Неродная кровь - Марина Серова

– Галина Васильевна, во время беременности вы работали в магазине «Хозтовары», где о вас заботился Кузьмичев. Как вы думаете, мог ли кто-нибудь из ваших коллег догадаться о том, чьего ребенка вы носите?

– Татьяна Александровна, кто вы по профессии? – неожиданно спросила Антонова.

– Частный детектив, – ответила я, – а чего скрывать? Она, если захочет, сама узнает.

– Хорошая у вас голова, вы мне нравитесь, – сказала она, а потом перевела взгляд на Геворкяна: – Самвел, нам нужно поговорить с глазу на глаз.

Несмотря на то, что результат этого разговора был нужнее нам, чем ей, его издерганные нервы не выдержали – какая-то женщина позволяет себе им командовать!

– Этим людям я полностью доверяю! – отчеканил Сергей.

– А я – нет! – ровным голосом заявила она. – Потом, если тебе это будет нужно, ты расскажешь им то, что ты, – подчеркнула она, – сочтешь нужным. Но не я. А ты можешь хоть объявление в газету давать!

– Мы поговорим здесь! Все вместе! – с нажимом сказал он.

– Значит, не поговорим, – спокойно ответила она, встала и потянулась за полушубком.

– Нет, поговорим! – Сергей вскочил со стула и направился к ней, но она и бровью не повела, зато каждое ее слово звучало, как пощечина:

– Возьми! Себя! В руки! Не позорь! Отца! А теперь быстро оделся и за мной на улицу! Вечно тебя из всякого дерьма вытаскивать приходится!

– Какого еще дерьма?! – взвился Геворкян.

– Да ты что? – притворно удивилась она. – Ты Потапова забыл? И чем он занимался, тоже? Думаешь, он просто так в больницу попал, а потом дальней дорогой тебя обходил? А Гвоздев? Он тебе по доброте душевной вернул все деньги, что ты ему проиграл? Не будем уточнять, сколько их было и чьи. Мало этого, он же тебе потом сказал, что руки с корнем вырвет, если ты еще раз у них карты возьмешь. Неужели ты думаешь, что я хоть на секунду выпускала своего сына из виду?

Сергей стоял, опустив голову, и весь его гнев мигом куда-то улетучился.

– Подождите, но мы же с ним в одном институте учились, – удивился Иван.

– Да, только ты на два курса моложе. И он знал, что если опять куролесить начнет, то получит от тебя по своей тощей заднице, – выразительно выговорила Галина. – Как всегда получал за свои художества в школе. А вот пока ты в армии был, этот раздолбай отрывался на полную катушку.

– Какая насыщенная жизнь, оказывается, бывает у студентов! А я и не знал! Интересно будет послушать, если уж сам в ней не участвовал. Для расширения кругозора, – язвительно и очень многозначительно произнес Иван.

– Ваня, это было давно. Я был молодой и глупый, – начал оправдываться Сергей.

– Дома поговорим, – отрезал Иван.

– Мне тебя долго ждать? – цыкнула на Самвела Галина.

Тот покорно надел куртку, подошел к ней с видом побитой собаки и подал ей полушубок.

Они вышли, а мы, естественно, рванули вслед за ними, одеваясь на ходу.

На улице мы увидели, что Сергей с матерью отходили подальше от столпившихся вокруг «Хаммера» мужчин. Все они были в форме и только один, габаритами не уступавший Ивану, был в гражданском. Судя по доносившимся до нас обрывкам разговора, речь шла о достоинствах и недостатках этого автомобиля.

Присмотревшись к мужчине, я его узнала, хотя видела только один раз. Он явно приехал с Галиной и, видимо, был ее мужем Эдиком. И если так, то за его спиной Галина могла позволить себе на Силикатном все что угодно.

Но об этом можно было подумать и потом, а пока я перевела взгляд на Геворкяна и Антонову, пытаясь понять, о чем идет речь. А разговор между ними был явно непростой, во всяком случае, Сергей яростно жестикулировал руками, а потом громко воскликнул:

– Неправда! Этого не может быть!

Видя, что их шеф чем-то недоволен, двое его охранников подошли к ним и, наверное, спросили, не нужна ли ему помощь.

Геворкян просто отмахнулся от них, а вот Галина сказала:

– Кыш, дармоеды бесполезные!

Когда я это услышала, меня словно током ударило, у меня даже колени подкосились, потому что я вспомнила, от кого и где я слышала выражение «гопота беспортошная».

– Что с вами? – спросил Иван, подхватывая меня, чтобы не дать упасть.

– Все потом, – онемевшими губами ответила я.

И вдруг, оставив Антонову, Сергей направился к нам и, протянув ко мне руку, сказал:

– Наберите Надежду и дайте мне телефон.

У него был такой ошеломленный вид, что я даже не обиделась и сделала то, что он просил. С моим телефоном в руках он вернулся к Галине.

Я не слышала, о чем он говорил с Надей, но потом трубку у него взяла Антонова, отошла с ней в сторону, сказала в нее несколько слов и, вернувшись к Сергею, отдала ему телефон. А вот он, выслушав Надежду, стал выглядеть так, словно готов был упасть в обморок. Наверное, Галина опять на него прикрикнула, потому что он взял себя в руки, и они продолжили разговаривать.

Пошел довольно густой снег, и тут, к моему изумлению, Сергей вдруг поднял капюшон полушубка матери и надел его ей на голову, чтобы снежинки не падали на волосы. Но вот они закончили разговаривать, и Геворкян вдруг наклонился к Галине, а она, поцеловав его в щеку, повернулась и направилась к «Хаммеру». Мужчина в штатском тут же обогнул машину, открыл переднюю пассажирскую дверь и помог ей сесть, а потом сам занял место водителя, и автомобиль уехал.

Мы с Иваном подошли к Сергею, который выглядел так, что краше в гроб кладут.

– Куда едем? – спросил Иван.

– К Татьяне, – обессиленно ответил Сергей, протягивая мне мой телефон. – Тут такое, что голова кругом.