Маскарад - Ксения Комал

— Не дрейфь, — веселилась она. — В крайнем случае они оставят снимки для внутреннего пользования.

Из-за ширмы донеслись мрачные ругательства, адресованные как дражайшей подруге, так и Быстрову, который додумался до такого откровенного издевательства.

Отсмеявшись, Ульяна серьёзно сказала:

— Давай выходи, это уж точно не сложнее, чем от трупов избавляться.

При упоминании первых постояльцев, которых постигла весьма незавидная участь, Даша немного взбодрилась. Ведь самое противное и правда осталось позади. Тогда она вела себя вполне решительно, так неужели какая-то досадная мелочь способна встать на пути расследования? Девушка переоделась, влезла в босоножки на огромной шпильке и, с трудом перебирая ногами, отправилась к стилисту.

Присутствующие мужчины наблюдали за ней с нескрываемым интересом, и даже Быстров, повидавший на своём веку красавиц, на время отвлёкся от телефона. Даша очень надеялась, что пристальные взгляды вызывает её неуклюжесть, а вовсе не идеальная фигура, которая всегда была предметом зависти Ульяны. Подруга говорила, что с такими формами можно никогда никем не работать, и порой выслушивать её комплименты было приятно. Но сейчас, невольно привлекая внимание окружающих, хозяйка усадьбы была бы счастлива оказаться в родной гостинице, где на неё никто не смотрит и не оценивает.

Фотосессия началась с некоторого провала: зацепившись каблуком за пол, девушка растянулась посреди павильона, вызвав покровительственные усмешки и пару совсем уж восхищённых взоров. Кое-как собравшись с духом, она встала перед камерой и принялась следовать инструкциям. Притворяться той, кем она не является, хозяйке усадьбы совсем не нравилось, но ради общего дела приходилось терпеть. Ульяна между тем завела ничего не значивший разговор с Быстровым, рассчитывая вытянуть из него контакты Екатерины.

Через час фотограф предложил передохнуть и отправился курить, а Даша подошла к его ассистенту — молодому парню с косой чёлкой и щенячьим взглядом.

— Давно здесь работаешь? — спросила она, надеясь отвлечься от унижения и заодно наконец выполнить возложенную на неё миссию.

— Пару лет.

— А Катя Сорокина часто снимается?

— Несколько раз в месяц. Хотя нет, сейчас реже. Вроде роман у неё, потихоньку заканчивает с карьерой.

— Номер есть?

Парень извлёк из кармана драных джинсов телефон и принялся азартно в нём ковыряться. Даша уже решила, что последний вопрос юноша не расслышал, но через какое-то время, в течение которого он, видимо, успел переброситься сообщениями с парой знакомых, нужные контакты ей всё же предоставили. Зачем, собственно, Катя ей понадобилась, ассистент фотографа не интересовался, и девушка подумала, что шоу-бизнес — не такая уж плохая штука.

Когда её мучитель вернулся, хозяйка усадьбы пребывала в приподнятом настроении, а потому начала стараться. Не то чтобы съёмка особенно её увлекла, но делать любую работу плохо она не умела и к тому же, успокоившись, даже стала получать удовольствие.

Процесс пошёл веселее, но завершился всё равно только к вечеру. Быстров покинул павильон задолго до конца. Ульяна, расположившись на полу, дремала в полусидячем положении, остальные тоже порядком притомились, а Даша и вовсе валилась с каблуков, на которые теперь не могла смотреть без ненависти. Переодевшись, она толкнула подругу в бок, собрала их скудные пожитки и, пока Ульяна просыпалась, двинулась к выходу.

На улице было скользко и ветрено. Лицо мигом защипало от мороза, холод мгновенно просочился под одежду, и хозяйка усадьбы пожалела, что по настоянию подруги нацепила платье — ватные штаны сейчас оказались бы куда более кстати. Ульяна тоже была от погоды не в восторге, и девушки поспешили к автобусной остановке. Однако это не спасло: транспорт всё не появлялся, а ветер усиливался.

— Не надо было отдавать машину, — проклацала зубами подруга. — Сейчас бы ехали как люди.

— Только я — с нечистой совестью.

— Нечистая совесть лучше, чем цистит. Куда ты надела такое короткое платье?

Даша воззрилась на неё с искренним возмущением, и желание шутить резко отпало.

— Ну чего ты? Я просто пытаюсь…

— Вас подбросить?

Подруги с недоверием уставились на приличной стоимости иномарку, красиво затормозившую перед ними.

— Даже не думай, — одними губами прошептала Даша. — Лучше цистит, чем такие приключения.

— А я предпочитаю приключения. — Ульяна радостно улыбнулась и полезла на переднее сиденье.

Хозяйка усадьбы застыла с открытым ртом, не в силах предположить, что заставило подругу с такой лёгкостью отказаться от собственной жизни, свободы и здоровья. Бросать её в беде не хотелось, но делить трагедию на двоих — тем более. Пока девушка решала, как быть, задняя дверца приоткрылась, гостеприимно приглашая её внутрь.

— Да садись ты уже, — с ноткой недовольства крикнула Ульяна. — Здесь все свои.

Немного подивившись её умению сходиться с людьми, Даша потянула дверь на себя, ожидая увидеть за рулём бандитоподобную рожу, но вместо этого в полутьме салона различила физиономию Лаврентия.

— А ты что тут делаешь? — изумилась она.

— Мимо проезжаю. Ничего тачка, да?

— Купил?

— У друга позаимствовал.

Всю дорогу до усадьбы он в красках описывал достоинства автомобиля, а Даша смотрела в окно и думала о приближавшемся празднике. Встречать его без родных, конечно, противно, но они поймут, уже который год понимают, и с этим можно смириться, а вот терпеть нынешнюю не самую удачную компанию…

Взять того же Лаврентия — где он раздобыл машину, если приехал совсем недавно? Теоретически у него могут быть в городе друзья, но тогда почему он не остановился у них или где-нибудь рядом? Ведёт себя чересчур уверенно, разбирается в криминальных делах, хотя и отрицает это, к трупу в пруду отнёсся вполне спокойно — будто там какое-то животное выловили, а не молодую красивую женщину. Плюс его реакция, физическая форма, любопытные навыки…

Никита — тоже тот ещё фрукт. Одного липового паспорта более чем достаточно, но ведь он к тому же ходит за ней по пятам, пытается демонстрировать свою поддержку, защиту. Лучше б за женой так ходил, если она вообще существует. И полиция им интересуется — это явно неспроста.

Ульяна же воспринимает всё словно игру, в которой непременно будет победительницей. Она готова рисковать, причём не только собой, и относится к постояльцам с откровенным интересом — будто кошка к загнанным в угол птичкам. Пернатые ещё могут взлететь, отделавшись лёгким испугом, но сбега́ть отчего-то не торопятся, предпочитая на месте выяснить, кто из них сильнее, ловчее и выносливее. Изначально Даша авантюрный настрой подруги вполне разделяла, но с появлением киллера всё больше склонялась к тому, что с развлечениями пора завязывать. Если бы только не суровая необходимость…

Девушка с тоской глядела на сиявший праздничными огнями город и размышляла о том, что видимо, является единственным человеком, которому совсем не интересны все эти игры. Она предпочла бы тихое спокойное времяпрепровождение с настоящими друзьями, уютную