Дело бродяжки-девственницы - Эрл Стенли Гарднер

Когда следующим утром суд снова возобновил свою работу,свидетельское место опять занял Эрик Хенсел.

– Каким образом вы получили информацию, которая дала вамвозможность шантажировать мистера Эддисона? – спросил Мейсон.

– С вашей помощью, мистер Мейсон. Я узнал, что вы бросилисьв тюрьму, чтобы под залог освободить Веронику Дэйл.

– Как же вы установили связь между этим фактом и мистеромЭддисоном?

– Я иногда бываю в пресс-центре полицейского управления. Ятам кое-кого знаю. И мне сообщают некоторые сведения. Конечно, никто из полициине знал, чем я занимаюсь. Они думали, что я просто собираю информацию длягазет. Но когда я узнал, что вы приложили столько усилий, чтобы вызволить изтюрьмы девочку, которую упрятали за бродяжничество, я понял, что из этого можнокое-что выжать, хотя для других этот факт ровно ничего не значит. Я решилразыскать ее, узнал, что она остановилась в отеле «Рокевэй» и что обвинение вбродяжничестве с нее снято. Я отправился в отель. Служащий отеля заявил мне,что все известное ему о ней он уже сообщил полиции, что девчонка получилакомнату в отеле и об этом позаботился сам управляющий отелем. Я пошел куправляющему, представился ему как корреспондент газеты, добавил, что хочузнать, почему он уделяет этой красотке такое внимание. Я преподнес ему все этотак, что он испугался и ответил, что он лишь выполнил просьбу мистера Эддисона,который звонил ему и просил зарезервировать комнату. Вот так я добрался доЭддисона. Заговорив с ним, я понял, что из него можно кое-что вытянуть. Я началобрабатывать его со всех сторон.

– Вы сказали, что вас послал некий журналист?

– Да, что-то в этом роде.

– Кто этот журналист?

– Мне не хочется говорить об этом. Тем более не все то, чтоя ему тогда заливал, соответствует истине.

– Ваша честь, – вмешался Бергер. – Защитник вновь нарушаетправила ведения допроса. Ведь главное заключается в том, что подсудимый,стараясь скрыть свое пребывание на месте во время совершения убийства, пожелалзаплатить две тысячи долларов, лишь бы информация об этом факте не попала вгазеты.

– Таково ваше субъективное толкование событий, – заявилсудья Китли. – Вполне допустимо, что обвиняемый Джон Эддисон желал уплатитьденьги потому, что хотел скрыть свои отношения с молодой женщиной.

– Я полагаю, что этот вопрос полностью прояснится впоказаниях нашего следующего свидетеля, – сказал Гамильтон Бергер. – Выувидите, ваша честь, что все усилия обвиняемого купить молчание Хенсела связаныс тем, что он хотел скрыть именно факт своего нахождения на месте убийства в товремя, когда оно произошло.

– Позвольте все же мне задать один вопрос свидетелю, –сказал судья Китли. – Мистер Хенсел, насколько тесными в действительности быливаши связи с упомянутым журналистом?

– Они не были особенно тесными, – ответил Хенсел. – Время отвремени я передавал ему кое-что из того, что мне удавалось узнать, ну а он вответ по-своему благодарил меня за это. От него я получал входные билеты ипропуска в разные места. Вы понимаете, в моем деле необходимо иметь связь спрессой, чтобы тебя боялись, и тот человек даже не подозревал о том, как явыгадываю на этом, он просто думал, что я его добрый друг, и все.

– Что же, коли так, я не вижу причины, чтобы оглашать имявашего знакомого, – сказал судья Китли. – Было бы несправедливо по отношению ккакому бы то ни было уважаемому журналисту делать его имя достоянием гласностив данной ситуации, тем более в связи с таким свидетелем. Могу заметить лишь,что ответственность за обещанную свидетелю амнистию всецело несет окружнойпрокурор и что при даче показаний свидетель проявил излишнюю самоуверенность,полное отсутствие чувства гражданского долга и пренебрежение к этическимнормам.