Наркомутация - Владимир Колычев

– Сваливают менты, – сказал он. Снова эти грубые интонации, этот ужасный жаргон. Нила тоже глянула в окно. Действительно, автоматчики покидали свои посты, рассаживались по машинам. И майор Кулик уезжал. Возможно, ее квартира была последней, которую он обследовал, – как и все другие, безрезультатно. Даже Олега не обнаружил. Но тот ему не нужен. Он-то не преступник…

– Все свалили? – послышался чей-то грубый голос.

Нила чуть не лишилась рассудка, когда в сторону отъехала вторая створка шкафа-купе. Из-за нее показался человек. Среднего роста жилистый парень с вытянутым книзу лицом. Маленькие глубоко посаженные глаза светились злым огнем.

– Кто это? – взвизгнула Нила.

– Это Пупс, – спокойно ответил Олег.

– Откуда он взялся?

– Тебе-то какая разница? – Он окатил ее ледяным взглядом.

– Это не тот, кого ищет милиция?

– Он, – кивнул Олег.

В его потухших глазах читался приговор.

– Как он здесь оказался? – холодея, спросила она.

– Корж, ты бы заткнул ей пасть! – рыкнул Пупс.

– Ты бы меня не понуждал, а? – скривился Олег. – Сам знаю, что делать… Хотя ты и прав, заткнуть ее надо…

– Не-ет! – попыталась вырваться Нила. Но из этого ничего не вышло. Олег крепко сжал ее руку, притянул к себе. И тут же закрыл ей рот ладонью.

Нила задергалась, попыталась вырваться, но к Олегу на помощь пришел его дружок. Они вместе навалились на нее. Повалили на пол, связали по рукам и ногам простынями. На рот лег кусок скотча. Теперь Нила могла только мычать да извиваться по полу змеей.

– И куда ж ты, цыпа, хотела от нас сбежать? – спросил Олег.

Взгляд хищный, злой, будто вместо глаз угольки из адского костра вставили.

– Да ментам хотела сдать, – послышался чей-то незнакомый голос.

Только сейчас Нила заметила, что к ее мучителям присоединился третий.

Угловатый крепыш с надорванным ухом. Глаза блестят, зрачки расширены – видно, недавно дозу принял. Такой же наркоша…

– Может, и ментам, – кивнул Олег.

И обвел своих дружков властным взглядом.

– Что делать с ней будем? – спросил он.

– Трахнуть бы для начала, – подал голос Пупс.

– А встанет? – с сомнением посмотрел на него Олег.

И брезгливо, будто на грязь под ногами, глянул на Нилу.

– У тебя же встало…

– На это угребище только под кайфом и встает, – гадко ухмыльнулся он. – Блин, а ведь трахать приходилось…

Нила зарыдала от обиды и горечи.

Олег был мил и обходителен с ней. Говорил, что любит. А на самом деле он ее терпеть не мог. Зачем же тогда в постель к ней лез? Зачем жил у нее?…

Она задавала эти вопросы себе. Но отвечал на них он сам.

– Ты думаешь, почему я был с тобой? – Его взгляд слепил презрением. – Думаешь, ты такая клевая телка? Крокодил ты, а не телка… Мне просто перекантоваться у тебя надо было, поняла?… Ты думаешь, я в Чечне воевал? А батон тебе в зад! Я чо, похож на идиота?…

На ублюдка он похож. На самого последнего подонка… Нила уже не могла любить его. Могла только ненавидеть. С каким бы удовольствием она плюнула в лицо этому оборотню. Жаль, рот склеен скотчем…

А Олег, или Корж – как его назвал дружок, – уже вошел в раж. Видимо, ему было в радость издеваться над Нилой.

– Леньчик, братуха, а знаешь, как эта коза за щеку берет?

Закачаешься!… Хочешь попробовать?…

– Да можно, – небрежно кивнул парень с надорванным ухом.

– Не-а, не получится, – замотал головой Олег. – Это ей рот разевать надо. Как бы хай не подняла… Соседка у нее чересчур деловая, уши через стену греет. Услышит шум, может ментам звякнуть…

– Ну а так можно?

– Так можно…

И тут же на голову Ниле опустилась подушка. Кто-то сел на нее – чтобы не брыкалась. Кто-то другой развязал ей ноги, задрал юбку, начал стягивать трусики…

Ее собирались изнасиловать. А не слишком ли это?… Нила извернулась, лягнула насильника ногой. И тут же в живот ей с силой вошел тяжелый кулак.

Будто что-то взорвалось внутри. Задыхаясь от боли и нехватки воздуха, Нила стремительно теряла сознание…

Очнулась она скоро. Но лучше бы она продолжала оставаться в небытии.

Грязный скот с надорванным ухом уже ввел в нее свою мерзость. И трудился над ней в поте лица. Дорого бы дала Нила, чтобы забыться в обмороке. Но, увы, ужас не отступал…

После первого был второй. Нила уже хотела не просто потерять сознание, она хотела умереть. Все что угодно, лишь бы избавиться от этого кошмара наяву.

Нила приняла двоих. И с ужасом ждала третьего. Но Олег насиловать ее не стал. Сбил с ее головы подушку, окатил Нилу брезгливым взглядом. Она думала, что на этом все кончилось, больше трогать ее не станут. Но нет, настоящий кошмар только начинался.

– Ты знаешь, от кого я у тебя прятался? – спросил Олег и сам себе ответил:

– От ментов. Знаешь, почему?… Потому что телку одну замочил. А знаешь, почему?… Бабки у нее были. Много бабок. Тридцать пять штук баксов. И куча всякого добра. А она нам ничего не хотела отдавать. Мы бы и не трогали ее, если бы она нам все отдала…

Нилу передернуло от дикого ужаса. Ей вдруг показалось, что она лежит не в своей комнате, а в могильной яме. И Олег с его дружками – могильщики, которые вот-вот начнут засыпать ее землей. Она физически ощущала холодное дыхание смерти.

– А у тебя сколько бабок? – раздирал ее демоническим взглядом Олег. – Где ты бабки прячешь?…

Нила замотала головой. Не было у нее в квартире тайника, где можно было бы хранить деньги. Да и нет их у нее. Разве что небольшие суммы на карманные расходы, которые дают ей родители. Но эти деньги у нее в сумочке…

– Да знаю, что нет у тебя нычки. Я ведь все здесь обыскал… А почему нет, а?… У черепов бабки, да?… Кстати, со своим обещанным тестем я так и не познакомился. Ждал в гости, а он не пришел. Не жалует вниманием своего зятька.

Почему, а?… Или ты уже не хочешь за меня замуж?…

– Она за меня выйти хочет, – глумливо ухмыльнулся Пупс. – Я ей больше всех понравился, ха-ха!… Только я ее уже не хочу. Я свою будущую тещу хочу…

– Значит, к ней в гости сходить надо, – сделал вывод Олег. – Надо бы с ее черепов приданое за дочку спросить… Они богато живут, если такому крокодилу хату купили, тачку подогнали…

Нила была в шоке. Ужас ледяной рукой сжал душу. Мало того, что эти подонки надругались над ней, так они еще тянутся к ее родителям. Она представила, как они будут насиловать мать, пытать отца. Об этом даже думать невыносимо…