Эта тета - Оксана Робски

— Мог бы мне сказать! — возмутился Млей.

Я прыгал к нему спиной.

— Где Ха? — спросил Млей.

— Дублёнки тут! — заорал я какой-то парочке,размахивая руками.

— Ладно… — протянул Млей. — Ты забрал машину?

Я упорно прыгал

— Думал, я приду выпрашивать её у тебя? —продолжал злиться Млей.

— А где метро? — спросил мужчина в клетчатомпальто.

— И не подумаю! Я себе новую куплю! У меня-то деньгиесть!

— Дублёнки тут! — заорал я, чтобы не начать оратьна Млея.

— А где метро-то? — снова спросил мужчина.

Пошёл снег. Снежинки скапливались на голове Млея и, не тая,образовывали снежную шайку.

Я прыгал, и поэтому с моей головы их сносило, и они падалина асфальт.

Мужчина в клетчатом пальто махнул рукой и пошёл дальше поЛенинградскому проспекту.

Я так увлечённо прыгал, что не видел, когда уехал Млей.

Ха не появлялся до самого вечера.

— Дублёнки тут! — твердил я без энтузиазма редкимпрохожим.

— Для первого раза неплохо, — похвалил меня Ха,когда наконец неспешно ко мне подошёл. — Ты чего потом делаешь? Может, впиццу зайдём?

— Нет, у меня свидание, — устало сказал я.

У меня не было никаких сил шевелить руками, разговаривая сКариной. Но в этот день она была в настроении поболтать.

Я смотрел на неё, устроившись в подушках на диване. Онарассказывала мне про какие-то новые книги и фильмы. И про то, что хочеткошечку.

— Ты любишь кошечек? Я тебя уже три раза об этомспрашиваю! — Карина немного рассердилась.

Я спохватился.

— Конечно! — Я поднёс руку к сердцу. — Яобожаю кошечек!

Часа через два я решил, что можно уходить.

— Спокойной ночи, — сказал я ей руками.

— Почему ты уходишь так рано? — расстроилась она.

— Был тяжёлый день на работе, — объяснил я ипокосился на её водителя. Он недовольно рассматривал меня. — Яприду, — пообещал я напоследок

— Приходи. Я возьму для тебя этот фильм! Хочешь? —спросила она.

— Конечно! Мне будет очень интересно его посмотреть.

— Тебе взять американскую версию илиевропейскую? — уточнила Карина.

— И ту, и ту, — сказал я, потому что прослушал, очём идёт речь.

Я поцеловал её в щёку, при этом она закрыла глаза, а потомводитель проводил меня до выхода.

Карина редко выходила из дома. Я считаю, это просто чудо,что мы с ней встретились тогда в магазине.

Когда я пришёл подменить Ха на Ленинградке, Млей был ужетам.

Ха высоко прыгал, пытаясь согреться, а Млей приставал кпрохожим:

— Зайдите в магазин, вам понравится! Я поздоровался сХа.

— Давай ты будешь раздавать флаерсы! — предложилмне Млей.

Не обращая на него никакого внимания, я забрал щит у Ха.

— Ты что, со мной не разговариваешь? — спросилМлей.

— Я хотел, — сухо ответил я. — И довольнодолго. А теперь мне это неинтересно.

— Вот как? — разозлился Млей.

Я пожал плечами.

Млей обиженно отвернулся.

— Пойдём, Ха, — сказал он. — А то мне надоещё в «БорисХоф» заехать — машину купить. Какую-нибудь получше. Что это мы стобой на такси ездим, будто у нас денег нет!

Ха, подпрыгивая, побежал догонять Млея. Млей попросилостановить такси у цветочного киоска.

С некоторых пор он полюбил цветы. Он покушал их огромнымиохапками и привозил в гостиницу.

— Опять цветы? — недовольно поморщился Ха.

— Я быстро, — пообещал Млей и купил все белыерозы, которые были у продавщицы. Шестьсот двадцать девять штук.

Ха сидел на заднем сиденье весь в цветах и боялсяпошевелиться, потому что шипы вонзались в него со всех сторон.

— И воняют! — пробурчал Ха.

— Пахнут! — возразил Млей.

— И колются! — жаловался Ха.

— Потерпи, сейчас уже приедем.

— Твой друг Тонисий не ездит в Шереметьево! —вдруг вспомнил Ха — Зачем я только пустил его?!

— Ты можешь переехать ко мне! — неожиданнопредложил Млей, и ему самому эта идея очень понравилась.

— К тебе? — Ха покосился на цветы.

— Ну да! — радовался Млей. — И тогда тыможешь бросить свою работу!

— Ну, не знаю… — вздохнул Ха.

— Подумай! — уговаривал Млей.

— Правда, воняют, — неожиданно сказал таксист.

Млей отвернулся к своему окну и замолчал.

— Я подумаю, — пообещал Ха.

Млей кивнул.

— Ты же понимаешь, что это непростое решение,Млей! — Ха понял, что Млей обижается.

Таксист остановил машину у офиса Млея.

— Взять и сразу отказаться от всего, что есть в жизни, —рассуждал Ха — От всего, к чему я привык. И что я люблю…

— Я понимаю, — ласково проговорил Млей, отсчитываятаксисту двести рублей. — Но я не тороплю тебя. Подумай.

— Подумаю. Обещаю, — сказал Ха.

Он вытаскивал цветы из багажника, с заднего сиденья, ипереносил их в офис. У секретарши уже были наготове вёдра.

Последним из машины, с розочкой в руке, вышел Ха.

— Ты недолго? — спросил он Млея.

— Нет-нет! Максимум час.

Ха попросил секретаршу принести чаю, а Млей заказал пиццудиабло.

— И мы поедем в «БорисХоф»? — уточнил Ха.

Млей кивнул, загружая компьютер.

Капсул оставалось совсем чуть-чуть. Они с Натальей Петровнойприняли решение поднять цену. Млей обещал ей, что добудет ещё, просто вопросвремени.

Позвонила Жанна, но Млей не взял трубку. Последнее время,из-за кризиса в стране, у её мужа были огромные проблемы на работе. Емупришлось заморозить все проекты, которые нуждались в финансировании. Банкиотказывались платить деньги.

Жанна боялась, что через несколько месяцев они могутразориться.

Жанна, видимо, решила, что Млей не в офисе и перезвонила емуна мобильный.

Млей не ответил.

Компьютерная программа загрузилась. Они могут обслужить ещёвосемнадцать клиентов. И всё.

«Побольше морковки, — подумал Млеи. — Пусть едятодну морковку, может, похудеют и без моих капсул?»