Последнее прости - Евгения Михайлова

Николай дождался, когда Юля уйдет на работу, и набрал телефон Надежды.

– Это я. Вы узнали меня? Я хотел спросить: вы говорили с Олегом?

– Не звоните мне больше и не приезжайте. У меня были эти бандиты.

– И что? – Телефон задрожал в руке Николая.

– Они будут сами искать Олега. Из-за вас. Они вас выследили. Олег сказал, им нельзя платить и в милицию нельзя обращаться. Я больше ничего не знаю. У меня плохо с сердцем…

Николай слушал короткие гудки, его сердце колотилось в такт.

Он вошел на кухню и хмуро посмотрел на мать. Та ответила ему ничего не выражающим взглядом.

– Ты не собираешься мне помочь? – спросил он.

– А что я могу сделать? – ответила Лидия.

– Значит, ничего. И заначки у тебя нет? И то дело, которое я по твоей просьбе провернул, ничего не меняет. Так?

– Ну, откуда заначка, сынок, мы ж такие неэкономные. А то дело… Так толку-то пока в нем… Не наша очередь, как говорится.

– Так. Отмаз по полной программе. Не знаю даже, как с тобой говорить…

Он подошел к раковине, открыл холодную воду и долго пил прямо из-под крана. Потом резко повернулся к матери.

– А если так поговорить. Отчего это тетка Мила так скоро померла. Вроде они этого не ждали. А тут хоп – и все. Ты ведь вроде к ней собиралась…

– Ты про что, сынок? Я сестру Людмилу месяц, наверное, не навещала перед ее смертью.

– Точно? А где ты в тот день была? Я пришел вечером, тебя не было.

– Ну, мало ли. Делов у меня полно. Ты к чему вообще?

– Слушай, мать. Мне терять нечего. Мне лимон нужен. Баксов. Срочно. Не найдешь, пойду к следователю, который дело это ведет, и все про твои планы расскажу.

– А ты пойди. Я сразу во всем признаюсь. Скажу: я сестру убила. В тюрьму пойду. Не такая у меня сладкая жизнь, чтоб я чего-то боялась. А в тюрьму пойду, чтоб тебя за тетку не посадили. Как потянут они ниточку, так и узнают, кто на самом деле в тот вечер у нее был. Я или ты.

– Да ты что лепишь такое? Ты хочешь сказать, что я…

– Ничего я тебе не хочу сказать. Это ты сказал не то, что надо. А я вот что скажу. Не лезь в эту историю со Светкой. И со мной так не надо. Нам вместе жить, ждать, терпеть. Никого у нас больше нет.

– Ты хочешь, чтобы я бросил своего ребенка в опасности?

– Я хочу, чтоб мой ребенок уцелел. Для матери дети не взрослеют. А про Риту пусть ее мать думает.

Николай вышел из квартиры, сел в машину, еще не зная, куда ехать. Сам не понял, как оказался перед офисом Олега. Прошел мимо охранника, который узнал его: он как-то заезжал сюда. Открыл дверь кабинета. За столом сидела женщина, которую он видел на похоронах и поминках, и выжидающе смотрела на него.

– Где Олег? – спросил он, не здороваясь.

– Уехал по делу. Вы, кажется, его родственник Николай?

– Кажется, – буркнул он. – Когда будет?

– Понятия не имею. Но знаю, по какому делу вы пришли. Олег не собирается платить шантажистам. Тем более что с вашей подачи они теперь, скорее всего, будут шантажировать его напрямую. Вас и вашу семью это не спасет.

– Они здесь были?

– Нет. Но появятся, наверное.

– Он должен дать денег, – сдавленно проговорил Николай. – Другого выхода нет. Они убьют ребенка.

– В этой ситуации дать денег – как раз не выход, – заявила Ирина. – Когда они их получат – тогда и убьют ребенка.

– Ты кто такая? Ты что тут Олегом командуешь: дать денег – не дать. Ребенком моим она распоряжается, тварь эдакая. – Он достал телефон и набрал номер Олега. Абонент был недоступен. Николай мрачно посмотрел на Ирину. – Где он? Он что, прячется от меня?

Ирина вышла из-за стола, подошла к Николаю, посмотрела ему в глаза.

– Ты не понял. Деньги Олега бандиты теперь будут вышибать без тебя. Потому что ты мудак. Иди, стереги своего ребенка.