После заката - Чингиз Абдуллаев

Светлана расхохоталась, тряхнув головой со светло-каштановыми волосами, которые ему так нравились. Потом, разом посерьезнев, задумчиво произнесла:

– Значит, у вас уже появилась подруга... Что ж, я вас поздравляю. Это правильно и немного забавно. Получается, что у нас с ней тринадцать лет разницы, а это уже просто неприлично много. Как вы считаете?

– Я об этом не думал, – признался Эльдар, – мне как-то странно подходить к этому вопросу строго математически. Но могу вам сказать, что, когда иду встречаться с вами, у меня сердце колотится, как у обычного ученика средней школы.

– Вы, как восточный человек, очень любите цветистые комплименты... – Она дотронулась до его руки, ее пальцы по-прежнему были холодными. – Нам нужно просто закончить эти мучительные отношения. Мы познакомились при весьма необычных обстоятельствах, когда я едва не сбила вас на своей машине. Неужели нужно второй раз наехать на вас, чтобы мы завершили навсегда наши встречи?

– Я не могу, – пробормотал Эльдар, – мне так не хватает общения с вами...

– Надеюсь, вы понимаете всю сложность нашего положения? И невозможность наших встреч в будущем?

– Не понимаю. Давайте не будем говорить об этом, – попросил он, – просто прогуляемся туда и обратно.

– Идемте, – согласилась Светлана.

Пройдя еще шагов двадцать, она не выдержала.

– Надеюсь, что ваша молодая подруга достаточно красивая, если вы обратили на нее внимание.

– Красивая. Она украинка.

– Блондинка?

– Нет. Брюнетка. Зеленоглазая брюнетка.

– Значит, красивая, – несколько задумчиво произнесла Светлана.

Они пошли дальше.

– Муж хочет вернуться на работу, – сообщила она. – Сама не знаю, почему я вам об этом рассказываю... Но не в МИД, а в какую-нибудь ассоциацию или частную организацию. Сейчас таких появилось очень много. Есть даже внешнеполитическая ассоциация, которую возглавляет бывший министр Бессмертных. Ее основал еще Шеварднадзе, но он сейчас уехал в Тбилиси.

– Я слышал, – кивнул Эльдар. – Наверное, снова вернет себе власть. Они прогнали Гамсахурдиа и вполне могут выбрать вместо него Эдуарда Амвросиевича.

– Неужели вернется?

– Обязательно. И вообще, достаточно скоро все поймут, что в советское время кадрами не разбрасывались. Никто просто так не мог стать руководителем района, города или республики. Кадровики отбирали личные дела, досконально их проверяли, а кандидаты проходили жесточайший отбор – сначала выбирали молодого человека из массы инструкторов, потом выдвигали его в заведующие, направляли в горком, потом в ЦК. Целая иерархия, продуманная и точная, которая достаточно неплохо работала. Поэтому я уверен, что не только Шеварднадзе, но и все остальные бывшие руководители начнут возвращаться на свои места. Гейдар Алиев в Азербайджане, Лучинский в Молдавии, Бразаускас в Литве и так далее.

– Михаил Сергеевич тоже вернется? – шутливо спросила она.

– Нет, – сразу ответил Эльдар, – у него как раз нет ни единого шанса. Ведь государства, которым он руководил, уже нет. И, видимо, будет очень не скоро.

– Вы об этом жалеете?

– О самом государстве – не очень. А вот об обычных людях – да. Они оказались отброшены далеко назад. По подсчетам экономистов, реальное положение дел в экономике на уровне восемьдесят пятого года будет восстановлено лет через двадцать. Или двадцать пять. Обидно, когда у народов отнимают такой срок жизни. Поэтому у него нет шансов. Видимо, как и у меня с вами.

– Не напрашивайтесь на комплимент, – покачала головой Светлана, ее собачка опять слабо тявкнула.

– Какой комплимент, если я достаточно откровенно говорю о своих желаниях... Мне вообще так стыдно... За всю жизнь я никогда не уговаривал так долго ни одну женщину. У меня их было не так много, но я всегда старался вести себя порядочно. А теперь я пытаюсь все время с вами увидеться, все время прошу у вас о встречах... Я напоминаю себе жалкого попрошайку, который все время выпрашивает монетки, а проходящей мимо даме просто лень бросить их ему.

– Вы никогда не писали стихов?

– Не писал. У меня нет поэтического дара – скорее прозаический.

Они дошли до конца аллеи и повернули обратно.

– Понимаете, Эльдар, все должно наконец закончиться, – твердо сказала Светлана, – и наши встречи, и наша дружба. Она будет компрометировать не только меня, но и вас. Не скрою, что вы мне симпатичны, но всему хорошему когда-нибудь приходит конец.

– Коротко и ясно. Собственно, об этом вы все время и говорите. А когда я смогу увидеть вас в следующий раз?

Пудель снова тявкнул.

– Вам не кажется, что вы просто сходите с ума?

– И очень давно. С тех пор, как встретил вас.

Светлана улыбнулась, ей было приятно слышать подобные слова. А рассказ Эльдара о двадцатисемилетней подруге неожиданно вызвал в ней какие-то противоречивые чувства, словно она позавидовала этой женщине или приревновала его к ней. Светлана сама не могла разобраться в собственных эмоциях и поэтому медлила, не зная, что именно ей следует сказать. Сам того не ожидая, своим рассказом о молодой подруге Сафаров невольно пробудил в ней чувство ревности.

– Темнеет, – сказала она, оглядываясь по сторонам.

– Ничего. Я провожу вас до дома, – предложил он.

– Не сомневаюсь, – улыбнулась она. – Спасибо вам за все, Эльдар. За вашу преданность и за вашу тактичность. Мне очень приятно с вами общаться, это правда.

Сафаров угрюмо кивнул. Они прошли еще несколько минут в молчании и остановились у ее дома.

– Ваш муж уже, наверное, волнуется, – предположил Эльдар.

– Нет, – возразила Светлана, – он уехал на дачу и вернется к вечеру. – Она даже сама себе не смогла бы объяснить, почему сказала такую фразу.

– Значит, вы можете пригласить меня на кофе? – спросил он.

– Опять? – Она подняла брови. – По-моему, это уже наглость.

– Даже хамство. Но оправданное. Я ведь уже был однажды у вас дома.

– Да, я помню... Хорошо, поднимемся ко мне, и я дам вам кофе. Но только на десять минут. А потом вы уйдете.

– Куда я денусь, – согласился Эльдар.

Они поднялись вместе. Светлана открыла квартиру, отпустила пуделя, сняла куртку, повернулась к нему и... неожиданно оказалась в его объятиях.

– Вы обещали...

– Я помню...

– Только кофе...

– Я знаю...

– Никаких отношений...

– Конечно...

– Вы просто насильник...

– Безусловно...

Она почти не сопротивлялась. Эльдар даже не понял, как и почему все так получилось. Может, ее задел этот рассказ о молодой сопернице, или ей самой захотелось, чтобы он поднялся к ней в квартиру, или ее убедила его настойчивость... А может, все вместе. Но он задержался в ее квартире на полтора часа – и ушел от нее абсолютно счастливым. А она прошла в ванную комнату и, раздевшись, долго изучала свое тело, словно пытаясь понять разницу между собой нынешней и собой прежней. И, обманывая себя, не нашла почти никаких изменений.