Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

Может, снять бейсболку, козырек которой прикрывает пол-лица,а заодно и большие темные очки? Пока я раздумывала, с тротуара сошла потнаятолстуха со связкой фирменных пакетов в руках. Мигом около бегемотихипритормозила иномарка, и еще одна встала сзади. Второй шофер надеялся, чтопервому не повезет и выгодная клиентка достанется ему. Нет, все-таки умосковских таксистов есть некие восточные черты, ну почему они полагают, чтоесли личность весит более ста килограммов, то она богата и сановита. Ведьбывают и стройные обеспеченные люди. И потом, водители явно клюнули на охапкукульков, украшенных всемирно известными логотипами, а я бы как раз не сталасвязываться с такой клиенткой, вдруг она истратила все денежки до копеечки?

Сопя от напряжения, «бомбовоз» запихнул покупки на заднеесиденье, а потом, кряхтя, устроился спереди. Иномарка резко стартовала, втораятоже взревела мотором, я бросилась вперед.

— Подвезите меня, деньги есть!

Шофер, парень одних лет с Аркашкой, лениво сказал:

— Покажи.

Увидев купюры, он повеселел:

— Садись, куда катить?

Узнав, что путь лежит в Подмосковье, водитель решительнозаявил:

— Плати в оба конца, полторы тысячи.

— Ну ты и нахал! — воскликнула я. — Думаешь, не знаю,сколько дорога стоит?

— Деточка, — процедил юноша, — не спорь с дядей илиуматывай.

Я сняла сначала бейсболку, потом очки.

— Bay! — воскликнул дурачок. — Да вы старая!

— Надеюсь, осознав сей печальный для меня факт, вы назоветеприемлемую цену, — ухмыльнулась я.

— Договоримся, — вздохнул парень.

— Только сначала в зоомагазин на Ленинградском проспекте, —велела я.

* * *

Я очень люблю этот магазин. Там всегда есть все.

Домик для грызунов мне подобрали мгновенно, а еще к нему впридачу поилку, кормушку, замок-мостик и кучу всяких прибамбасов, которые, помнению изготовителей, должны сделать жизнь грызунов счастливой.

Обзаведясь «хатой», я переместилась в отдел кормов и изучилапредлагаемый ассортимент.

— Хотите еду или лакомство? — спросила продавщица.

— Давайте все, — попросила я и в результате получила трипакета, набитых коробочками, тубами и кульками. Среди привычных лакомств быликреветочные чипсы.

— Вы уверены, что мыши употребляют морепродукты? — осторожноосведомилась я.

По логике вещей, грызуны должны с недоверием смотреть наобитателей водной стихии. Мыши плавать не умеют, где бы им познакомиться скреветками?

— Они их обожают! — всплеснула руками девушка. — Весь мирдавно кормит своих любимцев каракатицами, осьминогами и кальмарами,сформировалось новое поколение, не мыслящее себя без морепродуктов!

— Ну мои-то выходцы из простого народа, — вздохнула я. —Благородных кровей лабораторных животных не имеют. Им бы чего попроще!

— Корзиночки из печенья с орехами, миндальные палочки,прянички с изюмом, кексы с отрубями, конфеты с лецитином — непритязательная, ноочень вкусная и полезная еда, — сообщила продавщица, — витаминки не забудьте.Можно по отдельности: для зубов, шерсти, глаз, ушей, но лучше взятьмультитаблетки, отличный состав, сбалансированное сочетание микроэлементов.

Да уж, хорошо быть мышью в богатом доме!

Еле дотащив покупки до машины, я плюхнулась на сиденье ивытерла пот со лба.

— Теперь куда? — спросил водитель.

Я откинулась на спинку.

— Вперед по шоссе, покажу дорогу.

…"Пежо" поджидал свою хозяйку в целости исохранности. Парень, карауливший машину, робко сказал:

— Я ее помыл, вы, конечно, не просили, но мне чего-то жалкостало, стоит грязная.

Я вынула деньги, расплатилась со сторожем и спросила:

— Любишь машины?

— Ага, — ответил парень.

— Иди на водителя учиться.

— Кто ж меня возьмет? — вздохнул юноша. — Вступительныеэкзамены сдавать надо! Аттестат потребуют, а его нет.

— Кто тебе такие глупости сказал — про экзамены? — удивиласья. — Просто приходишь в автошколу…

— Там деньги платить надо, а где их взять?

— Родители дать не могут?

Юноша хрипло рассмеялся.

— Отца я не знаю, мать лишили родительских прав.

— Один живешь?

— Да, в магазине.

— Где? — удивилась я.

Парень ткнул пальцем в сторону палаток, маячивших наплощади.

— Во, хозяин туда пускает ночевать, днем на улице кантуюсь,продавцам помогаю, ящики таскаю, мостовую мету. Меня за это кормят.

Он замолчал, затем неожиданно добавил:

— Вчера кокосовый орех попробовал, не понравилось, может,обезьянам и по вкусу, но я лучше картошечки с маслом пожую.

Мне стало жаль беднягу.

— А зимой как?

— Да так же, холодно только.

— Не может быть, чтобы у человека не было жилья, — сказалая.

Юноша окинул меня оценивающим взглядом.

— Вы богатая, — резюмировал он, — жизни не знаете, таких,как я, полно. Девкам еще везет, могут мужа найти или любовника, а парням кудаподаться, если до пятнадцати лет дорос никому не нужный. У матери квартираесть, большая, в Москве, но она меня знать не желает, приехал зимой, попросилсяХриста ради декабрь пересидеть, очень уж люто на улице было. Не пустила!

— Родного сына?

— Не узнала меня, пьяная была, но я не обижаюсь, вот натетку зло затаил. Она тут, в Грызове живет, в большой избе. Я к ней подался,давай клянчить:

"Тетя Таня, в дом уж не прошусь, в сарае оставь, все теплее,чем на вокзале. Палатки-то на зиму снимают.

Где мне погреться?"

Нет, не пустила, взашей вытолкала, наорала:

"Много вас всяких ходит, каждый племянником назватьсяноровит, не прокормить всех оборвышей.