Последнее испытание - Мэри Бёртон

Невада встал.

– Спасибо, что уделили нам время, доктор Шоу.

Они обменялись рукопожатием.

– Всегда рад помочь, шериф. Только что смотрел по телевизору вашу пресс-конференцию… Просто не верится, что подобное может происходить здесь, в Дип-Ран.

– Да уж… Хочу представить вам специального агента ФБР Мэйси Кроу. Мы вместе работаем над этим делом.

Шоу пожал руку Мэйси.

– Рад познакомиться, агент Кроу.

Они устроились за маленьким круглым столом. Мэйси достала блокнот и нашла чистую страницу.

– Доктор Шоу, у нашего визита две цели. Во-первых, мы хотим спросить о вашей сотруднице Дебби Роберсон. Ее мать волнуется: уже несколько дней не может с ней связаться.

Доктор, широко распахнув глаза, достал телефон.

– Сейчас проверю график. – Несколько секунд он листал таблицу, потом нахмурился. – Она должна быть на дежурстве.

– А она не могла поменяться сменами с другим работником? – спросила Мэйси.

Шоу покачал головой и напечатал какой-то текст.

– По правилам она должна предупреждать руководство. Я попросил миссис Блэнд, ее начальницу, все проверить.

– У нее уже были прогулы? – спросил Невада.

– Были. Собственно, мы собирались вынести ей выговор за последний случай, когда она поменялась сменами, но не сообщила об этом.

Мэйси сделала пометку в блокноте.

– У нее были проблемы? Ее никто не обижал, не приставал?

– Нет. Дебби молода и немного инфантильна. Но пациенты и их родственники ее любят, и именно поэтому миссис Блэнд ее держит. Дебби попала в беду?

– Мы пока не знаем, – сказал Невада. – Просто проверяем все версии.

– Вы говорили о двух целях вашего визита.

Кроу подняла голову от блокнота. Лицо ее было спокойным, но Майкл видел, как она напряжена.

– Расскажите о своей сестре.

– Синди? Странная просьба…

– Я приехала главным образом для того, чтобы расследовать смерть Тоби Тёрнер. Несколько человек подтвердили, что Синди видели вместе с Тоби примерно в то время, когда она пропала.

– Что вы знаете о моей сестре? – осторожно спросил Шоу.

– Именно этот вопрос мы хотели задать вам, доктор, – сказала Мэйси.

Он потер золотой перстень с эмблемой колледжа.

– У нас было трудное детство. Нашу мать, подсевшую на метамфетамин, больше волновала следующая доза, чем мы. Моей отдушиной был футбол. Команда заменила мне семью. К сожалению, Синди находила утешение в бутылке, а незадолго до своего исчезновения начала употреблять наркотики.

– Нам говорили, что она сбежала.

– Сбежала. Когда я узнал об этом, то поехал на автобусную станцию и попытался уговорить ее остаться, но она твердо решила уехать из Дип-Ран. Была убеждена, что в другом месте ее ждет лучшая жизнь.

– Когда это было?

– В начале ноября.

– После исчезновения Тоби?

– Да.

– Вы больше не виделись?

– Нет. Но я тоже не пытался ее найти. В то время я сам тонул. Я пробовал, по-своему, ее спасти, но она мне не позволила. В конечном итоге я ее отпустил.

– И она больше с вами не связывалась?

– Примерно через год я получил открытку из Далласа. Она написала на адрес трейлера, и мне переслали ее в колледж. Я позвонил по номеру, который был указан в открытке, но никто не ответил. – Он откинулся назад, словно отстраняясь от воспоминаний. – Вы работаете в правоохранительных органах и должны знать, что у сбежавших из дома семнадцатилетних подростков шансы на успех невелики.

– Всякое бывает, – сказала Мэйси.

– Тогда почему сестра не связалась со мной? – спросил Брюс.

– Не знаю. – Она помолчала пару секунд. – Почему Синди подружилась с Тоби – с девочкой из оркестра, увлекавшейся математикой? Разве они не были слишком разные?

– Синди умела манипулировать людьми. Ей были нужны деньги на выпивку и наркотики. Наверное, она использовала ту девочку.

– Синди упоминала о Тоби?

– В разговорах со мной – нет.

– Она посещала костры? – спросил Невада.

– Да. Синди любила проводить время с нами. Футбольная команда практически усыновила меня, и, думаю, она надеялась, что ее тоже будут считать своей – как талисман.

– И?..

Брюс опустил глаза и смахнул пылинку с брюк.

– В общем, нет.

Мэйси постучала пальцем по блокноту. Майкл уже видел этот взгляд. Колесики у нее в мозгу закрутились – и не остановятся, пока дело не будет раскрыто.

– Еще раз спасибо, что уделили нам время. – Она протянула доктору визитную карточку: – Если что-нибудь вспомните, любую мелочь, позвоните мне.

Брюс посмотрел ей в глаза.

– Вы сказали, что бывает и по-другому. Думаете, моя сестра жива?

– А вы?

– Надеюсь. – Казалось, Брюс говорит искренне, но это ничего не значило. Невада видел слишком много хладнокровных убийц, которым удавалось убедить присяжных в своей невиновности.

– Обдумайте все, о чем мы говорили, а потом позвоните.

* * *

Когда напарники подъехали к одноэтажному кирпичному дому, в котором жила Дебби Роберсон, Мэйси беспокойно заерзала на сиденье, не обращая внимания на ноющую боль в ноге: тыльная сторона здания была обращена к лесу.

– Наш парень любит такие места.

Невада остановил машину, и они вышли. Кроу подошла к почтовому ящику, обнаружив в нем скопившуюся за два дня почту. Шериф и агент ФБР прошли по гравийной дорожке, ведущей к крыльцу.

Мэйси нажала кнопку звонка. Но время шло, а никаких признаков жизни так и не последовало.

– Посмотришь сзади? – спросил Невада.

– Хочу еще заглянуть в боковые окна.

– Конечно.

Обойдя дом, девушка пробралась сквозь густые кусты к окну и внимательно осмотрела землю, но так и не нашла отпечатков ног. После этого приподнялась на цыпочки и заглянула внутрь.

– Это спальня.

В комнате царил беспорядок: кровать не застелена, одежда валяется на полу. Но ничего подозрительного не было – так вполне могла выглядеть ее собственная комната после нескольких рабочих дней.

Они обошли дом и оказались на маленьком дворике. Майкл шел первым, внимательно глядя себе под ноги. Когда они оказались у кирпичной веранды, он поднял кулак – сигнал остановиться.

– Что там? – спросила Мэйси.

Он присел на корточки и стал разглядывать отпечаток кроссовки.