Эхо смерти - Нора Робертс

– Нет, я объясняла раньше. Я не знаю этого человека. – Роза говорила быстро, почти с отчаяньем в голосе. – Это был посторонний.

– Миссис Патрик, все три нападения имеют определенное сходство, и не только в том, как было совершено преступление, но и в том, кто стал его жертвой. Мы считаем, что на то есть причина.

– Вторая супружеская пара, они… они старше нас и дольше женаты. И не живут в нашем районе или…

– Миссис Патрик, – мягко вмешалась Пибоди, – благодаря закономерностям мы установим личность преступника, схватим его и отправим туда, где он никому не навредит. Быть может, у вас в памяти всплыла какая-нибудь важная для расследования деталь.

– Я его не знаю. Помню белое, как у мертвеца, лицо, черные глаза, тусклый, серый свет в комнате.

Она взяла чай, который принес Невилл. Рука задрожала, и чашку пришлось поставить на стол.

– Мы не собираемся расспрашивать вас о подробностях нападения, – сказала Ева. – Для нас важна, как уже говорила моя коллега, закономерность. Подумайте, что бы это могло быть. Вдруг вы или ваш муж случайно встретили какого-то знакомого, или он работал у вас, или участвовал в одном из проектов, занимался с вами благотворительностью. Насколько удалось установить, вы были первой супружеской парой, на которую напал преступник. Нам нужно понять почему. Почему вы стали первыми, как он вас выбрал.

– Иногда мужчины слегка флиртуют, в виде игры. Например, Борис – ты же знаешь, Невилл, – всегда спрашивает, когда я тебя брошу и сбегу с ним. Борис – гей. Он просто хочет быть милым. Или Майк, один из продюсеров сериала «Сбитые с толку», обычно предлагал нам сходить на двойное свидание. Это…

– Я знаю, – сказала Ева.

– Сейчас он уже ничего не говорит. – Роза замолчала, на миг крепко сжав губы. – Все сейчас ведут себя не так, как прежде. Но хочу добавить, что Майк с Кейт уже десять лет, у них двое детей. Он шутит. Вернее, шутил.

– Обожаю сериал «Сбитые с толку», – улыбнулась Пибоди. – Очень смешной, а смеха нам явно недостает. Майк работает здесь, в этом здании?

– Он в сериале с самого начала. Работает и здесь, и из дома.

– А как насчет актеров, ведущих, гримеров, костюмеров?

– Я знаю всех, кто работает в студии, – ответил первым Невилл. – Роза знает большинство из них.

– Вы кого-нибудь увольняли в прошлом году?

– Нет. Конечно, мы иногда приглашаем кого-нибудь для определенной программы и на короткое время. Наша сравнительно маленькая компания – частная, по сути, почти семейная.

– Миссис Патрик, вы пользовались услугами компании «У Джако», которая обслуживает банкеты?

– Они работали на нашу компанию, и я порекомендовала их подруге, которая отвечала за фуршет на благотворительном вечере.

– Когда?

– Думаю, в прошлом году… Да, примерно в это время, для благотворительного вечера, который мы проводили в марте. Она занималась едой и напитками, а я – цветами и оформлением. Джако с командой прекрасно справились, и позже подруга приглашала их для обслуживания званого ужина. Мы с ней… я… с лета мы почти не общались, поэтому не могу сказать, обращалась ли она к ним еще раз.

– А прокатная контора «Одинокая звезда»?

– Их услугами пользуются несколько комитетов, в которых я участвовала. Надежная компания, и у них большой выбор. Не понимаю, почему вы спрашиваете.

– Просто уточняем детали, – ответила Ева. – Каждая мелочь может оказаться полезной. А как зовут вашу подругу, которая обращалась к Джако?

– Марлен Дресслер.

– Вы лично общались с сотрудниками обеих компаний?

– Только с некоторыми. Марлен прекрасно справлялась сама. Думаете, кто-то из этих фирм…

– Мы просто проверяем все возможные версии. А больница святого Андрея?

– Я руководила там двумя благотворительными вечерами и работала в комитетах по организации других мероприятий по сбору пожертвований.

– С кем из больницы вы работали?

– Первый благотворительный вечер был более двух лет назад. – Роза с растерянным видом потерла висок. – Я не… Погодите, вспомнила. Мы собирали средства для педиатрического отделения. Я работала с Дафной Страцца. Ее муж там хирург. Она мне очень понравилась.

– Значит, вы позже общались? – поинтересовалась Ева.

– Честно говоря, нет. Мы виделись пару раз, а потом у нее никак не получалось встретиться. Затем мы с Невиллом решили пожениться, готовились к свадьбе, искали дом… В общем, я потеряли связь с Дафной.

– Бывает, – заметила Ева. – То есть в последнее время вы не виделись и не разговаривали?

– По крайней мере, год. Или даже больше. Когда ко мне обратились за помощью в подготовке ежегодного мероприятия, я спросила про нее, но мне сказали, что она больше не работает. Жаль. Некоторые люди просто созданы для работы в благотворительности. Дафна как раз из таких.

– Она когда-нибудь приходила сюда?

– Нет. – Нахмурившись, Роза взяла чашку с чаем. Руки женщины больше не дрожали. – А зачем? Мы встречались в больнице, иногда у меня дома или у нее. Пару раз в ресторане. Проектом занималось более двадцати человек, мы с Дафной тогда его возглавляли и потому чаще общались.

– Вы можете назвать имена остальных членов комитета?

– Нужно посмотреть в записной книжке, я всех не помню. Это было два года назад, и я потом участвовала во многих благотворительных проектах. У меня намного меньше работы с тех пор, как…

– Почему вы спрашиваете? – вмешался Невилл. – Какое это имеет значение?

– Об этом уже сообщали в новостях, и потому я могу сказать. В субботу на Дафну Страцца и ее мужа напали у них дома. Мы думаем, что это тот же человек, который напал на вас и Бринкманов.

– На Дафну? – потрясенно воскликнула Роза, вцепившись в руку Невилла. – Как на нас?

– Да. Она сильно пострадала. Ее мужа убили во время нападения.

Роза побледнела.

– Он погиб?

– Преступник становится все опаснее, но я убеждена, что с вами он закончил и больше не вернется. А все, что мы от вас узнаем, поможет его найти.

– Вы уверены, что Дафна пострадала не от рук мужа?

Ева постаралась не выдать себя ни взглядом, ни голосом, хотя в голове прозвенел звоночек.

– Что вы имеете в виду?

Дрожащей рукой Роза подняла чашку с чаем. Спокойствие улетучилось, однако женщина все же сделала глоток.

– Я работала с жертвами насилия. Конечно, не как психолог, у меня нет соответствующей подготовки… Мне доводилось работать в приютах для женщин, переживших домашнее насилие. Я знаю признаки. Даже если муж Дафны не применял физическое насилие, он наверняка оскорблял и унижал ее морально. Она его боялась. Я уверена.