Леди не промах - Марина Серова

– Ах, хозяин… – протянула я, и в этот момент телефон Лехи зазвенел веселой трелью.

– Бери трубку!

– Ал-ло… Да… Что?.. Хорошо… Во сколько?… Думаю, да… Спасибо, пока.

– Она договорилась?

– Да. Он согласился встретиться. Но только сегодня…

– Отлично!

– Нагийская трасса, двадцать восьмой километр, коттедж под номером семь. Он будет ждать тебя в десять часов.

Я мельком глянула на часы – половина девятого.

– Я рада, что все так замечательно сложилось, – пропела я, чувствуя, как настроение у меня поднимается, – а теперь, я думаю, нам пора прощаться.

– Я могу идти? – не поверил в свое счастье Леша.

– Можешь. Только быстро! – фыркнула я, и мужик моментально вымелся в коридор, а через секунду за ним уже захлопнулась входная дверь.

Я спрятала пистолет в сумочку, встала с кресла и подошла к окну. На улице было совершенно темно, только в отсветах фонаря кружились успевшие надоесть снежинки, а по асфальту мела ледяная поземка. Больше всего сейчас мне хотелось забраться в кровать, укрыться с головой теплым пледом и никуда, ну, совершенно никуда не выходить из дома. Однако… Однако в моем расследовании появился новый персонаж, который, возможно, даст ответы на все мои вопросы, в том числе на главный: кто убил Павла Брутского? И если я не хочу упустить шанс наконец-то раскрыть это дело, то нужно поторопиться – до Нагийской трассы полчаса пути, а там еще пока найду нужный коттедж…

Я засуетилась, собираясь в дорогу. И, лишь выскочив на улицу, сообразила, что так и не переодела тоненький пуховичок, а на ногах по-прежнему были осенние сапожки.

Всю дорогу лобовое стекло засыпала изморось, а как только я выехала на Нагийское шоссе, то на машину обрушился настоящий снегопад. Хлопья сплошной стеной сыпали с неба, и «дворники» едва успевали их сбивать со стекол. Я проклинала погоду, себя и того господина, который назначил встречу черт знает где! Чтобы совсем не скиснуть, я включила радио, но и это не спасало. От прежнего бодрого настроения не осталось и следа, а когда мне на пути в течение двадцати минут не попалось ни одного встречного авто, то меня и вовсе начала глодать непонятная тоска. Впереди сплошным черным полотном расстилалась дорога, и на много километров вперед глаз не различал ни одного огонька фар… Я окончательно приуныла.

Несколько раз я сверялась по карте и пыталась сообразить, не проскочила ли нужный поворот. Вроде нет… Но тогда почему не видно поселка? «Наверняка я свернула не на ту дорогу», – уже решила я, но неожиданно темное полотно лесополосы расступилось, и впереди замаячили кирпичные домики. Я немного воспряла духом и принялась зорко высматривать дом под номером семь. Таковой обнаружился на самой окраине дороги, после того как «БМВ», прокатив через все тамошние сугробы, наконец-то очутился на другом конце поселка. Трехэтажный коттедж стоял немного на отшибе, обнесенный высоким забором, который со всех сторон обступал очередной островок лесных насаждений.

– Что за глухомань? – проворчала я, присматриваясь к освещенным окнам неприглядного домишки.

Подъехать к самым воротам на машине было совершенно невозможно. Здесь как минимум несколько дней никто не удосуживался расчищать снег. Пришлось выбираться из теплого салона и топать пешком, трясясь от холода и черпая сапогами снег.

Потом я долго топталась у ворот в поисках звонка, пока наконец не заметила, что калитка не заперта. Я толкнула деревянную дверку и заглянула во двор.

– Хозяева! – громко позвала я, проверяя, на месте ли пистолет. Идти вперед было страшновато – вдруг по территории разгуливают собаки? Впрочем, вокруг меня царила абсолютная тишина. Такое чувство, что в доме вообще никого не было, если бы в окнах первого этажа не горел свет, я, пожалуй, так бы и подумала.

Я осторожно зашагала вперед, то и дело проваливаясь в сугробы и чувствуя, как снег, забившийся в сапоги, начинает понемногу подтаивать. Добравшись до крыльца и как следует отряхнувшись, я снова начала стучать в дверь, но результат был тем же – полная тишина. «Ой, неладное здесь что-то…» – пронеслось у меня в голове, но рука уже слегка надавила на дверь, и та послушно отъехала назад. Я заколебалась. Войти? Или… Ноги сами понесли меня вперед. Сначала в просторный холл с кучей пуфиков и напольных цветов, потом в гостиную с уютным камином в углу. Затем я шагнула в смежную комнату, очевидно, служившую чем-то вроде кабинета, по крайней мере обстановка наводила именно на такие мысли: большой письменный стол, книжные полки, большой торшер возле дивана…

Я зажала рот руками, чтобы не закричать, – на диване, раскинув руки, лежал человек. Голова его запрокинулась назад, руки раскинуты в стороны, нога сползла на пол и была как-то неестественно вывернута, на полу же валялись разбитые очки. В том, что передо мной труп, не было никаких сомнений.

Я сделала несколько шагов вперед и заглянула в лицо покойника. Перед глазами у меня все тут же поплыло. Как на карусели, начали носиться письменный стол… книжные полки… торшер… и труп Ильи…

«Это какое-то наваждение! – наконец поняла я. – Я схожу с ума. Такого просто не может быть! Что здесь делает труп «математика»? Еще не так давно он сидел в моей машине, совал мне в руки диск, умоляя передать его Павлу, и смотрел на меня через стекла очков совсем невзрослыми глазами. И вот теперь…»

– … теперь его убили, – уже вслух произнесла я, глядя на длинные темные пятна на шее Ильи. – Его задушили… Кто-то пришел сюда и убил его. Или нет, кто-то принес сюда его труп…

Только сейчас я заметила немного собранный край дорожки в кабинете, скинутую с дивана подушку. Да, его принесли сюда уже мертвым и бросили на диван. Я нагнулась и зачем-то подняла разбитые очки Ильи. У меня был просто какой-то ступор, из которого меня вывел отдаленный вой сирен. «Кто-то вызвал ментов?»

Я отшвырнула очки и кинулась вон из дома. Через гостиную, холл выскочила на улицу. Я падала в сугробы, снова вставала… Не помню как, но я добралась до калитки, распахнула ее и поняла, что добежать до «БМВ» просто не успею. По дороге на полной скорости, мигая сиренами, уже мчался милицейский патруль.

Попалась!

Тяжело дыша, я смотрела на бешено вращающиеся красно-синие мигалки, а потом резко развернулась и побежала обратно к дому, затем обогнула его с торца и помчалась дальше. Едва переводя дыхание, я остановилась у забора. О том, чтобы дотянуться до него самой, не могло идти и речи. Что же делать? Я снова заметалась, пока мне на глаза не попалась куча сухих поленьев – очевидно, для топки камина, – которая была свалена аккурат возле забора. Царапая руки о замерзшую кору, я вскарабкалась на самый верх, подпрыгнула и ухватилась за край ограды. Боясь обернуться назад и увидеть погоню, я лихо перемахнула через высоченный забор и спрыгнула вниз.

Не помню, как долго я бежала вперед, не разбирая дороги, через всю лесополосу, падая в сугробы и в клочья раздирая куртку о сухие сучья. Мне казалось, что этому бегству никогда не будет конца. И к тому моменту, когда наконец лес закончился и впереди раскинулась автострада, я уже с трудом могла дышать и едва чувствовала пальцы от холода.