Рискованная игра - Николай Чергинец

— Ну и хитер ты, Васильевич, — покорно вздохнул генерал Константинов, — ладно, уговорил! Наливай!

Инициатор встречи одобрительно потер ладони.

— Вот это по‑нашему, Витя, — воскликнул Беспалов, — по‑боевому!

Беспалов разлил по рюмкам коньячок из красивого графинчика и, подняв свою рюмку, провозгласил:

— За наши ведомства, на которых все держится!

Коллега был не против и, чокнувшись рюмками, мужчины выпили.

— Ты закусывай, Алексеевич, — взяв ломтик лимона, предложил Беспалов. — Думаю, что ты, как и я, с утра, кроме голого чая или чашечки кофе, ничего во рту не держал.

Виктор Алексеевич подтвердил предположение собеседника легким кивком и вздохнул.

— Это ты попал в десятку, — произнес генерал‑майор и, сняв с тарелки салфетку, положил ее на колени.

— А тут нечего попадать, — сказал генерал-полковник, — уверен, что у тебя, как и у меня, работы по горло! Тут не то что поесть, с семьей днями не видишься: приходишь за полночь и уходишь ни свет ни заря, а бывает, и на работе заночуешь!

— Это уж точно, — подтвердил слова коллеги Виктор Алексеевич.

На мгновение собеседники взяли паузу, пережевывая пищу. Неожиданно в кафе раздался радостный возглас, и молодежь повернулась ко входу, где появился среднего роста коренастый мужчина с одутловатым круглым лицом.

— Степанцов! — воскликнули парни.

— Вадим! — взвизгнула в восторге молоденькая девица в красном берете.

Светловолосый мужчина, закутанный в длинный шарф поверх джинсовой куртки, победоносно, словно Юлий Цезарь, вскинул вверх руку и направился к молодым литераторам.

— Привет собратьям литературного цеха! — воскликнул он.

Творческая компания засуетилась, кое‑кто из молодежи встал, предлагая сесть знаменитому московскому поэту и барду, другие побежали заказывать очередную порцию горячительных напитков и кофе.

Виктор Алексеевич с интересом посмотрел на появившегося мужчину, который нарушил тишину.

— Явление Христа народу, — скептически усмехнулся генерал Константинов. — Встречают, как Наполеона!

Генерал‑полковник, бросив беглый взгляд в сторону шумной компании, многозначительно покачал головой.

— Наполеон не Наполеон, — сказал Иван Васильевич, — а магистр что ни на есть самый настоящий!

Константинов недоуменно посмотрел на всезнающего собеседника, который спокойно поглощал заливной язык.

— Какой магистр? — поинтересовался Виктор Алексеевич.

— Магистр куртуазных маньеристов, — самодовольно ответил генерал ФСБ, — или что‑то в этом роде.

Константинов растерянно переспросил:

— Каких маньяков?

Иван Васильевич громко рассмеялся и, сделав глоток сока, просветил своего собеседника.

— Не маньяков, — пояснил сухопарый мужчина, — а маньеристов! Ну, это что‑то связанное с литературным течением, как футуризм, символизм и разная там дребедень поэтическая…

Генерал‑майор Константинов смущенно опустил глаза, озадаченно крякнул и почесал пальцем кончик носа.

— Ишь ты… — хмыкнул он, — чего только не придумают! И откуда ты это все знаешь, Васильевич? Ты вроде бы с поэзией не в ладу!

— Работа такая… — вздохнул Беспалов и, взяв графин, плеснул коньяк в рюмки. — Он у них вроде бы за генерала!

Генерал‑майор снисходительно улыбнулся.

— Ты смотри, наш коллега! — воскликнул Виктор Алексеевич.

Беспалов недовольно мотнул головой.

— Да ну их всех в задницу, Витя! — честно признался генерал‑полковник. — Не о стране думают, а о своей славе! По мне, что одни горлопаны, что другие… Я бы им каждому по метле и лопате дал, и пусть бы делом занимались, а не строили из себя Достоевских и Пушкиных!

Виктор Алексеевич, по‑видимому, был иного мнения. Он не поддержал своего собеседника, а даже попытался возразить.

— Суров ты, Ваня. Двадцать первый век на дворе, а у тебя ностальгия по старым временам. Искусство и литература — двигатель прогресса и отдушина в этой суетливой жизни!

— Это смотря какая литература и какое искусство… — проворчал генерал — полковник, но не стал развивать свою теорию. — Мы тут по другому поводу, Алексеевич! В отличие от этих лоботрясов, — вздохнул он, — нам нужно пахать, а не сотрясать воздух и махать руками.

Константинов одобрительно кивнул головой, заждавшись, когда же хозяин наконец‑то перейдет к делу, ради которого он назначил встречу.

— Вот в этом я с тобой согласен, Ваня! — одобрительно произнес Константинов. — Ближе к телу, как говаривал Мопассан!

Генерал‑полковник примирительно вскинул руки, давая понять коллеге, что прелюдия к основному разговору закончена.

— Ты прав, Алексеевич, — твердым голосом произнес Беспалов и поднял рюмку с коньяком, — пофилософствовали, пора и честь знать. Давай еще по одной шлепнем и перейдем к фактам!

Генерал Константинов отрицательно покачал головой и твердо сказал:

— Благодарю, Васильевич, но с меня уже достаточно: я, как‑никак, только с больничной койки. Лучше я закурю.

Иван Васильевич посмотрел на коллегу и, многозначительно и осуждающе усмехнувшись, равнодушно пожал широкими плечами.

— Слышал, слышал, Алексеевич, — угрюмо произнес хозяин застолья, — одно лечим — другое калечим? Ну, как знаешь… хозяин — барин! А мое истосковавшееся тело и душа требуют не табачной, а спиртовой дезинфекции.

Беспалов опрокинул рюмку коньяку, а Константинов закурил папиросу, и через минуту оба уже были готовы к деловому разговору. Мужские лица стали серьезными, а глаза внимательными и заинтересованными. Генерал Беспалов не стал играть в кошки-мышки, а сразу откровенно заявил своему собеседнику:

— Виктор Алексеевич, нам известно, что из исследовательского института произошла утечка секретной информации, связанной с новой технологией ядерных ракет средней дальности. Этим проектом занимаются два института — Новосибирский филиал и в Москве. По нашим данным, сибиряки только еще на подходе к решению поставленных задач, а москвичи воплотили их в жизнь. Следовательно, утечка военных технологий могла произойти только из московского научного бюро.

Константинов понимающе закачал головой.

— Да, — серьезным тоном произнес собеседник, — я того же мнения.

Беспалов пристально и даже вызывающе посмотрел в глаза своего визави.

— Не буду кривить душой и откровенно скажу, — признался Иван Васильевич, — мы занимаемся вплотную этой проблемой. Думаю, Алексеевич, и твое ведомство не осталось в стороне. Поэтому предлагаю на время забыть о наших разногласиях по остальным вопросам, а совместно решить проблему и обезвредить людей, которые могут нанести непоправимый ущерб нашей стране как в экономическом, так и в военном и политическом плане.