очень даже криминальное настоящее!

Еще вчера выяснилось: произошло ограбление квартиры брата Татьяны, Вадима Липина. Поздно ночью был задержан и подозреваемый – некий Сергей Шмаков, строитель-кровельщик, не имеющий постоянного места работы в связи с чрезмерным пристрастием к спиртным напиткам. Его опознали свидетели; кроме того, в квартире Липина имелись многочисленные отпечатки Шмакова, начиная от дверных ручек и заканчивая раскупоренной бутылкой из бара. Так вот, этот Сергей Шмаков долгое время был напарником Самойлова. Выходило, что Самойлов имел умысел убить Татьяну. И, видимо, обладая информацией о том, что Вадим Липин будет в гостях вместе с сестрой, навел Шмакова на пустую квартиру. Но нет, никаких добрых дел или услуг со стороны Самойлова! На самом деле он также был заинтересован в ограблении квартиры! Ему требовался ноутбук Татьяны! Ребята из оперативно-следственной группы, выезжавшие на осмотр квартиры Липина, обратили внимание: злоумышленник почему-то заинтересовался именно ноутбуком девушки, положил его в сумку. Хотя в квартире на видном месте лежали и ноутбуки Вадима – намного более дорогие, но их преступник воровать не собирался. Правда, компьютер Тани был ярким, и вначале мелькнуло предположение, что Шмаков просто повелся на более броскую вещь. Однако все-таки ноутбук девушки включили, и вот тут-то выяснилось: она переписывалась с неким Антикваром, намечалась встреча, обмен какого-то альбома Пикассо на значительные финансовые средства. Распечатки писем, отправляемых Татьяной по электронной почте, коллеги еще не передали. Но, по их словам, речь шла ни много ни мало – о целых 100 тысячах долларов! Да и за меньшее такой прожженный циник, как Самойлов, убить может!

По работе он характеризовался не лучшим образом. Пить так чтоб совсем по-черному не пил, но был хитрым, прижимистым, ни с кем особо не откровенничал. В общем, мужик – себе на уме. С такого станется замутить кровавую комбинацию.

А еще поступила информация, что Самойлов срочно нуждался в деньгах, так как собирался помочь брату, получившему по его вине тяжелую травму позвоночника.

Этой же ночью в комнате, которую снимал кровельщик, был произведен обыск, в ходе которого изъяли недорогой нетбук. Самойлов стирал все свои письма. Однако, как уверяли специалисты технического отдела, любую, даже удаленную информацию можно восстановить. Технари припрут работягу к стенке – это просто вопрос времени. Пока же можно говорить лишь о том, что Самойлов посещал форум, где общались люди, интересующиеся искусством. И он заходил туда под ником Антиквар.

Был ли он именно тем Антикваром, который переписывался с убитой девушкой и собирался покупать альбом Пикассо?

Зачем тогда ему эта вещь? Откуда у него такая огромная сумма на покупку, если он пытался одолжить у своих знакомых на операцию для брата? Или, может, он хотел завладеть альбомом обманным путем, продать его, а вырученные деньги потратить на лечение брата? Но где он нашел бы покупателя на такую вещь? Или был заказ? Однако кто мог дать Самойлову такое поручение?..

«Пикассо с кровельщиком, конечно, сочетается очень плохо. Прямо скажем – эти миры вообще никак не пересекаются, и пересекаться не могут, – рассуждал Загуляев, прихлебывая кофе и выщелкивая на клавиатуре старенького компьютера примерный план допроса Самойлова. – Но я не расстраиваюсь совершенно. И так я за сутки проделал офигенный объем работы. Очень хочется спать, и принять душ, а еще борща бы похлебать – горячего, наваристого… Но это все потом. Сначала поговорю с гражданином Самойловым. Он, наверное, в камере посидел, подумал хорошенько. Может, уже и дозрел до сотрудничества со следствием. И надо бы ему в самом начале популярно объяснить: будет он на мои вопросы отвечать быстро и честно – буду и я к нему нормально относиться, обязательно отмечу его желание сотрудничать и глубокое раскаяние в содеянном. Станет выпендриваться – я ему тоже, собственно говоря, ничего не должен; и камеру пожестче организую, и карцер, и прочие приятные вещи».

Примерно набросав список тем, которые надо обсудить с подозреваемым, Константин занялся постановлением об аресте. Его, как он и ожидал, подписали безо всяких вопросов. Куда уж больше доказательств – незаконное проникновение в коттедж и отпечатки пальцев на орудии убийства.

Захватив из своего кабинета папку с бумагами, Костя вышел из облупленного здания следственного отдела, рухнул в служебный доисторический «Москвич» и попросил водителя отвезти в соседний городок, где находился следственный изолятор.

В дороге предстояло провести около получаса, и Загуляев поморщился, представляя, что вот-вот на него, уставшего и измотанного, обрушится мощный словесный водопад. Больше, чем рулить «Москвичом», водила следственного отдела любил поговорить «за жизнь».

– Погодка-то сегодня выдалась – загляденье, – бодро начал водитель, выспавшийся и румяный.

Бросив машинальный взгляд в окно, Костя вяло кивнул:

– Загляденье.

– Вот солнце жарит! Градусов тридцать, не меньше! Скорее бы уже спала эта жара! Машина нагревается, как консервная банка, дышать нечем!