Американское сало - О. Воля

Грецiя, iспанiя, iталiя – ви побачите все з туристичною фiрмою «Свiт». Постiйним клiєнтам – знижка![34]

– Ю. Тимоченко допрошена Генеральной прокуратурой Украины, – сообщает радио «Эхо России».

Сипитый не смог встретить Галочку на автостанции. Да и по мобильному он не отвечал. Что оставалось? Добираться самой. Адрес стройки Галочка знала. Да и расстояния тут в Бахчисарае не такие большие, как в Киеве.

– Ну, это шефу в дополнительные два дня к отпуску отольется, – сердито хмыкнула Галочка, направляясь к скучавшим неподалеку шоферам, что лениво сидели или лежали в своих стареньких с открытыми для прохлады дверцами «Жигулях».

– До стройки в «Бережках» довезете? – наклонившись и сунув голову в стоявшие первыми «Жигули», спросила Галочка.

– До «Нахаловки»? – переспросил шофер. – Сто гривен будет.

– А почему до «Нахаловки»? – поинтересовалась Галочка, садясь. – Они же раньше «Бережками» назывались.

– Это при Советах там детский пионерлагерь «Бережки» был, – заводя мотор, сказал водитель, – а теперь, после того как там москвичи стройку нового санатория начали, там татары землю по нахалке захватили, да сами свой поселок построили, все его так «Нахаловкой» теперь и называют.

Шофер оказался русским – из бывших военных моряков-черноморцев.

– Я ведь до пенсии мичманом в Севастополе служил, а как на пенсию вышел да как эта катавасия с отделением да самостийностью началась, думал, не выживем с моей Маришкой да детьми, извозом вот занялся, работы-то нет, – крутя баранку, простодушно рассказывал шофер, – да тут москвичи стройку затеяли, я было пошел к ним наниматься, взяли меня завскладом на цементный узел, деньги появились, зажили мы вроде, но тут самозахватчики эти появились, стройка встала, вот я опять там, откуда начал.

За разговором быстро доехали.

– Вот она стройка «Бережки», – сказал шофер, беря стогривенную бумажку, – а тебе, девушка, там кого?

Сипитого в прорабской не оказалось.

Более того, и самой прорабской на месте уже не было.

Один только вагончик пустой, да и тот без окон, без дверей, да пара раскуроченных контейнеров рядом с вагончиком.

Снова набрала номер Сипитого. На этот раз он отозвался.

– Галочка? Приехала? Извини, что не встретил, я потом объясню. Ты пакет от Жени привезла? Вот хорошо! Ты меня там подожди где-нибудь, я через час подъеду, ты меня извини, мне очень надо было отлучиться.

У Галочки был час времени.

Что делать? Может, погулять, местные достопримечательности посмотреть, воздухом свежим подышать? А вот целый карьер недалеко, вода наверняка теплая, можно искупаться!

К карьеру вниз вела крутая тропа. Такая крутая, что на каблуках спускаться было опасно, и Галочка, сняв туфли, пошла босиком. Камни с непривычки больно кололи ступни.

Оглядевшись на всякий случай вокруг, Галочка разделась. На сумку, где лежал пакет, бережно положила снятые и аккуратно сложенные топик и джинсы. Потрогала воду ногой… Ай! Парное молоко! Какое счастье! Это в тысячу раз лучше, чем на Днепровском пляже в Киеве, так что даже спасибо Евгению Васильевичу за эту командировку.

Осторожно, чтобы не пораниться, вылезая из воды, оперлась коленкой на гладкое углубление в скале и тут вздрогнула… Какая-то тень застила солнце. Она поглядела вверх и увидала троих косоглазых незнакомцев в спортивных костюмах. Незнакомцы погано лыбились.

– Ну что, кюрортница-тюристочка? За прыкюлечениями суда к нам париехала? – спросил тот, что был повыше и потолще других.

– Я на стройку к прорабу документы привезла, – прикрывая грудь руками, испуганно ответила Галочка.

– Какая тута ситройка? Какой прараб-мараб? – рассмеялись незнакомцы. – Тут теперь нэт никакой ситройки, тут тепер паселок татарский, Азатлык называется, а по-русски «Свободный».