Киллера заказывали? - Борис Бабкин

– Да понятное дело, нет. Все сейчас головы ломают, откуда этот стрелок появился и чего хочет. Повару позвонил… и Повар труп. Илье тоже звонит, об этом Розка говорила, но не Илья снял трубку, а Рыжик, и обоих уложили. А на совете позвонили Вениамину. Тот весь из себя, пальцы веером, сообщил, что ему по телефону передали, подошел к окну: мол, хрен я на все забил. И пуля в лобешник. Сейчас все в панике. Ведь никто не думал, что Веньку так легко сделают. Только позвонили, и нате вам пилюлю от кашля! – хохотнул парень.

– Вот это да! Выходит, Степанов просто воспользовался ситуацией. Я была уверена, что это он заказал Илью. А он мне даже сумму называл.

– Миха тот еще фрукт!

– Послушай, Валет, а не думают, что я виновата в смерти Ильи?

– Был такой разговор. Но после убийства Повара сразу прекратился. А разница всего в двадцать две минуты. Так по крайней мере менты говорят.

– И кто бы это мог быть? Я имею в виду убийцу. Очень странные звонки…

– А вам, значит, Миха преподнес труп Ильи как свой заказ? – Валет усмехнулся.

– Вот именно, – вздохнула Елизавета, – сволочь. Ну спасибо, что сказал. А то ведь я была уверена, что Илью убили по Мишкиному заказу. Но теперь я с ним разберусь сама, – зловеще пообещала она.

– Может, помочь, Елизавета Юрьевна? – спросил Валет.

– Не надо. Я сама сумею его на место поставить.

– Не думаю. Все-таки Миха не тот пассажир, кого запросто можно опустить вниз. У него…

– Увидишь, – улыбаясь, перебила Елизавета.

– Да все о’кей, – кивнул Степанов с усмешкой. – Преподнес кто-то мне подарочек. Опередили меня ненамного. Через пару дней Илью все равно бы кончили. Но кто ухлопал его и Повара? И Веньку уложил? Крутой стрелок, вот бы выйти на него. Да никто не знает, кто это такой. У меня, правда, имеется одна мысль, но надо ее проверить. Иначе получу звонок, и тогда уж никуда не деться. Он здорово на Венькиной самонадеянности сыграл. Как будто знал его сверхуверенность в собственной непобедимости.

– А если действительно знал? – спросил сидевший с бокалом пива Саид. – Я, кстати, об этом тоже подумал. Странно все получается – ты собираешься ухлопать Буркина, его кладут. Все на Веньку давно ножи точат – его делают. Повар всем поперек горла был, уж больно строил из себя и лез во все щели, хотя был никто и звать никак, и его тоже стреляют. А на самонадеянности Венькиной как точно сыграли – выходит, знали про него все.

– Что тебе Капрал сказал? – спросил Степанов.

– Да обещал узнать у тех, кто этим давно занимается, и у тех, кто из спецназа или ВДВ в стройные ряды киллеров только что пришел. И если где-то подобное было, тоже выяснить, кто и что.

– Правильно. Но ментов после выстрела вызывать – это вообще сверхнаглость. Во мочит капканы мужик!

– А с хозяином квартиры, из которой стреляли в Буркина, твои говорили? – спросил Саид.

– Говорили. Они клянутся и божатся, что ключей никому не давали и понятия не имеют, кто бы мог зайти к ним. Там сигналка и все такое прочее. Бабульку, правда, надо бы прижать. Скорее всего она помогла этому стрелку. Кстати, менты специально в Турцию летали, чтоб с хозяевами поговорить. И те им то же, что и нашим, сказали. Сейчас они уже дома. Испортили им отпуск. Милиция вроде как даже давить на них хотела, но хозяева не работники банно-прачечного комбината – облизнулась милиция. А вот бабуську стоит потрясти.

– Не выйдет. В больнице бабулька. У нее сердечко прихватило после беседы с ментами. Они серьезно на нее наехали, вот и стукнуло ее.

– Надо все-таки с ней потолковать. Никто, кроме нее, не мог впустить в квартиру этого стрелка. Менты, видно, поняли это. А бабуська и приболела с ходу. Понтуется, наверное?

– Нет, – возразил Саид. – Врачи констатировали инфаркт. Точнее, предынфарктное состояние.

– И все-таки надо ее навестить.

– Лады. Я скажу…

– Сам поедешь, – остановил его Степанов.

– Нет, светиться не хочу. За ней наверняка менты присматривают, поэтому нарваться на неприятности можно запросто.

– Тоже верно, – неохотно согласился Степанов. – Но как только она поправится, с ней надо сразу поговорить.

– Я не виновата ни в чем, – простонала лежащая под капельницей пожилая женщина с изможденным лицом. – И никому ничего…

– Послушайте, Серафима Антоновна, – неприязненно проговорил стоящий у кровати полноватый мужчина в наброшенном на плечи белом халате. – Вы же знаете, что к нам войти невозможно, если не знать код и не снять квартиру с сигнализации. Допустим, уходя, вы забыли включить сигнализацию, но дверь, надеюсь, закрыть не забыли? Сколько вам заплатили?

– Лев Яковлевич, – заплакала больная, – ей-богу, я…

– Значит, появился какой-то человек-невидимка, – усмехнулась стоявшая у двери плотная женщина, – который прошел сквозь стену. Убил человека, точнее двоих, и снова вышел. Установлено, что стреляли из нашей квартиры, из окна спальни. И разумеется, подозрение падает на нас. А мы ничего не ведаем и спокойно отдыхаем, когда являются два инспектора МУРа и устраивают нам допрос. Обвиняют нас в пособничестве убийце. Нам нужна правда, Серафима Антоновна. Мы готовы нанять вам хорошего адвоката, но вы должны…

– Я ни в чем не виновата, – всхлипнула Серафима Антоновна. – Ей-богу, не знаю, как в квартиру вошел этот изверг. Не знаю, – повторила она и потеряла сознание.

– Пошли вон! – В палату ворвался врач. – Я же просил не расстраивать ее.

– На нас вешают пособничество убийце! – вспылила женщина. – А вы…

– Убирайтесь, или я вызову охрану!

Супруги вышли.

* * *

– Скорее всего бабульку купили, – сказал майор милиции, – и она дала возможность киллеру войти в квартиру.

– Исключено, – возразил генерал-лейтенант милиции. – Женщину видели в тот день. Никого она не впускала. Здесь, может быть, замешаны хозяева. Но доказательств нет. Что о них известно?

– Их фамилия – Либертовичи, – доложил подполковник, – Лев Яковлевич и Анна Витальевна. Женаты восемь лет. Лев Либертович – владелец казино в Домодедове, в Москве имеет три бара. В связях с криминалом супруги не замечены. Анна Витальевна моложе его на два года. Не работает, имеет два высших образования.

– Проработайте их хорошенько, – приказал генерал, – а к Урюпиной немедленно приставьте охрану.

– Ее надо просто убить, – садясь за руль „мерседеса“, процедил Лев Яковлевич, – и тогда милиция перестанет нас таскать. Нет свидетеля, и к нам у них ничего не будет.

– Да ты что? – возразила жена. – Разве можно так делать? Да и кто ее убьет? – Она вздохнула. – Придется кого-то нанимать, а где гарантия, что потом нас этим не будут шантажировать? Да и сама мысль об убийстве… – Она передернула плечами. – Как ты можешь…