Игра с огнем - Мария Жукова-Гладкова

– А как же англо-бурские войны? – спрашивала я.

– Люди воевали всегда и будут воевать. Но как тогда было интересно! Я бы нашла себе какого-нибудь английского барона или герцога… А может, просто поехала бы в те земли как врач и лечила всех – белых и черных.

– Женщины-врачи тогда разве были?

– В Англии были. И как раз несколько поехали в Африку, потому что в Англии их затирали врачи-мужчины. А в тех местах они стали хорошо известны. Получили невероятную практику. Чернокожее население вообще считало их белыми богинями, и легенды о них живы до сих пор. Правда, нас и сейчас иногда считают богинями.

От тети Майи я знала, что самые страшные вирусы формируются в Центральной Африке – этому способствует климат, а «инкубаторами» служат обитающие там обезьяны. Например, ВИЧ родом оттуда. Также оттуда пришел и марбургский вирус, который превращает внутренние органы в кровавое месиво, человек умирает через двое суток агонии. Он получил высшую степень опасности. Я неоднократно спрашивала, не боится ли она туда ездить? Тетя Майя пожимает плечами и говорит, что интерес ученого и исследователя обычно перевешивает страх.

И ведь в Африке на самом деле живут уникальные племена и народности, которыми интересуются ученые. Кроме африканской истории, тетю Майю всегда интересовали особенности человеческого организма и болезни. Вместе с другими американскими и европейскими учеными она занималась изучением определенных племен из-за какой-то их «фишки». В исследованиях часто принимают участие не только врачи, но и археологи, историки, этнологи и представители других наук.

Например, племя хадза, проживающее на севере Танзании, изучали самые разные специалисты. Племя было открыто в тысяча девятьсот тридцать первом году немецким этнологом и археологом Людвигом Коль-Ларсеном. Происхождение племени до сих пор не вполне ясно. Информацию от самих хадза не получить. И где ее брать? В наши дни они питаются так, как питались люди на нашей планете десять тысяч лет назад. Они занимаются охотой и собирательством, причем продукты собирательства составляют восемьдесят процентов их рациона. Собирают плоды дикорастущих растений (ягоды, фрукты, корни), яйца птиц и черепах. Примерно раз в две недели они переходят с места на место. Охотятся на антилоп, зебр и павианов, но в сезон дождей становятся вегетарианцами. Мужчины едят больше мяса, так как пир начинается сразу же после удачной охоты, а женщины едят больше того, что собирают, прямо на месте. При этом и мужчины, и женщины ведут очень активный образ жизни. И современные ученые разных стран увидели своими глазами, как жили наши далекие предки. Считается, что исследования хадза показали правило здорового питания – это рацион с преобладанием цельной качественной растительной пищи – то есть ягод, овощей, орехов, клубней – и умеренное количество животного белка, то есть мяса и яиц. Также необходимо чередование дней, когда едят мясо, и чисто вегетарианских. Сладости (мед) – один сезон в году.

В племени в разные периоды времени жили представители западной цивилизации, в частности, хадза привлекали внимание медиков – и теперь считается, что наибольшее разнообразие микрофлоры кишечника (микробиома) на нашей планете как раз у хадза. Их микрофлора как минимум в два раза разнообразнее, чем у европейцев. В это трудно поверить, но это так. И это единственный народ в мире (из исследованных), у которого различается микрофлора кишечника мужчин и женщин – и по видовому составу, и по численности микроорганизмов. Это объясняется разделением труда. У женщин популяция бактерий кишечника более многочисленна.

Хадза не болеют раком толстой кишки, колитами, болезнью Крона и прочими заболеваниями желудочно-кишечного тракта, типичными для людей, придерживающихся «западного» типа питания. Также люди этого племени не страдают ожирением или ревматизмом, и ни у кого нет диабета.

Ученые исследовали кал хадза в возрасте от восьми до семидесяти лет. У них в кишечнике нет бактерий, являющихся ключевым ингредиентом пробиотиков, которые на Западе считаются полезными и добавляются в йогурты, другие молочные продукты, детское питание. Возможно, дело в том, что они не едят молочные продукты. Также у них были выявлены многие бактерии, которые считаются патогенными для представителей западной цивилизации, но у хадза они таковыми не являются (например, трепонемы).

Наиболее интересное исследование племени хадза провел американский антрополог, археолог и биолог Джефф Лич из Калифорнийского университета. Он также изучал кулинарные технологии каменного века, а потом увлекся микробиологией. Джефф Лич прожил в племени хадза год и все это время вел блог под названием «Мое годичное путешествие за самым здоровым микробиомом кишечника в мире». Он считает, что в животе у хадза «особый микроклимат» из-за их системы питания. Он захотел не только раскрыть формулу древнего микробиома, но и попробовать на себе вернуть современный западный набор микроорганизмов в кишечнике в первобытное состояние, а потом посмотреть, как он будет восстанавливаться после возвращения к современному рациону питания.

Лич ел то, что едят хадза, – те же растения, тех же животных, пил ту же воду, в которой периодически видел плавающие обезьяньи экскременты. Но он не только питался как хадза. Он решил еще и провести фекальную трансплантацию в полевых условиях! Коллеги предупреждали его, что таким образом вводить чужой кал в себя опасно. Можно заразиться паразитами и неизвестными микробами. Ведь в Африке может быть что угодно! И у хадза совсем другая микрофлора кишечника. «Традиционная» фекальная трансплантация (вид бактериотерапии) в медицинских целях проводится в условиях стационара, и каловые массы вначале подвергаются обработке. А Джефф вводил просто разжиженный кал одного члена племени хадза (мужского пола) – одну ложку свежего кала Лич смешал с сорока миллилитрами кипяченой воды, а потом этот современный американский ученый, биолог сорока семи лет от роду впрыснул этот разжиженный кал себе в прямую кишку, лежа под баобабом. Правда, Джефф предварительно проверил донора на гепатит, сифилис и СПИД, как, впрочем, и не только донора.

Чужой кал находился в Джеффе семнадцать часов, а потом он брал у себя анализы кала в течение нескольких недель, регистрируя малейшие изменения. Вначале разнообразие микроорганизмов уменьшилось, но вскоре восстановилось. Также Джефф Лич отметил большое увеличение популяции аккермансии, а большое количество этих микроорганизмов означает очень малую вероятность ожирения. Аккермансия, кроме того, защищает кишечник от заселения «плохими» микробами, поскольку усиливает стенки кишечника. До поселения с хадза в кишечнике Джеффа Лича аккермансий почти не было, а потом они стали доминирующим микроорганизмом.

Джефф Лич считает, что большую роль в жизни хадза и в изменениях в его собственном организме сыграло периодическое голодание. Он не голодал целыми днями, и хадза этого не делают. Там, где они живут, еду можно найти всегда – но нужно приложить усилия. Например, члену племени хадза захотелось есть. Он не может тут же открыть пакет чипсов, пачку печенья или сунуть нос в холодильник. Для того чтобы отправить еду в рот, члену племени хадза нужно хотя бы немного потрудиться. То есть между возникшим желанием поесть и самим процессом принятия пищи проходит какой-то период, и в этот период хадза занят физической активностью. Джефф Лич посчитал это очень важным – и существенным отличием от западного образа жизни.