Одна минута славы - Анна Михалева

К моменту, когда машина затормозила у живописной полянки на берегу Истринского водохранилища, она пришла к выводу, что и тот и другой вполне могли бы убить Ляльку и Ингу. К примеру, если поставить себя на место жертвы — что, она бы не впустила в квартиру Сашку, Игоря или ту же Ларису, если бы те вдруг позвонили ей в дверь? Впустила бы, потому что знает их. Конечно, с Игорем выходило все гораздо сложнее: он вроде бы и ни при чем — со студией «Степ» никак не связан, девушек он мог узнать только через Сашку, впрочем, как и то, что они получили деньги. И все-таки единственный из всей компании, кто подходил на роль убийцы, так это именно Игорь. Весельчак Сашка и красавица Лариса ну просто с завидным упрямством выпадали из амплуа преступников. Алена совсем запуталась.

«Давайте поищем причины, подвигшие убийцу к столь ужасному поступку», — предложила она себе. Но все ее попытки искать мотив преступления в разных направлениях в конце концов привели к одному — деньги. Месть — вряд ли. Любовь, ревность и прочие бытовые неурядицы тоже сами собой отпали. И Лялька, и Инга слишком непродолжительное время были знакомы с Ларисой, Сакисяном или Игорем. И если последние не маньяки, то вряд ли кто-то из них успел настолько влюбиться или приревновать, чтобы додуматься до убийства. К тому же факты были налицо — два похожих убийства, и в обоих квартирах исчезла крупная сумма денег. Хотя… Алена решила еще прояснить этот вопрос.

— Вот не знаю, что с деньгами делать? — как бы между прочим проговорила она, обращаясь ни к кому конкретно, а так, ко всем.

Сашка кинул полено в костер и почесал заросший неряшливой щетиной подбородок.

— Не связывайся с банками, — наконец изрек он тоном человека, который знает гораздо больше, чем говорит.

— Начинается старая песня! — недовольно буркнула Лариса и пояснила: — Банки, между прочим, — основа государства.

— Не в нашей стране! — шумно вздохнул Сакисян. — Лично меня раз и навсегда против банков настроило одно обстоятельство: точно не скажу, но года три или четыре назад дело было — тогда не то «черный вторник» случился, или еще какая-то дрянь, нет, не буду врать, но только захожу я в Сбербанк — нужно было за квартиру заплатить, — а там толпа, человек сто: кричат, толкаются. Оказывается, банк заморозил счета — денег никому не выдает, даже пенсию не выдает, вот так! А потом все деньги взяли и убавили на три нуля. У моего деда так все сбережения и грохнулись. Он всю жизнь копил, откладывал, думал, к старости хоть заживет по-человечески. Но с нашим государством это не проходит. Жить по-людски у нас не получается.

Ну да ладно, с моим дедом! Я, например, с тех самых пор банки в нашей стране не признаю. Мало ли из-за каких катаклизмов могут твои денежки прикарманить. У нас ведь вкладчик всегда крайний. И вообще, свои деньги лучше никому не доверять — храни под подушкой, так, по крайней мере, надежнее. Сам так делаю. И всем советую! Вот и девчонкам нашим так и говорю: хочешь сохранить то, что получила, либо сразу покупай что-нибудь, либо храни при себе!

— Деньги должны работать, — усмехнулась Лариса. Как-то двусмысленно это у нее получилось, или Алене только показалось?

— Вопрос, на кого? — Сашка кинул в огонь еще одну деревяшку. — А вообще сейчас лучше деньги не тратить — затаиться. Вот не даст нам МВФ кредита, тогда такая чертовщина начнется.

— Напугал! — фыркнула Лариса. — Не могут не дать. Россия тогда с ними же и не расплатится по долгам. Кто пострадает?

— Мы и пострадаем, — встрял в спор доселе мирно молчавший Игорь. — Извини, Ларочка, но тут я Сашку поддерживаю.

— Ну и что девчонки? — Алена решила перевести разговор в нужное русло, пока еще все не втянулись в политико-экономические дебаты. Она и подумать не могла, что столь простой вопрос, как и куда деть деньги, — поднимет бурю эмоций в компании.

— Какие девчонки? — не понял Сакисян.

— Ну, я так поняла, что всем, кто снялся в рекламе, ты советовал хранить сбережения при себе?

— А… — протянул он, раздумывая. — Так все они и держали при себе.

— Почем ты знаешь? — не унималась Алена.

— Сашка, тебе не доверяют! — хохотнул Игорь.

— Не могу не отметить, как это некоторым удается предлагать самые гадостные темы для разговора, — недовольно заметила Лариса, видимо, предчувствуя реакцию Сакисяна.

— Хочешь узнать, прислушивались ли к моему мнению? — прищурился тот.

— Ну давай, покажи ей! — совсем развеселился Игорь.

— Ладно, — великодушно согласился Сашка и, покопавшись в кармане куртки, извлек маленькую записную книжку. — Вот! — он демонстративно помахал ею в воздухе.

— Ну и что? — не поняла Алена.

— Здесь телефоны, между прочим, всех девушек, с которыми я когда-либо имел дело. Разумеется, у меня полный список всех, кто снимался.

— Сейчас пойдет демонстрация мужских достоинств, — тоскливо прокомментировала Лариса и отвернулась, показывая, что не желает участвовать в дальнейшем разговоре.

— Номера телефонов сами по себе ни о чем не говорят, — улыбнулась Алена, хотя ей-то это о многом говорило. Например, о том, что подтвердилась ее версия — директор имеет возможность добраться до каждой девушки, следовательно, мог заявиться и к Ляльке, и к Инге.

— Так давай сейчас любой позвоним и спросим…

— Прямо сейчас, из леса? — Алена и Игорь рассмеялись ему в лицо.

— Нет, если ты не веришь! — раскипятился Сакисян, которого, видимо, задели за живое. — Поехали до ближайшего автомата.

— Конечно! — фыркнула Лариса и с ненавистью взглянула на директора.

«Почему же она так злится?» — удивилась про себя Алена.

— Как же я это ненавижу! — продолжила радикальная феминистка. — Мужики готовы часами трепаться о своих интимных победах! Даже о тех, которых не было! Можно подумать, большое достижение — затащить в постель с десяток слабоумных идиоток!

— Конечно, дорогая! — Сашка быстро сориентировался — подпрыгнув к ней, обнял и прижал к груди. — Все они не стоят твоего единственного благосклонного взгляда!

— Ну почему, если в книжку записаны, так обязательно победа? — спросила Алена. — Я тоже могу записать в свой телефонный справочник хоть сотню мужиков, это же ни о чем не говорит!

— У Сашки по-другому, — со знанием дела ответил Игорь, — он в свою «книжечку холостяка» кого попало не заносит!

— А разве он холостяк?

— Каждый мужчина за порогом дома холостяк, — многозначительно изрек Сакисян.

— Хвастун! В таком случае у тебя и десятка фамилий не наберется. — Алена умела подначивать, на то и журналистка. Старый как мир прием опять оказался результативным. Сашка кинул ей свою книжку со словами:

— Убедись сама.

Ей только это и нужно было. С видимым безразличием она принялась листать странички. Имен и телефонов было действительно много — почти вся бумага исписана мелким Сашкиным почерком. Телефон Инги она нашла сразу же, Лялькин почти в конце.