Золотые пауки - Рекс Стаут

— Хватит топтаться около этих обжор, и займись мной. Меня посылают с важным поручением, а я голоден как волк. Арчи, принеси мне пятьсот долларов. Пока ты ходишь, я займу твой стул… Да, назови мне организацию, сотрудники которой ухитряются вести тысячи телефонных разговоров по льготной цене…

Ясное дело, я не уступил Орри своего стула, пока не покончил с завтраком, так что этому троглодиту пришлось присваиваться на табуретке. Лишь после этого я выполнил приказ Орри. Гадать, как он намеревался потратить пятьсот долларов, было бесполезно, если какая-то значительная часть подобной суммы предназначалась дли оптовой покупки телефонных разговоров. Конечно, чтобы попрактиковаться, я мог бы попытаться высказать несколько предположений, у кого он будет покупать их. Кто с наибольшей вероятностью мог быть продавцом тысячи телефонных разговоров? Лица, перечисленные в записной книжке Игена, отпадали. Орри ничего о ней не спрашивал, и она по-прежнему лежала в сейфе, в чем я только что убедился, когда отсчитывал для него деньги. К этому вопросу я решил вернуться позже, в свободное время, если оно у меня окажется. Вулф уже не впервые посылал кого-либо из своих помощников с поручением, не посоветовавшись со мной.

Часов в восемь, когда Орри ушел, а мы с Фредом на кухне помогали Фрицу мыть посуду, в дверь позвонили. Я открыл. На крыльце стояли инспектор Кремер и сержант Пэрли Стеббинс. Я пригласил их войти, однако они не двинулись с места.

— Мы заглянули сюда лишь потому, что нам было по дороге, — проворчал Кремер. — Что вы хотите сообщить мне?

— Я? Ничего. Рассказчиком будет Ниро Вулф. Заходите.

— У меня нет времени ждать его.

— Вам и не придется. Он с нетерпением дожидается вас уже целых шесть часов.

Кремер и Стеббинс направились в кабинет, а я за ними. Едва переступив порог, Кремер буркнул:

— Но его же нет.

Я сделал вид, что ничего не слыхал, а, пригласив их сесть, позвонил Вулфу по внутреннему телефону и доложил, кто пришел. Кремер достал из кармана сигару, покатал между пальцами, тщательно осмотрел кончик, словно желая удостовериться, не намазал ли кто-нибудь сигару каким-то экзотическим ядом, сунул в рот и крепко закусил. Я никогда не видел, чтобы он закуривал сигару. Стеббинс, прищурившись, рассматривал меня. Я понимал, как он сожалеет, что его шеф торчит здесь, когда у него дел по горло, — ведь надо расследовать не что-нибудь, а настоящее убийство. Впрочем, я не поручился бы, что он не сожалел бы, даже зная, что мы уже нашли убийцу и готовы предъявить его тепленького вместе с товарным ярлыком.

Послышался шум опускающегося внутреннего лифта, и почти сразу же в кабинет вошел Ниро Вулф. Поздоровавшись без особого энтузиазма с присутствующими, он прошагал к письменному столу и, прежде чем сесть, спросил:

— Почему вы так задержались? Мистер Гудвин звонил более шести часов назад. Мой дом кишит всякими сомнительными типами, и я хочу поскорее отделаться от них.

— Не морочьте мне голову! — рявкнул Кремер. — Мы спешим. О каких еще типах вы говорите?

— Во-первых, — медленно продолжал Вулф, — что вы можете сказать по поводу выдвинутого мисс Эстей обвинения мистеру Гудвину в том, что он якобы предложил продать ей запись моей беседы с миссис Фромм?

— Ничего. Это дело прокурора. Не тяните время.

Вулф пожал плечами.

— Во-вторых. О сережках в форме пауков. Миссис Фромм купила их во второй половине дня в понедельник одиннадцатого мая в одном магазине, в центре. Как вы, несомненно, выяснили, в Нью-Йорке нет больше второй такой пары сережек и никогда не было.

Стеббинс уже достал из кармана блокнот, а Кремер резко спросил:

— Как вы узнали это?

— Наводил кое-какие справки. Я сообщаю вам сам факт, а как он мне стал известен — мое дело. Миссис Фромм увидела их в витрине, купила и расплатилась чеком. Название магазина и его адрес вам установить нетрудно, так как ее чековая книжка с корешками находится в вашем распоряжении, но более глупой траты времени я даже представить не могу. Я гарантирую вам точность информации, а подумав, вы поймете ее исключительную важность.

— Это в каком же смысле?

— Решайте сами. Мое дело — только сообщить вам факты. Вот еще один факт. Вы, конечно, знаете Сола Пензера?

— Да.

— Вчера под именем Леопольда Хейма, проживающего в дешевой гостинице на Первой авеню, он явился в канцелярию Ассоциации помощи перемещенным лицам, где разговаривал с мисс Анджелой Райт и неким Ченеем. Он сообщил им, что приехал в США нелегально, опасается, что это может стать известно властям, и просил помощи. Мисс Райт и Ченей заявили, что ассоциация подобными вопросами не занимается, но порекомендовали ему обратиться к адвокату по фамилии Деннис Горан. Хейм побывал у этого адвоката, а затем вернулся к себе в гостиницу. Около восьми часов вечера к нему в номер явился неизвестный и заявил, что после уплаты десяти тысяч долларов он может гарантировать Хейму, что его не вышлют из страны. Подробности этой беседы вам сообщит мистер Пензер. Он незаметно проследил за неизвестным, у него большой опыт в подобных делах.

— Знаю, знаю. Ну и дальше?

— Остальное вам расскажет мистер Гудвин, но прежде я должен сообщить вам свое предположение о личности человека, бывшего в последний вторник в машине вместе с женщиной, когда она попросила мальчика позвать полицейского. Я пришел к выводу, что этим человеком мог быть только Мэттью Бирч.

— Почему именно Бирч? — не скрывая удивления, спросил Кремер.

— Я ничего не хочу объяснять, потому что мое предположение подтвердилось и в машине был действительно Бирч. И еще один факт…

— Пожалуйста, пожалуйста, только подробно.

— О нем расскажет мистер Гудвин.

Ночью, во время дежурства в гостиной с половины четвертого до половины пятого, я потратил целый час, чтобы все обдумать, и решил опустить только два обстоятельства: каким образом мы добились признания Липса Игена и то, что у нас есть его записная книжка. Еще ранее, во время инструктажа в комнате Вулфа, шеф сказал мне, что книжку мы предъявим только в том случае, если будет доказано, что она является существенной уликой в ходе расследования.

Так вот, за исключением этих двух деталей, я рассказал обо всем. Стеббинс начал было делать заметки, но затем прекратил, не справившись. Я передал ему револьвер Морта и показал клещи. После того, как я закончил, Кремер и Стеббинс некоторое время молча смотрели друг на друга, а затем Кремер сказал, обращаясь к Вулфу:

— Нам тут нужно еще разобраться.

— Да, конечно, — согласился Вулф.

— Этот Иген нам известен? — спросил Кремер у Стеббинса.

— Мне — нет, но он может быть известен другому отделу полиции.

— Сейчас же свяжитесь с Роуклиффом и скажите, чтобы он быстро проверил его по учету.

Стеббинс не мешкая позвонил Роуклиффу, передал ему указание Кремера и сел на прежнее место.